Дженет Ташьян – Как я был геймером (страница 4)

Тест?!

Том делит всех на команды по трое, что означает, что кто-то из нас должен присоединиться к чужой команде. Умберто, Мэтт и я пристально глядим на Карли, которая отвечает нам недобрым взглядом, прежде чем выйти в центр зала.

– Как думаете, ей не показалось, что мы против нее сговорились? – спрашиваю я.

– Не больше, чем обычно, – отзывается Мэтт.

Умберто призывает все силы, чтобы выговорить:

– Вы только посмотрите, в чьей теперь команде Карли!

Обернувшись, мы видим, что Карли улыбается, точно кошка, слопавшая канарейку, и усаживается рядом с Эль Сидом.

– А ведь это мог быть я, – произносит Умберто.

– Или я, – прибавляет Мэтт.

– Может, это нам за то, что мы ее спровадили. – Меня не отпускает стыд из-за того, как иногда мы пользуемся добродушием Карли, чтобы получать преимущества для себя.

– Может, она выведает что-то полезное, – с надеждой говорит Умберто.

Стажер передает на каждый стол гигантские блокноты. Инструкции толще, чем справочник «Желтые страницы Лос-Анджелеса», который мама упорно держит дома, хотя мы никогда им не пользуемся.

– Предполагается, что мы должны это ПРОЧЕСТЬ? – спрашиваю я.

Парень за соседним столом с блестящей банданой вокруг шеи, ехидно ухмыляется, глядя на меня:

– Нет, у нас тут кружок оригами. Начинай вырывать страницы и складывать!

За его столом все смеются, и я чувствую, как у меня вспыхивают щеки.

– Ну, это И ПРАВДА было довольно смешно, – признаёт Мэтт.

К счастью, Том продолжает:

– Вы, везунчики, станете первыми ребятами во Вселенной, которые сыграют в нашу новую видеоигру. – Он срывает кусок черной ткани с монитора перед столами: – Поприветствуйте «Арктического ниндзя»!

Все в зале издают громкое хоровое «О-О-О-О-О-О-О-О!».

– Если там и вся остальная графика такая, игра будет просто грандиозной! – выдавливает Умберто.

Это верно: скриншоты на мониторе полны экзотических ландшафтов с затейливыми деталями и сочными цветами. Я переиграл во множество видеоигр, где дело происходило в разных сеттингах, но невероятная среда, созданная в этом игровом мире, не похожа ни на один из них.

– Итак, для начала все пробегитесь по инструкции. Затем пройдете тест на последней странице и будете готовы играть!

– Он только что сказал «ТЕСТ»?! – шепчу я Мэтту. – Никто не предупреждал, что тут будет тест!

– В субботу-то! – добавляет Мэтт.

Но, оглядев помещение, я вижу, что все уже начали читать. Некоторые ребята так быстро переворачивают страницы, что я задумываюсь, не стоит ли у них рядом вентилятор. Я сам еще не успеваю прочесть первый абзац, а Умберто уже на шестой странице.

По какой-то причине я решил, что участие в этой фокус-группе даст мне отдых от чтения, – станет таким делом, в котором я не буду чувствовать, что на десять шагов отстаю от всех остальных. Может, для разнообразия я даже смог бы проявить себя ЛУЧШЕ большинства других ребят. Но становится ясно, что мне пора бы уже привыкнуть вечно занимать низшую ступеньку – не только в школе, но и вообще в жизни.

Хоть Карли и сидит за другим столом, ее способность читать мысли не теряет остроты. Когда я оглядываюсь на нее, она таращится на меня со своим выражением «Ты-в-норме?». Я ценю ее постоянную поддержку – просто хотелось бы, чтобы она не всегда мне требовалась.

Делаю то же, что и всегда, когда нужно прочитать большой текст: пролистываю его, чтобы понять, сколько мучительных страниц мне еще нужно преодолеть. Девяносто семь?! В моем случае этот свет в конце тоннеля означает надвигающийся поезд.

– Тебе никак не увернуться, – ободряющим тоном сообщает Умберто. – Лучше начинай читать, если хочешь играть.

Конечно, он прав. Я нагибаюсь к блокноту и приступаю.

Через несколько часов бросаю взгляд на часы и понимаю, что прошло лишь десять минут.

Денек будет длинным.

Карли нас удивляет

Когда наконец мы делаем перерыв на обед, я в ужасе обнаруживаю, что мои друзья уже готовы переходить в зал для видеоигр. Притворяюсь, что тоже готов, не признаваясь, что мне осталось еще пятьдесят страниц. (Да, я отслеживаю каждую страницу так, словно веду обратный отсчет дней до Нового года.)

Мы наваливаем на тарелки макароны с сыром, салат и куриные крылышки, потом по нескольку раз восполняем запас лимонада в стаканах. Я направляюсь к столу, за которым сидят остальные, когда меня отзывает в сторонку Том.

– Похоже, тебе тяжело далось чтение инструкции, – говорит он.

Не знал, что моя дислексия как-то проявляется физически – типа сломанной ноги, которую сразу видно.

– Не беспокойся, – продолжает Том. – Я уверен, что ты прочел достаточно, чтобы присоединиться к остальной группе.

Я благодарю его, а сам думаю: если чтение было не так уж важно, почему мы должны были заняться им в первую очередь? Понимаю, что злиться будет пустой тратой времени, и решаю просто быть благодарным за отсрочку.

Когда я присоединяюсь к друзьям, все они таращатся на столик у двери.

– Эль Сид тоже иногда должен есть, – говорит Умберто. – Мы ждем, пока он снимет шлем.

Мы не единственные караулим легенду игрового мира: большинство ребят в кафетерии тоже следят за Эль Сидом. Когда он встает, берет поднос и выходит из помещения, по кафетерию прокатывается общий вздох.

– Наверное, собирается поесть в одной из комнат для совещаний, – предполагает Мэтт, обкусывая куриное крыло. – Или, может, в кабинке какого-нибудь туалета.

Карли прикрывает салфеткой уже просто гигантскую кучу костей, оставленную Мэттом, чтобы ей не приходилось смотреть на остатки всех этих куриц.

– Компания открыла для него одну из частных столовых, – говорит она. – Они хотят помочь Эль Сиду сохранить приватность.

Странно, что именно Карли оказалась самой информированной, – она вряд ли вообще играла в видеоигры до тех пор, пока не начала общаться с нами.

– Не веди себя так, будто ты – новая лучшая подруга Эль Сида, – говорю я. – Ты небось с ним даже и не разговаривала.

Она дарит мне одну из сладчайших своих улыбок и поднимает смартфон:

– Тогда почему он только что послал мне сообщение?

– ЧТО?!

Умберто, Мэтт и я тянемся к ее трубке, но Карли выпрыгивает из-за стола и читает прибывшее сообщение:

– Эль Сид говорит, что макароны с сыром на вкус как клейстер.

Она набирает ответ, а мы трое пораженно таращимся на нее.

– Могли бы положить бекон, – проговаривает Карли то, что печатает. – С беконом все становится вкуснее.

Я спрашиваю Мэтта и Умберто, почему Карли всегда обгоняет нас на десять шагов.

Мэтт глядит на меня так, будто у меня из уха змеится питон:

– Блин, да потому, что она девчонка. Они вечно надирают нам зад. Привыкай.

– Все закончили? – чуть позже кричит Том, выходя перед столами. – Ваша новая игра от «Глобал геймс» ждет!

Мы опустошаем подносы над мусорными баками и идем к двустворчатым дверям. Прошло уже три часа с того момента, как мы сюда попали, и у меня уже пальцы чешутся от желания наконец-то взяться за контроллер.

Гигантский зал заставлен длинными рядами столов. У каждого стола десять стульев и топовые мониторы, каждый с консолью. Если бы Рождество, Ханука, Хеллоуин, летние каникулы и мой день рождения внезапно превратились в комнату, именно так она и выглядела бы.

– Ни за что не захочу вернуться домой, – говорит Мэтт.

– В следующие выходные приеду со спальным мешком, – подхватывает Умберто. – Им придется меня отсюда силой вытаскивать.

Карли делает несколько снимков на телефон, пока не прибегает стажер и не говорит, что здесь нельзя фотографировать. У Карли никогда не бывает неприятностей, так что забавно посмотреть на ее реакцию в тех редких случаях, когда неприятности у нее все-таки бывают.

– Я просто хотела показать миссис Кимбелл в медиацентре классный дизайн этой комнаты. – Карли вспыхивает. – Я вовсе не собиралась сливать информацию об их драгоценной видеоигре.