Джэки Иоки – Лучшие вещи рождены болью. Том 3 (страница 4)

– Свяжись срочно с местным отделом. Пусть заберут их, – закончил он свой рассказ, устало откидываясь на подушку на большой кровати. Пару минут на отдых, а потом нужно очистить своё лицо и руки, обработать вспоротую пулей кожу на боку, собрать вещи и убраться из этого города. Пора было возвращаться домой. До Рождества оставалось три дня. И они всё равно собирались завтра уезжать.

Тео Тейшейра расхаживал по своему кабинету, безуспешно пытаясь взять себя в руки. Два дня, прошло два хреновых дня с тех пор, как Эдриан Морган сообщил ему, что нашёл Беннета-Хантера в Сан-Франциско и выезжает туда. Два дня тишины. Да и сейчас “лучшая в Америке ищейка” не выходил на связь.

По сути, это было не так уж и важно. Беннет практически ничего не знал, и завтрашняя приёмка товара была вне угрозы. Просто Тео любил доводить до конца то, что начал. Потому что в противном случае это очень сильно било по репутации, которая в их деле была ключевым фактором.

Задумавшись, он не услышал стук и подозрительно прищурился, когда в дверном проёме показалась голова Ноа:

– Тебе тут конверт, написано “Срочно”, – Стелс помахал в воздухе скорее даже тонкой папкой жёлто-коричневого цвета, очень похожей на те, что использовали в полиции.

Тейшейра протянул руку, с настороженностью забирая конверт, и тут же вскрыл его. На стол выпали несколько больших фотографий и белый лист бумаги. Одного взгляда на фото было достаточно, чтобы привести мужчину в бешенство. В стену полетела стеклянная пепельница, разбиваясь на тысячу осколков, а Стелс вздрогнул от резкого звука, не понимая, что так могло разозлить шефа.

– Что там? – всё-таки осмелился спросить он и подошёл ближе, рассматривая фото, когда Тео кивнул головой в сторону стола. На семи фотографиях были изображены избитые мужчины, которых он видел в первый раз, сидящие в камере. А на последнем – тело Эдриана Моргана, лежащего на столе патологоанатома в морге.

Ноа содрогнулся, переворачивая записку с одной лишь фразой “Тебе не надоело терять людей?”. Это уже было похоже на предупреждение. И было бы глупо к нему не прислушаться.

– Слушай, может действительно, к чёрту этого Хантера? Тем более сейчас совсем не до него.

– Мне плевать! – взревел Тейшейра, окончательно теряя самообладание. Хренов мальчишка. Он ещё и угрожать ему вздумал. Как бы ни так. – Я освобождаю тебя от завтрашней операции. Делай, что хочешь, но найди мне его!

– Но…

– Выполняй, – процедил мужчина сквозь плотно сжатые зубы, указывая рукой на дверь. И покачав головой, Ноа скрылся за ней, думая о том, с чего бы начать.

– Я могу выделить вам двадцать человек, – Джерард Квинс окинул взглядом чертежи, которые разложили у него на столе Хантер и Филипп утром в канун Рождества.

– Этого хватит, – с уверенностью кивнул Хантер. – Алесса сказала, что в порту будут присутствовать только пять членов банды, включая самого Тейшейра. Это территория, куда свозят контейнеры с отходами, – он указал на большую площадку на чертеже портовых сооружений, окружённую несколькими одноэтажными зданиями и другими служебными постройками. – Мы зайдём вот с этих точек несколькими группами, чтобы окружить их со всех сторон.

– Эта твоя Алесса пойдёт в группе с Брауном. За ней нужен глаз да глаз, – как бы между прочим бросил Квинс. – Не хочу, чтобы она в последний момент предупредила своих дружков и сорвала нам всю операцию.

– Она этого не сделает. Они давно ей уже не дружки. Да и я, по-моему, отлично справлялся с присмотром за ней всё это время, – Хантер был раздражён. Ему не нравилось, когда посторонние, тем более не оперативники, влезали в разработанные и выверенные им планы операций. Да и где-то внутри зародилось очередное неприятное чувство, значение которого он пока не мог понять. – В любом случае, она не пойдёт ни с одной из групп. Алесса не до конца поправилась, а это значит, что если дойдёт до применения силы и драки – а зная Воронов, я уверен, что так и будет – она станет лёгкой мишенью и может пострадать, – он поднял руку в останавливающем жесте, видя, что шеф собирается с ним спорить, и продолжил: – Для нас гораздо выгоднее и целесообразнее будет использовать другой её талант. Алесса прикроет нас сверху. У неё будет отличная точка обзора с одного из кранов. И в случае чего она сможет прикрыть и помочь любому из нас.

– Хорошо. Я согласен. Но с ней пойдёт один из наших агентов.

А вот это Хантеру уже совершенно не нравилось. Но вступать в спор с шефом сейчас значило бы вызвать у того ненужные подозрения и бросить тень на лояльность Северины Бюро.

– Без проблем. Правда, я не понимаю, как вы это себе представляете. В кабине крановщика нет места для двоих.

– Тогда кто-нибудь из агентов будет просто охранять кран внизу. Выдели для этого человека.

«Так вот в чём дело. Старикан боится, что она сбежит», – подумал Хантер, но вслух говорить ничего не стал, а только согласно кивнул. Пусть Квинс видит, что он полностью уверен в Северине.

– Если это всё, обсуди план с остальными и можешь быть до завтра свободен. А у меня ещё куча дел.

Через пару часов, раздав всем инструкции, Хантер и Филипп с облегчением уселись каждый в своё кресло в их общем кабинете с кружками кофе, чтобы просто поговорить как раньше.

– Где вы живёте? Может, до конца расследования переберётесь ко мне?

Хантер с удивлением посмотрел на друга. Филипп всегда ревностно оберегал свою квартиру от вторжения посторонних, тем более от присутствия в ней девушек, предпочитая ночевать у них. А тут это внезапное предложение сразу после разговора об очередной девчонке, которую он подцепил на днях в клубе.

– Мы оба решили, что останемся там, пока последний член верхушки банды не окажется в тюрьме, а потом уже найдём себе квартиру.

– Тогда хоть скажи, где этот ваш склад. Мало ли что может случиться.

– Не думаю, что это хорошая идея. Чем меньше людей знает о нём, тем лучше, – Хантер сдвинул нахмуренные брови. Он не понимал, с чего вдруг Филиппа так это заинтересовало. Сегодняшний день в принципе принёс очень много вопросов, которые ему ещё предстояло обдумать. – К тому же это убежище Северины, её тайное место. И вряд ли ей понравится, если я начну всем о нём рассказывать.

– Ты не доверяешь мне, да? – после минутного раздумья спросил Рейнольдс, складывая руки на груди и точно так же хмурясь. – С каких пор?

Хантер и сам этого не знал. Когда случился этот переломный момент, после которого он стал во всех видеть потенциальную угрозу.

– Нас уже два раза выслеживали. И для меня совершенно очевидно, что в Бюро есть предатель. Потому что мы могли уехать в абсолютно любой город, и Эдриан даже по камерам искал бы нас до конца жизни. Но раз он нашёл нас так быстро, значит, кто-то указал ему на Сан-Франциско.

– И ты думаешь, что это я, – Филипп раздосадованно покачал головой. – Потому что только я знал.

– Не только ты. Шеф тоже. И мне неизвестно, с кем он ещё мог об этом говорить.

– Тогда почему же мы всё ещё обсуждаем завтрашний захват? – вскипел вдруг Рейнольдс, вскакивая из-за своего стола. – Ведь если бы это был я, уж точно не стал бы скрывать от Тейшейра, что ФБР планирует сорвать его поставку.

– И ты абсолютно прав, – Хантер с равнодушием смотрел на то, как бесится его друг. Он не собирался подливать масло в огонь. Филипп и сам успокоится через пару минут, когда поймёт, что в решении скрываться есть рациональное зерно. – Поэтому я никого не обвиняю.

– Но ты не доверяешь мне, Хантер. Не доверяешь другу, с которым через многое прошёл. Неужели я хоть раз дал тебе повод усомниться во мне? – Филипп нервно расхаживал по кабинету, то и дело пиная скомканные бумажки, усеявшие пол после разработки завтрашнего плана, и бросал на Хантера гневные взгляды.

– Нет. Но я не хочу, чтобы кто-нибудь ворвался к нам сегодня посреди ночи, или в любой другой день, и застал врасплох.

– Раньше ты не был таким перестраховщиком.

– Раньше я был один и отвечал только за себя. Сейчас же…

– Именно поэтому я и предложил вам переехать, – Филипп застыл посреди кабинета, смотря в упор на Хантера и пытаясь донести до него, почему считает, что тот не прав. – Чтобы в случае чего, нас было хотя бы трое. Тем более, Северина болеет. У меня вам было бы комфортнее.

– Мы уже всё решили. Да и она чувствует себя гораздо лучше. Я не хочу рисковать.

– Она сделала тебя параноиком, – злобно бросил Рейнольдс.

– Знаешь, как говорят? Когда на тебя ведут охоту, паранойя – лучший способ мышления.

– И теперь ты не доверяешь даже напарнику. Лучшему другу, – Филипп и сам не понимал, почему его так это задело. Ведь если хорошо подумать, Хантер был прав. Но остановиться он уже не мог. – Эта неуравновешенная девчонка, размахивающая пушкой направо и налево…

– Не смей. Ничего. О ней. Говорить, – твёрдо сказал Хантер, резко вставая на ноги. Да уж, он даже не предполагал, что этот разговор мог закончиться вот так. Он готов был принять от друга что угодно. Но не оскорбления в сторону Северины. – Ты ничего о ней не знаешь. Думаю, на сегодня мы закончили. Увидимся завтра. Хорошего вечера, – и резко распахнув дверь, Хантер вылетел из кабинета. Нужно было остыть.

Глава 3. ЛВРБ

Вернувшись из Сан-Франциско, два дня Северина практически всё время проспала, вставая только чтобы поесть и принять душ. Сил практически не было, и она чувствовала себя совершенно беспомощной, на что Хантер лишь посмеивался. Это было удивительно и непривычно, но ему нравилось заботиться о ней.