Джеки Коллинз – Голливудский зоопарк (страница 35)

Серафина требовала, чтобы они не называли ее бабушкой.

– Разве я похожа на бабушку? – спрашивала она.

Джордж поспел к похоронам. Он задержался в Калифорнии, чтобы перевезти личные вещи Чарли из дома в Бел-Эйр в отель «Беверли Хиллз», после чего вылетел ближайшим рейсом. Он решил не сообщать Чарли о грандиозной вечеринке, на которой, похоже, собрались все бездельники Лос-Анджелеса. Динди устроила ее сразу после отлета Чарли. Джордж порадовался тому, что его босс избавился от Динди достаточно быстро.

– Как долго ты здесь пробудешь? – спросила Лорна по дороге на кладбище.

Чарли пожал плечами.

– Наверно, сразу же вернусь назад. Тридцатого начинаются съемки нового фильма. К тому же здесь мне нечего делать.

Он пристально поглядел на нее.

– Я… я говорила с Джимом, он сказал, что ты мог бы пообедать у нас до возвращения в Штаты.

Он удержался от резких слов. В конце концов, она пытается быть вежливой.

– Нет, дорогая, извини, думаю, что ни к чему.

– Если ты передумаешь, мы по-прежнему живем в Айлингтоне. Дом требует ремонта, но после него там станет чудесно.

Она машинально сжала его руку.

– Я рада, что мы можем быть друзьями, Чарли. Я хочу, чтобы мы были друзьями. Мы с Джимом очень счастливы. Я рада, что ты снова женился. Натали написала мне, что она очень хорошенькая.

Лорна засмеялась без горечи.

– Я была недостаточно красива для тебя, Чарли. Он собрался перебить ее, но она продолжила:

– Не надо лгать мне. Как только ты стал звездой, я начала замечать, что думали люди, с которыми мы встречались. «Она ничего из себя не представляет, он мог бы подыскать себе что-нибудь получше».

– Неправда, – возразил он.

– Нет, это так. Ты знаешь, люди из шоу-бизнеса безжалостны. Однажды мы были на вечеринке, и две девушки обсуждали тебя в дамской комнате. «Чарли Брик весьма сексуален, – сказала одна из них – разумеется, они не знали, кто я такая, – и к тому же доступен, при такой жене он наверняка погуливает. Я никогда не видела ее, но говорят, она – сущий крокодил».

– Я тебе не верю.

– И не надо. Это не имеет сейчас значения, но я сказала правду.

Они молчали до кладбища; дети тоже притихли на переднем сиденье.

Возможно, это правда, думал Чарли. Люди действительно беспощадны, если твоя жена – не сногсшибательная красотка. Он с сожалением вспомнил о том, что и сам был таким – знакомясь со звездой, думал: «О, его жена далеко не красавица».

Почему люди придают такое значение внешности? Он тоже так поступал. Поэтому ревностно соблюдал диету, появлялся в обществе только с эффектными «звездочками» и фотомоделями, наконец, женился на одной из них. Прелестная Динди могла предложить только свое смазливое личико.

Возможно, именно поэтому он нуждался в Лорне – она была обыкновенной женщиной, которая знала его, когда Он был никем. Она не волновала Чарли как женщина, в его отношении к ней не осталось ничего сексуального, но он по-прежнему нуждался в Лорне.

Похороны подействовали на Чарли угнетающе. Со всей страны съехались родственники, о существовании которых он, казалось, и не подозревал.

Лили, старшая сестра Серафины, обняла его, плача и причитая. Он знал, что сестры никогда не ладили и не виделись последние пять лет.

– Они все мне завидуют, – сказала однажды Серафина, – завидуют тому, что я сохраняю жизненную энергию, что у меня знаменитый сын. Я всегда была в семье королевой.

У Серафины было семеро сестер и три брата; все они появились со своими сыновьями, дочерьми, зятьями, невестками и внуками. Чарли почти никого из них не знал.

Служба закончилась быстро. Серафина никогда не была набоженной женщиной. Все отправились на кладбище, чтобы увидеть, как гроб опустят в землю.

Чарли стиснул зубы. Он решил, что похороны – ненужная процедура. Людям следует предоставить возможность уходить из жизни без свидетелей. Он попросит в завещании, чтобы после смерти его кремировали сразу же, без церковной службы и похорон.

Лорна стояла рядом с ним в храме и у могилы. Каждый из них держал за руку ребенка. Один раз она сжала руку Чарли, и он ответил на ее пожатие. Он никогда еще не испытывал ощущения такой близости к кому-либо.

После похорон на Чарли обрушилась хлопотная необходимость принимать родственников в своем доме.

Они приехали на «моррис-оксфордах», «мини-майнорах» и старых помятых «фордах».

Родственники, как саранча, набросились на еду и напитки.

Они охали и ахали. Трое детей свалились в бассейн. Один из братьев Серафины принялся рассказывать похабные анекдоты. Лили спросила Чарли, что будет с вещами Серафины. Гости стали обмениваться семейными сплетнями. Все забыли о Серафине.

В пять часов вечера последний «мини-майнор» отъехал от дома.

– Какая насмешка! – воскликнул Чарли. – Какая циничная, страшная насмешка! С Серафиной случился бы приступ, если бы она оказалась здесь.

– Что ты собираешься теперь делать? – участливо спросила Лорна, найдя одежду детей и собираясь уходить.

– Не беспокойся обо мне, дорогая. Мы с Арчи перекусим.

– Ты уверен, что не хочешь приехать на обед? Она застенчиво добавила:

– Я бы хотела показать тебе малышку. Она очаровательна. Мы назвали ее Джеммой.

– Извини. Я даже не спросил тебя о ней.

– Тут и спрашивать нечего. Ребенок как ребенок. Каждый считает свое чадо самым красивым. Она немного похожа на Синди.

Чарли подумал, содержала ли последняя фраза Лорны какой-то тайный смысл, и в конце концов, решил, что ему показалось. Не желая обижать ее, он сказал:

– Я хочу завтра улететь обратно в Голливуд. Может быть, в следующий раз я загляну к вам.

– Господи, ты теперь запросто летаешь повсюду.

– Человек со временем ко всему привыкает, дорогая.

Джордж приготовил для Чарли и Арчи яичницу с ветчиной. Они устроились на кухне. Чарли заметил, как осунулся Арчи с момента смерти Серафины.

Вот что меня ждет, когда сладость успеха останется в прошлом, подумал Чарли. Невзрачный маленький бывший комик, похоже, испытывал к Серафине серьезные чувства.

– Я уеду завтра раньше вас, – сказал Арчи; его глаза были покрасневшими и печальными.

– Куда вы отправитесь.

– Не знаю. Немного попутешествую. Один манчестерский клуб приглашает меня вернуться к ним.

– Слушайте, Арчи, – внезапно сказал Чарли, – вы можете остаться здесь, вы были добры к моей матери. Я хочу отдать вам этот дом. Она бы хотела, чтобы вы взяли его себе.

– Нет, Чарли, нет, – Арчи медленно покачал головой. – Вы не обязаны дарить мне дом, потому что я ухаживал за Серафиной. К тому же я бы не смог жить здесь без нее.

– Но я хочу, чтобы он был вашим. Продайте его, делайте с ним, что хотите, он – ваш.

Арчи с достоинством поднялся из-за стола.

– Нет. Я сказал «нет» и не изменю своего решения. Сейчас я ложусь спать, увидимся утром.

Маленький человечек удалился, оставив Чарли одного. Подавленный актер тоже лег на кровать – на кровать Серафины. Он спал беспокойно, ему снились авиакатастрофы. Чарли проснулся в четыре утра, покрытый холодным потом, и больше заснуть не смог.

Утром Арчи исчез, не оставив даже адреса для пересылки почты. Собрав свой единственный чемодан, он тихо покинул дом.

Чарли расстроился. Он хотел хотя бы дать ему денег.

Джордж помог Чарли упаковать личные вещи Серафины и сдать их на хранение.

Агенты получили указания заняться продажей дома.

В четыре часа дня Чарли, взбодрившийся сигаретой с «Мексиканским золотом» и охраняемый Джорджем от репортеров, отправился на самолете в Лос-Анджелес.

29

На следующее утро после приема по случаю помолвки Санди проснулась от телефонного звонка. Кэри звонила из аэропорта.