Дженейра Калини – Сто семьдесят третий роковой (страница 5)
«Черт!» – мужчина вздрогнул.
Теперь Игорь, выезжая с обочины, сам чуть не стал виновником аварии. До столкновения не хватило буквально нескольких сантиметров.
– Дорога была пустая! Я же посмотрел! Откуда ты взялась? Ох!… да что за утро сегодня! – Игорь поймал себя на том, что он опять кусает губы.
Поднялся легкий ветерок. Он суетливо гонял по асфальту желтые листья, слетевшие с тополей. Они подпрыгивали и шуршали. Утренний воздух был чистым и немного прохладным.
Мужчина неожиданно почувствовал, как отключился на несколько секунд. Небольшой провал, выпадение из реального мира. И вот он уже вывернул с Перелесной на улицу Маршака.
Игорь испуганно поморгал и заметно снизил скорость. Он ехал медленно, очень медленно, и достаточно медленно, чтобы во всех ракурсах разглядеть отвратительную картину, от которой в очередной раз на лбу выступили скользкие капельки пота.
«О, дьявол!»
Мужчина вильнул, чтобы не проехать по лежащему на асфальте раздавленному телу котенка. Игорь узнал его по окрасу. Это был тот самый котенок, которого они с Денисом встретили утром у магазина. Малыш был мертв – это было понятно по неестественной позе питомца, застывшему оскалу молочных зубов и несколько капелек свежей крови на клыках. Машин сзади не было, Игорь остановился и вышел. Еще раз он склонился над телом несчастного, разглядывая его, затем мужчина легонько тронул бедолагу ногой (руки пачкать ему сейчас очень не хотелось) и отодвинул тело с проезжей части, ближе к тротуару, чтобы поток машин не превратил его в лепешку. Тельце котенка было еще мягким и податливым, в его мутных глазах остановилось время. Да, он, действительно был мертв.
– Ну, вот… – тихо прошептал Игорь. – Когда приходит смерть, ты окладываешь все свои важные дела, поскольку становится ясно – больше никуда не нужно торопиться, абсолютно никуда.
«Ну, и мысли у тебя!» – Игорь поежился.
«Самара… черт бы вас побрал, малолетние придурки! Наверняка это они! Ведь эта машина проехала только что передо мной».
«…Смерть идет за нами следом…»
«Ты не помог котенку, брату своему меньшему! – причитал внутренний голос. – Ты опоздал! Теперь твоя помощь ему не нужна. Сто семьдесят третий поспешил дальше!»
Игорь передернулся и несколько раз моргнул, словно пытаясь избавиться от навязчивого кошмарного сна – своего собственного внутреннего голоса.
«Это всего лишь котенок! Игорь, приведи свои мысли в порядок! У тебя сейчас важная презентация перед очень серьезными клиентами. Соберись! – мужчина глубоко вздохнул и медленно выдохнул. – Надеюсь, труп уберут дворники. Не хотелось, чтобы сын увидел Это, возвращая вечером из садика».
Автомобиль вновь тронулся. Осознавая, что какое-то внутреннее предчувствие у него все же было, Игорь старался не спешить. Его время от времени бросало в холодный пот, и голова слегка кружилась. Что-то с ним было не так, и он не мог понять, с чем это связано.
«Но, черт возьми, если бы ты взял его и посадил в машину, допустим, пристроил в хорошие руки, если ты не планируешь брать в дом питомцев, увез в приют… В этом случае котенок был бы сейчас жив!»
«Один, семь, три, ноль…» – он перебирал в уме эти цифры, пытаясь разгадать какой-то немыслимый ребус или же наоборот сложить их в логическую цепочку.
«Стоп! Откуда ноль? Там же всего три цифры…»
«Котенок был бы сейчас жив, если ты хотя бы что-то предпринял! Что-то не так! Определенно что-то не так!»
На душе было как-то мерзко и до чертиков не по себе.
«Я схожу с ума…»
Глава 5
Проезжая мимо того самого продуктового павильона, единственного на эту улицу, Игорь притормозил. От предчувствия чего-то неприятного сердце бешено заколотилось.
У магазина стояла машина скорой помощи, а на асфальте лежал человек до боли знакомый Игорю. Вокруг него суетился врач с дефибриллятором в руках, который он не собирался использовать по назначению или…
Игорь почувствовал, как нестерпимое чувство безысходности волной прошибло все его тело и подкатило к гортани – его ждал еще один жуткий сюрприз столь ласкового и доброго сентябрьского утра.
«… или он держал его в руках, потому что дефибриллятор включать было уже поздно…»
На пятачке меж плотной застройки частного сектора, возле продуктового магазина полукругом выстроилась толпа людей. Продавец Надежда с носовым платком в руках сочувственно всхлипывала. А Игорь, всеми силами стараясь быть максимально собранным или хотя бы казаться таковым, чувствовал, как плывет земля под его ногами, и чувствовал, какими мягкими становятся его колени так, словно еще шаг, и они вывернутся в обратную сторону. Мужчина ослабил галстук и расстегнул пиджак. Сквозь непрерывное словесное истязание себя самого он слышал голоса со всех сторон – кажется, это были соседи:
– Боже, как несправедлива судьба!
– Степаныч… как жаль! Родственникам сообщили?
– Да у него и родственников-то нет. Дальние если только.
– Девочки, запишите время смерти – с семи сорока до восьми часов примерно! – командовал врач.
Молоденькие медсестры что-то строчили в журнале.
Игорь подошел ближе:
– Что случилось?
– Игорь, Ефим Степанович умер! – продавец Надежда подошла ближе к Игорю. – Он, после разговора с вами присел на бордюр прямо возле мусорного бака, да так и остался сидеть. В какой-то момент он просто упал и все. А у меня народ был. Пока я освободилась, пока поняла, что он не дышит… – всхлипывала женщина. – Я вызвала скорую, но было уже поздно…
Врач, высокий худощавый мужчина в возрасте добавил:
– Смерть наступила в результате постинтоксикационного синдрома вследствие злоупотребления алкоголем. Иными словами, сосед ваш скончался с похмелья. Сердце не выдержало – такое, к сожалению, бывает тем более, он не молодой уже. Мы сделали все, что в наших силах. Теперь вызывайте дежурную часть!
«Да… утро сегодня началось как-то совсем не весело!» – Игорь с трудом собрался с мыслями, пересилил себя и склонился над соседом:
– Надо накрыть тело! Принесите кто-нибудь простынь! – тихо, но уверенно скомандовал он.
– Какая нелепая смерть! С похмелья, – соседка шмыгала носом и качала головой. – Я помогу организовать похороны. Игорь Сергеевич, как вы считаете? Я думаю, мы все соседи скинемся, кто сколько сможет. Да?
«Кто скинется? Ты, Игорь скинешься? – выкрикнул все тот же утренний воспитатель и судья, коим, возможно, являлось заточенное вглубь его души сострадание к ближнему. – Ты же мелочный скупой человечишко? Ты пожалел старику пару сотен?!»
«Этот внутренний голос явно хочет свести меня с ума! Нужно выкроить время и записаться к психологу»
Мужчина почувствовал головокружение и тошноту. Еще одна безумная и дикая мысль пролетела в его голове:
«Если ты сейчас упадешь в обморок, то свалишься прямо на Него!»
Одна из соседок с ближайшего дома принесла простыню, Игорь присел на корточки. Взяв один конец в правую руку, он натянул ее так, чтобы укрыть лицо старика, другой конец подтянула соседка, закрыв ими ноги. Но… перед тем, как белая чистая ткань легла на сероватого оттенка кожу, он все же в это лицо посмотрел, как бы прося прощения… Игорь поймал себя на мысли, что разглядывает старика… слишком долго…
«Всего один шаг, один короткий шаг между двумя далекими друг от друга понятиями: «ты есть» и «ты был»».
Затем мужчина подумал, что все-таки в этом лице и в этой смерти что-то было неестественным, вернее, все… здесь было неестественным. И еще… он упорно пытался поймать связь между мертвым соседом-выпивохой и мертвым маленьким котенком… он пытался уловить закономерность. Но… так и не нашел ее.
Игорь тронул Степаныча за руку. Кисть была холодной, но пока еще мягкой.
«Ох, если б я знал! Да, неужели бы пожалел ему эту несчастную сотню! Степаныч… добрейшей души человек. Он был такой позитивный, всегда шутил; когда выпивал, бывало, рассказывал анекдоты или читал стихи – Пушкина, Лермонтова. Да, он был очень умный, начитанный. Он всегда здоровался, а если видел тебя издалека, то поднимал правую руку, махал ей и улыбался во весь рот… А теперь… его больше нет…»
– Игорь Сергеевич, вы со мной согласны? – не отступала соседка.
Взгляд Игоря задержался еще на несколько секунд на руке старика.
«…Часы. Странно… Я знаю эту фирму».
Мужчина жадно впился глазами в часы. Он не мог понять, что не так.
«Ведь это отнюдь не дешевые часы. Откуда они у Степаныча? Время?! Семнадцать тридцать… Ааа… Все ясно – они стоят. Они неисправны, а носил он их, скорее всего с целью втюхать кому-нибудь за пару сотен».
– Да, конечно! – неторопливо ответил Игорь. – Можете на меня рассчитывать! Я помогу финансово… в пределах разумного.
«Я не скупой! Отстань, черт бы тебя побрал, внутренний голос! Я не скупой! Откуда мне было знать, что ему на самом деле так плохо?!»
Мужчина встал, ослабил галстук, еще раз оглядел всю собравшуюся толпу и добавил:
– А сейчас извините, мне пора на работу! Надежда, у вас есть мой телефон? Сообщите, пожалуйста, когда где и … в общем все, что нужно!
– Да, конечно! Непременно сообщу! – шмыгая носом отвечала женщина.
Игорь открыл дверь автомобиля и еще раз почувствовал, как его повело:
«О, Боже! Да что со мной?!»
Он начинал понимать, что обезболивающие таблетки нельзя глотать бесконтрольно. Может дело и не в этом вовсе, может он морально вымотался с этой презентацией, не высыпался толком последнюю неделю и – вот на тебе результат. Именно сегодня в день самой важной сделки за последние несколько месяцев его нервная система начинает давать сбои. И тот факт, что он все утро разговаривает сам с собой, возможно лишь прелюдия к серьезным изменениям его взбунтовавшегося мозга.