Джеки Коллинз – Бал Сатаны (страница 42)
— Нет, не день рождения, — ответил Дин, наполняя ей бокал. — Но время от времени ты ведь можешь себе позволить немного шампанского?
— Наверное.
Он сел напротив и чокнулся с ней.
— А знаешь, Дэни, мне всегда казалось, что для такой красивой, утонченной женщины ты ужасная домоседка.
— С чего ты взял, что я утонченная?
— Ты одна из ведущих исполнительниц самого популярного шоу в Лас-Вегасе. На сцене ты такая победительная, такая блистательная… — Он вопросительно взглянул на нее. — Но на самом деле ты совсем не такая, да?
— Нет, Дин, не такая, — согласилась она, одарив его ослепительной улыбкой. — Это вот Джемини у нас утонченная. А я просто мамаша.
Дин улыбнулся в ответ и посмотрел на нее с нежностью. За ужином Дэни завела разговор об адвокате. Дин внимательно выслушал.
— А вы уже оформили развод? — спросил он.
— Нет пока.
Он пытливо посмотрел ей в лицо.
— А ты этого хочешь?
— Да.
— К несчастью, твоему бывшему мужу по закону будет дано право видеться с сыном.
— Да?
— Конечно. Он же его отец.
Дэни замялась.
— А если нет? — пробормотала она.
— То есть? — оторопел Дин. Рассказать ему все?
Почему бы и нет? Терять ей нечего.
— Дин, — начала она, — об этом знает еще только один человек — Джемини. В общем… Сэм Винсенту не отец. — И она рассказала ему свою историю.
Дин внимательно выслушал и некоторое время молча смотрел на нее.
— Следовательно, — заключил он наконец, — я вполне мог бы заменить Винсенту отца.
— Для него ты уже и так самый замечательный.
— Правда?
— Потому что ты его балуешь.
— Я знаю. Ему это нравится, мне тоже. Он чудесный малыш.
— Столько игрушек… — проворчала Дэни. — У тебя что, было тяжелое детство?
— Отнюдь. Просто мне нравится делать подарки.
— Очень мило.
— А теперь, — медленно проговорил он, — пока мы ждем суфле, мне нужно кое о чем у тебя спросить.
— Да?
— Дэни, — сказал он, доставая из кармана ювелирный футляр от Картье, — я прошу тебя оказать мне честь и стать моей женой.
Он открыл футляр, и Дэни ослепил роскошный изумруд в золотой оправе. Кольцо было потрясающее. Она подозревала, что к этому идет, и все же была удивлена. До сих пор она позволяла этому мужчине только поцеловать ее на сон грядущий — и нате вам, он делает ей предложение!
— Я дам тебе все, о чем ты мечтаешь в жизни, — продолжал Дин, вынимая кольцо из футляра и протягивая ей. — И не только тебе — Винсенту тоже. Он будет учиться в лучших учебных заведениях, сможет заниматься тем, к чему у него будет интерес. Юриспруденцией, наукой, футболом — что пожелает.
— Я… Мне… мне надо подумать, — пролепетала Дэни, вертя в руке кольцо.
«Да, это надо обдумать, потому что никакого влечения к нему я не чувствую. Мне вообще, кажется, никогда не захочется быть ни с каким мужчиной».
— О чем тут думать? — озадаченно посмотрел на нее Дин. — Надень кольцо. Давай хотя бы обручимся.
— Дин, дай мне время, — попросила Дэни, возвращая кольцо. — Я еще даже не развелась.
— Я найму тебе лучшего в городе адвоката по бракоразводным делам.
Дэни потупилась.
— Я хочу, чтобы ты знал: твое предложение для меня большая честь.
— Это отказ?
— Это неопределенный ответ.
Он улыбнулся:
— Что ж, уже неплохо. Это я переживу.
— Надеюсь, — мягко произнесла Дэни. — Потому что пока мы остановимся на этом.
— Пока? — переспросил он и взял ее за руку.
— Да, Дин, пока.
ГЛАВА 26
— Немедленно подгоните фургон! — прокричала Мэдисон в трубку. — Хватит заниматься ерундой. Мы все висим на волоске. Двое уже убиты. Вы это понимаете? Двоих они уже убили. Сейчас же давайте машину! Клянусь, я вас так ославлю в своем репортаже, что вы не обрадуетесь! Действуйте, черт бы вас побрал!
— Детка, а ты у нас с характером! — восхищенно изрек один из налетчиков, тоже снявший маску.
Главарь бросил в его сторону сердитый взгляд, но тот замолкать не собирался.
— И фигурка — что надо, — осклабился он и многозначительно потер себя по низу живота. — Меня это возбуждает.
— Ты тут не для того, чтобы трахаться! — проревел главарь. — Твоя забота — бабки! Посмотри, сколько там у нас в мешке?
— Неплохо сработали, — встрял третий — тот, что собирал добычу в черный мешок для мусора. — Пара «Ролексов», восемь трубок, бабьи побрякушки и куча…
— Надо скорей отсюда выбираться, пока нас не вздернули за задницу! — перебил главарь.
— Уже давно никто людей не вешает, — поправила Мэдисон, убирая со лба выбившуюся прядь. — Поджаривают на электрическом стуле. Вот что с вами будет, если вы застрелите кого-нибудь еще.
— Думаешь, испугала? — вскинулся главарь. — Да мы вас всех, козлов, замочим, если захотим! Мне это по фигу!
Мэдисон поняла, что им действительно все «по фигу». Для них это очередное дело, а если гибнут люди — и черт с ними.
— У вас что, боевое крещение? — поинтересовалась она. — В таком случае вам следовало ограбить банк.
— С вами, богачами, со смеху помрешь, — оскалился парень. — Зачем грабить банк, когда вот они вы, красавчики, сидите во всех своих побрякушках? Входишь, выпускаешь несколько пуль в потолок, забираешь, что у кого есть, и идешь себе. Если бы этот ублюдок не вытащил пушку, мы бы уже давно свалили. А кстати, что ты вообще пописываешь? — поинтересовался он и потянулся к стойке бара за пачкой «Лаки страйк».
— Я работаю в журнале, — ответила Мэдисон.
— Что еще за журнал?