Джена Шоуолтер – Злая королева (страница 16)

Каждое новое зрелище ошеломляло меня.

Картинка снова начала приближаться, мимо палаток, вдоль каменных зданий. Приближая к… Ангелу!

Она стояла под навесом, скрытая тенями, и разговаривала со вчерашней Незнакомкой. Одна шагнула ближе, и другая последовала ее примеру. Они наклонились друг к другу… и поцеловались так, словно завтра наступит конец света.

А-а-а. Вчерашнее напряжение обрело смысл.

Какая прекрасная пара. Я желала им всего наилучшего. Но пока наблюдала за ними… как сталкер… меня охватила зависть. Эти девушки потерялись друг в друге, позабыв об остальном мире. Чего я никогда не испытывала с Питером. Ни с кем!

Будет ли так когда-нибудь у меня?

— Пора. — Сказал резкий мужской голос. Не давая времени спорить.

Я радостно выдохнула, поскольку могла их слышать. Неважно какая была причина для этого… улучшение или увеличение магии… я полностью одобряла.

Я перевела взгляд на говорившего — птицу, стоявшую на страже в конце переулка. В руках у него была плетеная корзина, и о… Чудо из чудес. Он оказался безумно красив: темные волосы, смуглая кожа и глаза цвета виски. Над его плечами возвышались массивные крылья цвета утреннего неба. На нем висело больше ожерелий и браслетов, чем на других птицоидах, и я задумалась, были ли эти украшения декоративными или имели глубокий смысл.

— Это неправильно. Мы должны остановиться, — сказала Ангел, пытаясь отдышаться, привлекая мое внимание. — Ты помолвлена, и каждый раз, когда мы это делаем, я ненавижу себя еще больше.

Застонав, девушка отстранилась.

— Ты права. Я знаю, что ты права. — Солнечный свет осветил ее, подчеркивая детали, которые я раньше не замечала. Ее волосы были такими же белыми, как мои, и такими же черными, как у Хартли. Один ее глаз был серым, как у меня, а другой голубым, словно океан, как у Хартли. У нее были мои веснушки и бронзовая кожа Хартли.

Знакомая, но в тоже время и нет… Осознание пошатнуло меня. Она была принцессой Трули Морроу, моей кузиной. Моя семья! Мое сердце наполнилось любовью к ней.

— Я не выбирала его, Фарра, и он не выбирал меня, — сказала она. — Наши родители устроили этот брак.

«Фарра». Наконец, я узнала настоящее имя Ангела.

Тот факт, что Королева Вайолет планировала выдать Трули замуж за человека, которого она не любила, заставил меня вздрогнуть. Если бы мама попыталась устроить для меня такой же брак, я бы взорвалась. Или любовь, или одиночество. Я хотела, чтобы у меня было как у мамы и Николаса. Счастье. Разговоры. Удовольствие. Точно два кусочка головоломки, которые идеально подходили друг другу.

Поправочка: Я хотела, чтобы у меня было также, как когда-то у мамы и Николаса. Неужели настоящая любовь никогда не длится долго? И почему тетя Вайолет скрывала Трули от Фарры? Неужели королева не знала, что ее дочь… лесбиянка? Или она не принимала этого?

Трули коснулась волос Фарры.

— Не знаю, смогу ли я справиться с этим браком. Я хочу тебя и только тебя.

Птицоид оглянулся через плечо и позвал:

— Время вышло, принцесса.

Я подумала, что он обращался к Трули, но тут заговорила Фарра:

— Спасибо, Саксон. Ты замечательный друг.

— Знаю, — ответил он, в его хриплом голосе звучала ласка.

— Я бы хотела… так много всего. — Трули погладила щеку Фарры, прежде чем отстраниться и поправить одежду. Когда она отступила назад, подол ее платья колыхался по ветру.

Очевидно, что обе девушки были при деньгах. Фарра была одета в тонко сшитый плащ с капюшоном, перчатки с меховой отделкой и сине-желтое платье, расшитое изображениями солнца. На Трули была похожая одежда в розово-белых тонах, только на спине пристегнут арбалет.

— Ну же. Пойдем спасать твоего отца, — сказала моя кузина. — Остальное подождет.

— Спасибо. — Слезы навернулись на глаза Фарры, когда она подошла к Саксону. Ее подбородок дрогнул.

— Ты должна рассказать своей семье о своих чувствах к этой девушке, — сказал он, передавая ей корзину. — Король будет расстроен, но только некоторое время. Твой брат поддержит тебя, радуясь твоему счастью.

Паника отразилась на ее лице.

— Я не могу им сказать. Просто… не могу. Я не готова.

— Не готова, — эхом отозвалась Трули. Она натянуто улыбнулась, и мне стало больно за нее. Она восприняла эти слова слишком близко к сердцу, не так ли?

Троица покинула переулок и двинулась в город по обледенелой тропинке. Люди останавливались, кланялись, улыбались и махали руками, даже те, кто нес мешки с зерном или вел животных.

Фарра раздавала печенье, получая благодарность в ответ.

Солнечные лучи освещали выстроившиеся по обеим сторонам дороги здания из известняка, крыши которых украшали аметисты, розовый кварц и агат.

— Великолепно, — ахнула я. Такое великолепие. «Словно ожившая сказка». Но зачем мне нужно это видеть? И почему я почувствовала, как кто-то коснулся моего плеча?

Но тут же забыла о нем, так как меня захлестнули новые вопросы. Понравлюсь ли я Трули? Понравилась бы Фарре?

Я очень хотела с ними подружиться.

Втроем они поднялись и спустились с холма, затем вошли в магазин в конце улицы. Колокольчик звякнул, оповещая об их присутствии.

— Офелия? — позвала Фарра. — Ноэль?

На половицах и стенах рос плющ. Тут и там горели свечи, отбрасывая тени и освещая травы, которые висели на крючках под потолком. На полках стояли кувшины, наполненные всякой всячиной. О, Боже правый! На поверхности одной из них плавал глаз и смотрел прямо на меня.

Сзади висела вывеска «Магия, предсказания и многое другое». За длинным деревянным прилавком сидела девушка-подросток, одетая в золотые доспехи, со смуглой кожей и множеством сверкающих украшений.

Я напряглась. Это была не просто девушка. Она была ведьмой. Ведьмой, которая (нечаянно?) натравила мою мать на Николаса и планировала вернуть нас в Энчантию.

Подождите. Она жила в Севоне, а не в Эйрарии? Но что Трули, Принцесса Эйрарии, делала в Севоне?

Фарра сделала безупречный реверанс, сказав:

— Доброе утро, Офелия.

— Доброе утро, Принцесса Фарра. Принцесса Трули. Саксон. — Ведьма… Офелия… продолжала протирать прилавок. — Вы здесь, чтобы поговорить с Ноэль, кажется, у нее сейчас посетитель.

Саксон стоял позади принцесс грозной и могучей башней. Он не ответил ведьме и даже не признал ее присутствия. Вместо этого осмотрел магазин в поисках любой возможной угрозы для своих подопечных. Мне нравилась его самоотверженность. Ничто не отвлекало его от поставленной задачи.

— На самом деле, мы пришли к тебе. — Фарра достала небольшой мешочек с монетами, а может быть, драгоценностями, и все они звякнули друг о друга. — В своем последнем видении Ноэль сказала нам, что моего отца можно спасти, но только после луны урожая. Что ж, луна урожая наступила и прошла.

— Ты хочешь знать, были ли у Ноэль другие видения?

Значит, у оракулов бывают видения, не связанные с пророчеством. Полезно знать.

— Да, — сказала Фарра. — Несколько часов назад сердце моего отца остановилось. Если бы не наши целители, он бы умер. Боюсь, что очень скоро, их магии станет недостаточно.

Сочувствую. Бедная Фарра.

Офелия протянула руку ладонью вверх, молча требуя оплаты.

Я восхищалась ее деловой хваткой.

Как только Фарра бросила мешок, ведьма объявила:

— Да, у Ноэль было еще одно видение. В нем твой брат путешествовал по Зачарованному лесу, рискуя жизнью и здоровьем, ища Яблоко Жизни и Смерти.

Принцесса быстро моргнула, словно пыталась что-то вспомнить.

— Что такое Яблоко Жизни и Смерти? Почему я никогда не слышала о нем?

Офелия лукаво улыбнулась.

— Ты задаешь неправильный вопрос. Ты, которая не может жить, пока не умрет.

Я вздрогнула, как от удара молнии. Неужели я только что услышала пророчество?

— Каков же правильный вопрос? — Трули дрожала от раздражения. — И что это вообще значит? «Не может жить, пока не умрет», — передразнила она. — Ты лгунья. Не то, чтобы ты когда-либо говорила правду.

Кто-то снова коснулся моего плеча, но это ощущение продолжалось недолго.

Ведьма выгнула темную бровь.