Джена Шоуолтер – Королева сердец зомби (страница 46)

— Как она умерла?

— Мой отец ее убил.

Ладно. Этого я не могла предсказать.

— Потому что она работала на «Аниму»?

Его глаза сузились, в их глубине плавала ненависть.

— Зомби, возможно, и убил мою мать, но она нажала на курок. Она их послала. Затем поймала душу моей матери и послала ее за мной и моим отцом.

И я, скорее всего, была ее родственницей? «Сейчас стошнит».

— Коул. Мне так жаль.

Он отмахнулся от моего сочувствия, слишком расстроенный, чтобы его принять.

— Откуда ты знаешь, что это сделала она? — спросила я.

— Она загнала моего отца в угол примерно за неделю до этого, хвасталась тем, что собирается сделать.

Подождите. Я неуверенно покачала головой. Хвасталась… или предупреждала?

Я не хотела думать о ней самое плохое, не так ли? Неважно, какие улики были против нее.

— После… сразу после этого, мой отец пошел за ней, — сказал он, стиснув зубы. — Он ее застрелил. И, если ты хочешь знать больше, мне придется спросить у него.

Должно быть, для него это было кошмаром, как сдирание пластыря со старых ран, и я ненавидела это, но это не останавливало меня.

— Да, пожалуйста. — я должна была знать правду. — Спроси его.

Он прошел через всю комнату, чтобы позвонить. Я набрала номер бабушки.

— Али! — услышав ее голос, я немного согрелась от холода, который поселился во мне. — Как ты?

— Я… в порядке.

— В порядке? Ну, это не очень круто, не так ли?

Круто? «О, бабушка. Молодежный сленг это не твое».

— Что ты делаешь? — мне показалось, что я слышала плеск волн на заднем плане.

— Как ни странно, я расслабляюсь. Мне неприятно признавать, но… это приятно. С тех пор, как умер твой папа, я… Ну, ты знаешь. Я не понимала, что мне это нужно. И это заставляет меня чувствовать себя такой виноватой! Особенно потому, что ты там, делаешь то, чего я не знаю, и, наверное, не хочу знать.

Верно.

— Тебе не нужно обо мне беспокоиться. Я надираю задницы и не беспокоюсь об именах.

— О, милая. Это замечательно. Но ты правильно питаешься? Отдыхаешь? Делаешь горизонтальное хоки-поки с Коулом?

Я чуть не подавилась собственным языком.

— Бабушка!

— Это законный вопрос, дорогая. И он заслуживает ответа.

— Нет! — выпалила я, уверенная, что сильно покраснела. — Не делаем. — не технически. Я откашлялась, затем, сменив тему, спросила: — Ты в безопасности?

— Никогда еще не была в большей безопасности.

— Хорошо. Это хорошо. — я сделала паузу. — Бабушка, — сказала я, торопливо расхаживая взад-вперед, — я родственница девушки по имени Хелен Конвей?

Молчание.

Такое тяжелое молчание.

— Бабушка?

— Али, — сказала она. Она откашлялась. — Она моя племянница. Двоюродная сестра твоей матери. Почему ты спрашиваешь? — от ее жизнерадостности не осталось и следа.

Итак. Между ними была семейная связь. Это означало, что у меня была родственница, которая (1) работала на «Аниму» и (2) убила маму Коула. Потрясающе.

— Почему я никогда не слышала о ней раньше? Ты никогда не говорила о ней. Мама никогда не говорила о ней. Почему?

Снова молчание, и я не знала, что и думать.

Затем она сказала:

— Она уехала сразу после окончания школы. Я больше никогда о ней не слышала.

— А как же ее родители?

— Они мертвы, — добавила бабушка, — как и Хелен.

— А что насчет…

— Али. Давай оставим этот разговор, хорошо? Пожалуйста. — ее отчаяние задело мои струны, и, если бы я была сделана из более слабого материала, я бы выполнила ее просьбу.

Но я не такая.

— Не могу. Не буду. — никто из ее семьи… моей семьи… не знал, что Хелен работает на «Аниму». Иначе они бы знали о зомби, а никто из них не знал. — Я должна знать все. Я заслуживаю знать.

Коул встал передо мной. Мускулы на его лице были как камень или лед, высеченные клинком, наверняка отточенного в огне ярости, и это меня немного напугало. Он никогда не смотрел на меня так.

— Бабушка, — сказала я. — Сегодня твой счастливый день. Ты получишь отсрочку, которую так хочешь. Но я позвоню тебе завтра и буду ждать, что ты ответишь на все мои вопросы.

— Хорошо, — сказала она и вздохнула. — Завтра. Просто знай, что, несмотря ни на что, я люблю тебя. Очень сильно. Никогда не забывай об этом.

Что она мне не договаривала? Что бы это ни было, это ее пугало. Сильно. Она думала, что я вырасту и… что? Буду ее ненавидеть? «Этого не случится».

— Я тоже тебя люблю. Всегда буду любить тебя.

Дрожа, я отложила телефон в сторону. Я открыла рот, чтобы спросить Коула, в чем дело, но он просто протянул мне свой телефон.

— Мистер Холланд? — спросила я.

Он не стал тратить время на любезности.

— Я закончил школу на год раньше твоих родителей.

Эм, ладно.

— Это… славно?

— Просто послушай, — рявкнул он, испугав меня. — Я следил за учениками младше меня, ища новобранцев. Особенно меня интересовал твой отец. Но ты это уже знаешь. Ты также знаешь, что я его не интересовал.

— Я не…

— Он начал встречаться с Хелен в выпускном классе.

Подождите.

Что? Мой папа и Хелен?

— На самом деле, я пытался завербовать их обоих. В отличие от твоего отца, она была заинтересована. Затем, насколько мне удалось выяснить, твой отец встретил твою маму на какой-то семейной вечеринке и бросил Хелен в тот же вечер. Он и Миранда начали встречаться на следующий день. Через несколько месяцев все трое окончили школу. Твои папа и мама почти сразу же поженились, а Хелен уехала. Я не знаю точно, когда она начала работать на «Аниму». Знаю только, что через шесть лет она вернулась в Бирмингем. Ходили слухи, что у нее родилась дочь, но девочка, Саманта, умерла.

Подождите, подождите, подождите. Притормозите. Эта милая маленькая девочка была мертва?