Джэки Иоки – Чаровница для альфы (страница 1)
Джэки Иоки
Чаровница для альфы
Дисклеймер
Все события и персонажи, описанные в этой книге, вымышлены. Любое сходство с реальными событиями и реальными людьми случайно, а некоторые реалии намеренно изменены в угоду сюжета. Эта книга содержит ненормативную лексику, эротические сцены и сцены насилия, рекомендована для чтения лицам, достигшим 18 лет.
Глава 1
- Ну же, Ая, Алтай это ведь не только сумасшедше красивая природа, которой ты больше нигде не увидишь. Это ещё и традиции, древние обряды, легенды. Тебе, как филологу, будет интересно, - Янар интригующе прищурился, подавшись ко мне из кресла напротив, а я недовольно сложила руки на груди, откидываясь на спинку своего.
Это был запрещённый приём. Он прекрасно знал, насколько я всё это люблю. Особенно легенды. И намеренно соблазнял меня.
- Ты только представь… Давай, закрой глаза, - скомандовал Ян, махнув рукой, и я подчинилась, приготовившись слушать его вкрадчивый голос. Рассказывать друг умел. - Горы, вековые сосны, воздух, буквально звенящий чистотой, тишина…
Он с наслаждением протянул последнее слово, а в моей голове замелькали яркие картинки.
- Ты сидишь у потрескивающего костра с железной кружкой травяного чая в руках, греешь об неё ладони, а напротив тебя древний старец. Помешав угольки в костре и подняв сноп искр, он берёт свой бубен. Пам, пам, па-ам… - мягко и приглушённо произнёс Ян, а я как будто начала уплывать, словно наяву слыша долгое и протяжное шаманское «М-м-м». - В нашем роду существует поверье…
Голос Яна стал каким-то потусторонним, завораживающим.
- Однажды, после долгих лет скитаний по чужой земле, на свою родину, которую никогда не видел, вернётся спящий ирбис. Пробудятся там его силы. И решит он судьбу оборотней-волков Алтая, сделав их свободными от страха перед людьми.
- Красиво, - зачарованно прошептала я, нехотя открывая глаза, когда друг замолчал. - А причём здесь твоя семья?
- Один из нас приведёт ирбиса домой, - Ян пожал плечами так, как будто это было само собой разумеющимся, и вся магия его рассказа мгновенно растворилась в стенах обшарпанной комнаты. - Поехали, а?
- Уж не думаешь ли ты, что я тот самый спящий ирбис? - хихикнула я, тут же смутившись наглости этого предположения, а Янар подался ещё ближе ко мне и взял мои ладони в свои. Такие большие и горячие по сравнению с моими.
- Я просто рассказываю тебе, как будет здорово, если ты согласишься.
Я закусила щёку, задумчиво подняв глаза к потолку. Уже битый час друг уговаривал меня поехать вместе с ним в его родной край. Вернее, переехать. Мы закончили университет, и он собирался вернуться домой. Спустя почти пятнадцать лет. А я? Я даже не могла всерьёз об этом задуматься. Перемены меня всегда страшили. До дрожи в коленках и икоты. Хотя и здесь меня ничего не держало, о чём Ян мне напомнил уже несколько раз за этот вечер. Ничего, кроме потрёпанной квартирки, доставшейся мне в наследство после смерти бабушки два года назад, в которой мы жили с ней вдвоём, сколько я себя помнила. У меня даже друзей не было. Только Ян. Янар Тарханов.
Хотя, если честно, я вообще никогда не понимала, почему он возится со мной. Такой… серой мышью, скучной заучкой в бабушкиных шмотках, помешанной на книжках, как говорили обо мне сначала одноклассники, а потом и однокурсники.
Янар же был «мистером популярностью». Девчонки так и стреляли в него глазками, куда бы он ни пошёл. Высокий, статный, обаятельный, по-мужски красивый, даже несмотря на длинные волосы до плеч пепельно-блондинистого цвета, которые он иногда собирал в хвост. Не говоря уже о крепкой атлетической фигуре, которую обсуждала не только женская половина университета на переменах в каждой уборной, но и парни, с завистью посматривая на него в спортзале.
И вот он был моим другом, предпочитая тусовкам, на которые его постоянно приглашали, тихие вечера со мной.
- Ая, - усмехнувшись, позвал меня Ян, выдёргивая из мыслей, хаотично перескакивающих с одного на другое. - Ты что, опять замечталась?
Да, водилось за мной такое. И он знал об этом как никто.
- Ладно, хорошо, я еду, - порывисто произнеся это, я крепко зажмурилась и уронила лицо в ладони, лежащие на коленях, пугаясь такого своего смелого решения, а Ян расслабленно растёкся по креслу, растягивая губы в удовлетворённой улыбке.
- Тебе там обязательно понравится.
Домой Ян ушёл через час, за который мы обсудили, что делать с моей квартирой - решили, что проще всего её будет сдать - и как добираться до Алтая.
И засыпая в своей постели, я уже и сама с нетерпением ждала эту поездку, ведь когда-то очень давно мечтала там побывать. А мои сны были наполнены высокими зелёными соснами, грохочущей вдалеке бурной рекой с ярко-голубой водой, отблесками костра, глубоким гипнотизирующим пением шаманов в загадочных одеждах и мягкой поступью больших лап по ковру из прошлогодних иголок.
* * *
К моему удивлению, квартира сдалась быстро, а все мои вещи, включая самые любимые книги, уместились в два чемодана, и через несколько дней увлекательнейшей поездки сначала на поезде, а потом и на автобусе, во время которой я буквально не могла отлипнуть от окна, любуясь красотами нашей страны, мы с Яном оказались в Горно-Алтайске, где у его семьи была пустующая однокомнатная квартира на втором этаже пятиэтажки, в которой мне предложили поселиться на первое время.
Янар хотел сразу повести меня в свой родной посёлок, уверенный, что его родня будет рада гостье, но я, смущённая возможным вниманием к себе чужих людей и нежеланием обременять их, настояла, чтобы сначала он сам съездил к семье. В конце концов, они не виделись очень много лет, и было бы правильно дать им время пообщаться, не отвлекаясь на меня.
Я же сама собиралась заняться своим будущим в этом городе, отклонив протекцию Яна, предлагавшего устроить меня на туристической базе, которой владела его семья. Такая работа была не по мне. Я видела себя только в одном месте - библиотеке. Среди множества книг и тишины, наполненной шуршанием страниц и выдуманными историями. Поэтому на следующий же день после приезда отправилась в одну из них, с которой договорилась о собеседовании ещё из дома.
И каково же было моё удивление, когда в отделе кадров мне сообщили, что, видимо, произошла ошибка, что меня неправильно проинформировали, а работников они пока не нанимают. Спорить и выяснять что-то я не стала. Попрощалась и ушла. Но и в двух других библиотеках мне тоже отказали - штат укомплектован.
Это был полный провал, выбивший меня из колеи, ведь я была уверена, что с моим красным дипломом и знаниями меня непременно возьмут. Для меня это была в принципе первая вот такая неудачная ситуация. До сегодняшнего дня всё было легко и просто, словно судьба мне благоволила, пытаясь загладить вину за все мои потери. Но взрослая жизнь встретила меня злой насмешкой, буквально щёлкнув по носу, наглядно показав, что детство кончилось, и не стоит ожидать, что всё будет так, как я себе придумала.
Размышляя об этом и пытаясь переварить отказы, оставшуюся часть дня я растерянно бродила по незнакомым улицам, а в своём районе оказалась, когда небо было уже совсем чёрное. Ругая себя, что не вернулась раньше, я стремительно зашагала в сторону дома, неуютно поёживаясь. Ведь стоило мне выйти из автобуса, между лопатками закололо, будто за мной кто-то наблюдал. Весьма неприятное ощущение, к тому же и очень навязчивое. Заставившее меня ещё больше разволноваться, когда впереди показался парк, через который вела единственная известная мне дорога к моей пятиэтажке.
Пытаясь отмахнуться от непонятно откуда взявшейся беспричинной паранойи, я не стала искать обходные пути и шагнула на брусчатую дорожку, вдоль которой было гораздо меньше фонарей. Хотя, может, только так казалось из-за густой арки деревьев, скрывшей от меня не только небо, но и вообще всё, что находилось вокруг.
Тёмный парк шумел густой летней листвой, и чем дальше я шла, тем тише становилось, и тем больше мурашек расползалось сзади по шее. Постепенно шум улицы исчез совсем, а я словно очутилась на лесной тропинке. И если бы мои волосы не были бы собраны в тугой пучок, то наверняка торчали бы дыбом. Обычная аллея сейчас, поздним вечером, почему-то пугала меня до чёртиков. И я, всё время озираясь, ускорила шаг, стремясь побыстрее оказаться на открытой улице. Когда же откуда-то из темноты, словно со всех сторон, послышалось утробное рычание, раскатистое и оглушающее, я и вовсе побежала.
Дыхание сбилось, шея и ладони покрылись испариной от страха, ноги налились тяжестью, а я безостановочно крутила головой, пытаясь понять, откуда доносится становящееся всё громче и громче рычание.
Внезапно дорожка сделала резкий поворот вправо, а я, уперевшись взглядом в заросли топинамбура, запнулась и упала на колени. Из самой глубины на меня немигающе смотрели горящие звериные глаза. Жуткие, дикие, кровожадные. Когда же из-за кустов, угрожающе склонив голову, медленной поступью вышла огромная светло-серая собака, я ползком попятилась, охваченная ужасом.
Словно в замедленной съёмке я видела, как тяжёлые лапы отталкиваются от брусчатки для прыжка, как сверкают длинные острые клыки в хищно разинутой пасти. И ровно в ту секунду, когда я инстинктивно вскинула перед лицом руки, закрываясь, где-то сбоку послышался новый громкий рык. Вторая собака, ещё больше первой, бросилась той наперерез, и они обе исчезли в ослепившей меня вспышке красного цвета. Падая спиной на брусчатку, крепко зажмурившись, я успела увидеть только серебристо-белую шерсть моего спасителя, а ночную тишину разорвал душераздирающий вой, смолкший мгновением позже, но ещё долго стоявший в моих ушах.