Дженел Тейлор – Настанет день (страница 19)

Тайлер откинул со лба влажные волосы, и отчего-то этот простой жест настолько подействовал на Кэмми, что она ощутила волнующее тепло внизу живота. Господи, и что с ней только творилось? Никогда прежде мужчины не привлекали её так, в физическом смысле. А ведь перед ней был Тайлер Стовалл, её сводный брат!

И тут же в голове мелькнуло: «Глупости! Он такой же брат тебе, как Самуэль Стовалл — отец!»

Внимательно уставившись на неё своими удивительными серыми глазами, Тайлер произнес, старательно выговаривая слова непослушным языком:

— Я тебя, кажется, не приглашал.

— Да, я знаю, — кивнула Кэмми. — Я сама вошла. Я хотела… Мне надо было непременно увидеть тебя.

— Вот как? — Тай попытался облокотиться на стену, которая была в нескольких шагов от него.

Кэмми машинально шагнула вперед, но, перехватив его гневный взгляд, замерла как вкопанная. Тай, пошатнувшись, чуть не упал, но все-таки сумел удержать равновесие и, приблизившись к стене, прислонился к ней спиной.

— Ворота не были заперты, — пояснила Кэмми.

— Вот как? — снова переспросил он, отчаянно пытаясь понять смысл происходящего.

— Да. Я толкнула их, и створки распахнулись.

— Черты бы побрал отцовского шофера! Ничего сам сделать не может.

— Но я заперла их за собой, — поспешно сказала Кэмми. — И проверила.

— Но почему ты сюда приехала? — Тай казался скорее озадаченным, нежели разгневанным.

— Если честно, то я хотела поговорить о твоем отце, — ответила Кэмми, скрещивая руки на груди. Почему-то ей было по-прежнему неловко смотреть на Тая, хотя он и был уже одет. Как ни старалась Кэмми, мысли о его обнаженном теле, столь прекрасном в своей мужественной наготе, упорно не шли из её головы.

— О чем именно? — требовательно спросил Тай, устало протирая глаза.

— Вообще-то это имеет дальше больше отношения к моей матери, чем к нему, — призналась Кэмми. — Ей очень плохо. Она совсем затосковала. И, хотя я по-прежнему считаю, что она поступила правильно, подав на развод, мне её безумно жаль. Даже не знаю, можно ли как-нибудь исправить положение?

— Исправить? — эхом откликнулся Тай. И горько усмехнулся. — Ты это серьезно говоришь?

Кэмми почувствовала, что краснеет. Ей было вовсе не до шуток.

— Твоему папе хорошо, — сказала она. — Он тут же женился на другой. — Перехватив странный взгляд Тая, она поспешно добавила: — Ты не подумай, мне до этого никакого дела нет, но я просто не знаю, как помочь маме. Хоть как-то облегчить её страдания. Я понимаю, что это невозможно, но вдруг Самуэль все-таки согласится помочь ей? Ведь когда-то он любил её, и я не могу поверить, чтобы он не желал ей добра.

— Ему на все наплевать, — вдруг выпалил Тай. Лицо его исказила болезненная гримаса. — На все и на всех! Кроме себя самого, конечно.

— Что ты хочешь этим сказать?

— То, что ты слышала! — гневно вскричал Тай. — Это же Самуэль Стовалл! Самовлюбленный подлец, которому самое место в геенне огненной!

Потрясенная этой неожиданной вспышкой, Кэмми не знала, что и ответить. Никогда ещё она не видела Тая настолько разгневанным.

— Но что случилось? — промолвила она наконец. — Что он натворил?

— Он губит все вокруг себя, — сказал Тай. И только тут Кэмми поняла, насколько он несчастен. Страдальчески поморщившись, Тай добавил. — Он уничтожает все, к чему прикасается.

— Тай, ты меня пугаешь, — пролепетала Кэмми. — О чем ты говоришь?

— Ни о чем, — отрезал он и, пошатнувшись, сел на край кровати. Затем попытался встать, но снова потерял равновесие и, бессильно застонав, упал на покрывало.

Кэмми не знала, что и делать. Кинуться ли к нему, попытаться хоть как-то помочь протрезветь, или уйти, оставить его в покое…

— Только не пытайся говорить, что я ошибаюсь, — пробормотал Тай. — Я знаю, что говорю. Господи, до чего жаль, что нельзя повернуть время вспять!

— Но что случилось? — с упавшим сердцем спросила Кэмми. На душе её скребли кошки.

Тай стиснул зубы. Опустив руку под кровать, он нащупал и бутылку виски. Кэмми едва не ахнула, увидев, что та была почти пуста.

— Тай, не нужно тебе больше пить! — взмолилась она.

— Черта с два! — процедил он и попытался приложиться к горлышку, но бутылка выскользнула из его ослабевших рук и покатилась на пол.

Кэмми машинально наклонилась, подобрала бутылку и поставила на стол. Она была совершенно растеряна и не знала, как быть дальше.

— Постарайся уснуть, — неуверенно предложила она. — Утром тебе станет лучше.

— Ну, конечно, — его смешок скорее походил на икоту. — Держи карман шире. Утром мне лучше уже не будет. Мне все осточертело, Кэмми. Все и вся.

Тай закрыл глаза и тяжело вздохнул. Губы его вновь болезненно скривились. Дышал он часто, шумно и неровно, словно борясь с сонливостью.

— Тебе лучше уйти, Кэмми, — сказал он наконец, не глядя махнув в её сторону рукой. Он даже не заметил, но по пути рука его натолкнулась на грудь Кэмми, небрежно погладив её. Тай устало уронил отяжелевшую голову на грудь, а Кэмми стояла ни жива, ни мертва, тщетно пытаясь унять предательскую дрожь в коленках.

— Может, я хоть как-то могу тебе помочь? — спросила она.

Глаза Тая были полуприкрыты. Не глядя, он вытянул вперед руку и, ухватив прядь шелковистых каштановых волос Кэмми, легонько потеребил их.

— Да, — прозвучал поразивший её ответ.

Судорожно сглотнув, Кэмми не сразу нашлась, что сказать. Она понимала, что совершает ошибку, оставаясь здесь, но не могла заставить себя уйти.

— Может, дать тебе что-нибудь? — спросила она.

— Дать мне что-нибудь? — переспросил Тай. — А разве похоже, что мне что-нибудь нужно?

— Может, тебе душ холодный принять? — предложила Кэмми. — Или могу сварить тебе кофе.

Тайлер ответил не сразу, и вдруг Кэмми, не веря своим глазам, заметила, что он уснул. Бедра его лишь наполовину находились на кровати и, казалось, он вот-вот упадет на пол. Чуть поколебавшись, Кэмми наклонилась к нему и громко зашептала на ухо:

— Тайлер? Тай? Ты сейчас сползешь с кровати. Проснись, не то на пол упадешь.

Но он лишь что-то пробормотал и повернул голову, так что лица их почти соприкоснулись. Кэмми, затаив дыхание, разглядывала его орлиный нос и длинные пушистые ресницы. Тай казался ей совершенно родным, но, с другой стороны, почти незнакомым и чужим. Сама не замечая, что делает, Кэмми протянула руку и легонько погладила его по щеке.

И вдруг его правая рука взмыла вверх и перехватила её запястье. Кэмми испуганно ахнула, и тут же глаза её испуганно расширились — Тайлер притягивал её к себе, ближе и ближе.

— Тай? — неуверенно спросила она.

— Иди ко мне! — прошептал он. — Господи, как ты благоухаешь!

— По-моему, ты что-то…

Но слова её потонули в поцелуе, в котором неожиданно слились их губы. В жадном, пылком и бесстыдном. Только в тот миг Кэмми впервые поняла смысл фразы «Я в нем растворилась без остатка».

Бесконечно долго, целую вечность — хотя на самом деле прошли считанные секунды — она была даже не в силах шевельнуться. И только потом подумала «Нет, ни за что!» Тай целиком пребывал во власти обуревавших его чувств; он явно был чем-то потрясен. Вдобавок он здорово напился. В любом случае он плохо соображал, что делает, а скорее всего вообще не отдавал отчета в своих поступках. А раз так, то и сама она будет последней идиоткой, если отдастся на волю течения и уступит собственным безумным желаниям.

Однако желания все же пересилили. Да и жаркие губы Тая разжигали её бушующую страсть. Все тело Кэмми горело и жаждало любви, и никакие увещевания не могли заставить её в эту минуту обуздать себя.

— Тай, — неуверенно пробормотала она. Он откинулся головой на подушку; губы призывно приоткрылись.

И Кэмми не устояла. Она пригнулась и, сперва робко, а затем с нарастающей страстью прильнула губами к его губам. Она понимала, что сама ступила бездну, что сейчас рухнет в пропасть, откуда уже никогда не выберется. Но, если в глубине её мозга и оставались неясные сомнения, то Тай мигом их развеял. Обеими руками обняв Кэмми за плечи, он порывисто прижал её к себе и впился в её губы жадным поцелуем. Почувствовав, как его язык проник в её рот, Кэмми прекратила и без того слабые попытки сопротивляться, прижавшись к нему. Их руки и ноги переплелись. Возможно, рассудок Тая и был помрачен слишком большим количеством выпитого виски, однако на его мужские инстинкты это ничуть не повлияло. В следующий миг, когда он очутился сверху, всем телом прижавшись к ней, Кэмми вдруг на долю секунды испугалась.

— Тай! — воззвала она, чувствуя, как колотится её сердце.

— Только… ничего не говори, — попросил он.

— Я только хотела тебе помочь.

Не успели слова эти сорваться с её губ, как Кэмми сама устыдилась столь явной лжи. Несмотря на кисловатый запах виски, долетавший с его губ, Кэмми они казались сладкими, да и в объятиях Тая она ощущала себя на седьмом небе. Чресла её распирало от греховного желания, но при этом Кэмми ясно отдавала себе отчет, что виной случившемуся она сама, ибо, в отличие от совершенно не контролировавшего себя Тая, она была трезва как стеклышко. И ей следовало сказать «нет». Жестко и бесповоротно. И сейчас ещё было не поздно остановить это безумной кипение страстей… И Кэмми уже хотела было сказать «нет», когда рука Тая, нащупав её грудь, принялась ласкать её сквозь тонкую ткань блузки. Сопротивляться этому, невероятно сладостному ощущению, сил у Кэмми не было.