реклама
Бургер менюБургер меню

Джена Шоуолтер – Темнейший князь (страница 40)

18px

Неоново-красные глаза Рассвета засветились от страха. Аврора держала голову опущенной, пока ее тело тряслось. Обычно адские гончие проявляли агрессию. Эти же двое боялись… должно быть с ними случилось что-то ужасное. Наверное, Катарина думала, что они поступят, как и любая другая женщина, и растаят для него.

Любая другая женщина, кроме Санни.

— Спрячьтесь под кровать, девочки. — Он подошел, чтобы приподнять ткань. Щенки мгновенно повиновались. — Я сделаю все возможное, чтобы вы были в безопасности, клянусь.

Он бросил свои кинжалы, подбежал к шкафу и достал два серпа.

«Враг вторгся в дом моего отца». Ярость превратила его кровь в топливо, слабый дым уже начал просачиваться сквозь его поры. «Осторожно». Они в аду, дым мог навредить Пандоре так же, как и демонам.

— Должно быть это расплата на нападение Гадеса на Люцифера, — сказала Пандора, вставая рядом с Уильямом. Они будут сражаться до конца, спина к спине, не позволяя никому подкрасться сзади.

— Тогда они хотят крови. Нашей. — Топот становился все громче… и громче… вскоре превратившись в бег. — Должны прийти через три… два…

Орда прорвалась сквозь стены, заполняя комнату темным дымом.

Уильям закашлялся, из его глаз и носа потекла кровь. Нет времени ее вытереть. Демона окружили его, готовые убивать.

Глава 16

«Если позволишь врагу выжить сегодня, ожидай, что завтра умрешь от его руки».

Пандора оставалась за спиной Уильяма, когда он переместился, чтобы нанести удар по одному демону, и вернулся, чтобы уничтожить другого. Пот градом лился с него, безумный прилив адреналина превратил его торс в раскаленную печь.

Он рубил конечности, гениталии, крылья и хвосты. Выкалывал глаза и вырывал позвоночники. Головы с глухим стуком падали на пол и укатывались, черная шипящая кровь брызгала во все стороны. Тела падали, скапливаясь вокруг него и наполняя комнату резким запахом старых монет и опорожненных кишок.

Какофония звуков била по ушам. Ворчание и стоны. Бульканье жидкостей — крови, желчи и мочи. Треск ломающихся костей. Прерывистое дыхание.

Одному демону удалось вцепиться Уильяму в шею. Боль! Должно быть ввел его в кровь какую-то отраву; раны нагрелись и покрылись волдырями.

Отрава… эквивалент пузырьку с ядом?

Дерьмо! Жар проник в мозг. Через несколько секунд он ощутил, будто его голову опустили в чан с кипящим маслом, и его охватила агония.

«Не замедляйся». Он отвел локоть назад, собираясь снести голову сопернику. Затем остановился, охваченный ужасом. Перед ним был уже не демон, а Джиллиан, одетая в окровавленную майку и шорты.

Уильям чуть не убил девушку, которой дорожил больше всего на свете.

Паника завладела его мыслями. Как она… Она не могла… Это?..

— Тебе не следовало приходить. Уходи! — Почему демоны не нападали на нее. — Уходи немедленно.

Да, она стала свирепым воином, но все равно не готова к такой битве, как эта.

— Я не оставлю тебя, — прорычала Пандора, а ее тело дернулась рядом с ним.

Радостные смешки. Он позабавил демонов?

— Не ты. — Его сестра не видит его друга?

Джиллиан улыбнулась и подошла ближе, не обращая внимания на опасность. В тот момент, когда она оказалась на расстоянии вытянутой руки, он вцепился в ее предплечье, намереваясь поставить между собой и Пандорой. «Буду защищать ее ценой своей жизни!» Только вместо ее нежной и эластичной кожи ощутил сухость и неоднородность, как у чешуи. Зеленый хвост, свернувшийся у нее между ног, показался из-за спины. Заостренный наконечник напоминал голову демонической змеи.

Что за черт?

Вот дерьмо. Эти демоны, принадлежащие к орде Галлюцина, были любимыми питомцами Люцифера. Они выделяли яд, который воздействовал на разум своих жертв, заставляя видеть яркие галлюцинации.

Прежде чем Уильям смог ударить, ненастоящая Джиллиан ударила своим хвостом по его щеке. Кожа треснула, и его голова мотнулась в сторону. Новая вспышка жара и боли.

Санни появилась в нескольких футах от него, и его сердце чуть не остановилось. Санни с розовыми волосами, изумрудными глазами и нераскрытой чувственностью. Рассуждая логически, он понимал, что она была галлюцинацией, созданной его разумом. И все же вновь запаниковал. Вдруг она переместилась сюда за ним? Она могла перемещаться? «Думай!»

Действительно ли ответ имел значение? Он не мог рисковать ее жизнью.

— Оставайся на месте, — приказал он ей. — Не двигайся. — На всякий случай Уильям останется вне досягаемости, но никому другому не позволит к ней приблизиться.

Взяв серпы в одну руку, он освободил другую. С ревом поднял кинжал, оброненный ранее, и метнул его в ближайшего к Санни демона.

Не прекращая двигать руками, он пронзил сначала одного демона, затем второго. Раскачивался. Рубил. Колол.

Каждый раз, вонзая острый край серпа с тело демона, Уильям проворачивал лезвие, нанося максимальный урон. Капли черной крови брызгали на его кожу, вызывая волдыри.

— Помоги мне, — взмолилась Санни. Она обхватила себя руками за талию и оглядывалась в ужасе, пытаясь подойти ближе.

Хотя его терзало это, он отскочил… и нечаянно наткнулся на демона. Очередная волна жара и боли. Острый край крыла вспорол ткань и плоть, алая струйка потекла по животу.

Раздался свист. Стрела вонзилась между глаз Санни. Ее колени подогнулись, и она рухнула.

— Нет! — Он прыгнул вперед и поймал ее прежде, чем она упала на пол. Снова ощутил жар и боль, но его это не волновало. Мертва. Она была мертва.

Зрение затуманилось, он прижал ее прекрасное лицо к своей груди. Боевой клич застрял у него в горле.

«Это не она. Не может быть она».

«Пожалуйста, пожалуйста, пусть это не моя Санни».

Другой демон бросился на него. Изогнувшись, Уильям выбросил вперед ногу. Демон напоролся на стальной носок ботинка и отшатнулся назад.

— Гадес? — ахнула Пандора. Она замерла с поднятым арбалетом.

Гадес пришел? Стараясь выровнять дыхание, Уильям оглянулся через плечо. Ни следа отца, но… Нет! У каждого демона было лицо Санни.

Ужас пронзил его до глубины души, жизненно важные органы заледенели. В этот момент он подумал, что полностью проиграл битву. Что, если где-то здесь демоны спрятали настоящую Санни?

Мог ли Уильям рискнуть убить своего дешифровщика?

«Моя женщина. Моя! Я буду защищать ее ценой своей жизни!» Но нужно что-то быстро сделать, иначе умрет в этой комнате.

Умрет? Нет! Ни сегодня, ни когда-либо. решимость превратила его сердце в камень. Сегодня он убьет. Их. Всех. Беспощадно.

— Яд, — проревел он для Пандоры. Она прожила в Преисподней не так долго, и ей еще предстоит познать все виды демонов. — Он вызывает галлюцинации. Щупай кожу. Если грубая, наноси удар, кем би он ни был.

* * *

«Кое-что случилось, но я вернусь в конюшню через час. Будь готова».

Быть готовой к чему? Санни получила текстовое сообщение от Уильяма три часа назад. Этот «час» наступил и прошел без единой весточки от него.

«Я недостаточно хороша, чтобы мой фальшивый бойфренд взял меня на встречу к отцу или получить объяснение вовремя».

Боль кольнула ее, но и беспокойство. Где он? Что, если случилось плохое?

Она отправила сообщение с просьбой сообщить последние новости, но… прошла минута. Затем пять. десять. Тридцать. Нет ответа.

Черемуха (черт)! Бегония (блин)! Делифиниум (дерьмо)!Должно быть, случилось что-то плохое. Но она ничего не могла сделать из запертой канюшни.

Она расхаживала по комнате, еле справляясь со своими эмоциями. Все они сменялись в ней: от парализующего страха до праведного гнева. Санни хотела, чтобы он был с ней здесь и сейчас. Хотела обнять его и залатать, если он получил травму. А потом хотела врезать ему за то, что заставил ее волноваться.

Отчаянно желая отвлечься, она открыла свой дневник и вырвала список поз для секса. Магия восстановила страницу, но совершенно пустую.

Санни написала новый список с заголовком «Все способы наказать Уильяма за его плохое обращение со мной».

— Пригвоздить к стене голым

— Отказать в оргазме

— Приковать к кровати и выпороть

— Я поймала волну, — пробормотала она. И создала новый список придуманных поз. Вещи, о которых он, возможно, и не слышал, поскольку она только что их изобрела. Скрестив пальцы, он бы чувствовал себя совершенно неуместно. «Читай их и плачь, большой мальчик».

Прошло еще полчаса, но от Уильяма по-прежнему не было никаких вестей.