Джек Вэнс – Мэдук (страница 17)
«Значит, я поистине благовоспитанная особа, потому что не хочу, чтобы меня обнаруживали», — отозвалась Мэдук.
Хлодис задумчиво смотрела вверх: «Вишни уже поспели?»
«Вполне».
«Они сладкие?»
«Очень сладкие!»
«Раз уж вы туда забрались, не могли бы вы сорвать для нас несколько вишен?»
Мэдук выбрала пару вишен и сбросила их в руки Хлодис: «Эти уже птицы поклевали».
Взглянув на вишни, Хлодис сморщила нос: «А получше нет?»
«Конечно, есть. Вы можете сами их набрать — для этого достаточно залезть на дерево».
Девонета резко отвернулась: «Я не желаю мять и пачкать платье».
«Как хотите!»
Девонета и Хлодис отошли в сторону, осторожно присели на траву и стали тихо беседовать. Время от времени они поглядывали вверх на Мэдук и хихикали, словно им в голову пришло что-то исключительно забавное.
Через некоторое время Мэдук спустилась по веткам и спрыгнула на траву: «Как долго вы намерены оставаться в Саррисе?»
«Нас попросила приехать королева», — уклонилась от ответа Девонета. Смерив принцессу взглядом, она рассмеялась, не веря своим глазам: «Вы надели мальчишеские бриджи!»
«Если бы я залезла на дерево без штанов, у вас было бы больше поводов меня критиковать», — холодно отозвалась Мэдук.
Девонета презрительно хмыкнула: «Теперь, когда вы соблаговолили спуститься на землю, вам следует немедленно переодеться. В чистом длинном платье вы будете выглядеть гораздо лучше».
«Не буду — после того, как проведу часок-другой в обществе Тайфера».
Девонета моргнула: «Даже так? И куда вы направитесь?»
«Куда угодно. Скорее всего, вдоль берега».
Туповатая Хлодис подчеркнуто спросила: «А кто такой Тайфер, позвольте поинтересоваться?»
Мэдук с удивлением обратила на нее голубоглазый взор: «Какие странные мысли копошатся у тебя в голове! Тайфер — мой пони. Кто еще?»
Хлодис хихикнула: «Я что-то напутала».
Мэдук молча повернулась, чтобы уйти.
«Куда вы?» — позвала вдогонку Девонета.
«В конюшню!»
На хорошеньком личике Девонеты появилась гримаса отвращения: «Не хочу даже приближаться к конюшне. Давайте займемся чем-нибудь другим».
«Например, мы могли бы посидеть в саду и поиграть в наперстки или в бирюльки».
«Замечательная идея! Идите и начинайте без меня, я к вам присоединюсь попозже».
«Вдвоем играть не так весело!» — с сомнением сказала Хлодис.
«Кроме того, — прибавила Девонета, — леди Дездея поручила нам вас сопровождать».
«Чтобы вы могли научиться хорошим манерам», — объяснила Хлодис.
«Таково положение вещей, ничего не поделаешь, — притворно вздохнула Девонета. — В отсутствие родословной вы не можете надеяться, что благовоспитанность проявится сама собой — вам придется учиться на нашем примере».
«У меня прекрасная родословная! — храбро заявила Мэдук. — Я в этом совершенно уверена, и когда-нибудь ее найду. Может быть, даже очень скоро».
Девонета чуть не подавилась от смеха: «И где же вы собираетесь ее искать — в конюшне?»
Повернувшись к фрейлинам спиной, Мэдук пошла прочь. Девонета и Хлодис с раздражением смотрели ей вслед. Хлодис вскочила на ноги и крикнула: «Подождите! Мы пойдем с вами — но только если вы будете себя вести, как полагается!»
Через несколько часов Девонета и Хлодис представили отчет воспитательнице. Обе фрейлины были исключительно разочарованы поведением Мэдук, полностью игнорировавшей их рекомендации. «Принцесса заставила нас бесконечно торчать в конюшне, пока она скребла своего Тайфера и причесывала ему гриву!»
Этим дело не ограничилось. Причесав Тайфера, Мэдук куда-то увела его под уздцы и не вернулась. Две девицы пошли ее искать. Когда они пробирались на цыпочках к воротам конюшни, брезгливо поднимая юбки, ворота внезапно распахнулись, и створка столкнула их обеих с выложенного каменными плитами прохода в сточную канаву. Фрейлины не удержались на ногах и растянулись плашмя, хватаясь одна за другую. В этот момент Мэдук прошла через ворота и надменно спросила: «С какой стати вы решили обниматься в конском навозе? Я не назвала бы это поведением, подобающим придворным дамам. Постыдились бы!»
Леди Дездея могла только посочувствовать воспитанницам: «Вам следовало быть осторожнее! Ивее же, принцессе не следует тратить столько времени на лошадь. Завтра я этим займусь! Мы будем вышивать крестиками, закусывая медовыми коврижками и запивая их прохладным сангари. От этого никто не откажется!»
На рассвете три девочки завтракали луковым пудингом с холодной вареной птицей в приятной маленькой комнате с окнами, выходившими в парк. К ним зашел принц Кассандр. Присев за стол, он приказал лакею принести бутыль бледного сладкого вина. Откинувшись на спинку стула, принц принялся прихлебывать вино из кубка и пространно рассуждать о своем мировоззрении в общем и о своих авантюрах в частности. На следующий день он и его приятели намеревались поехать на север по Старой дороге, чтобы навестить большую ярмарку в городке под наименованием Флохамет. «Мы устроим турнир![7] — пообещал Кассандр. — Если найдется приличный противник, мне, наверное, придется стерпеть пару царапин — но мы, разумеется, не намерены соревноваться с деревенщиной».
Несмотря на относительно юный возраст, Девонета всегда была готова проверить эффективность своих чар: «Для того, чтобы так рисковать, нужно ничего не бояться!»
Кассандр сделал неопределенный жест рукой, в целом признающий справедливость замечания: «На турнирных поединках требуется сочетание множества навыков, приобретаемых на практике, а также врожденных способностей — не говоря уже о безукоризненном умении держаться в седле. Может быть, я преувеличиваю свои возможности, но мне кажется, что я смогу неплохо себя показать. Почему бы вам трем не поехать с нами во Флохамет — хотя бы для того, чтобы посмотреть на ярмарку? А потом, если турнир состоится, мы надели бы ваши ленты! Как вы думаете?»
«Заманчивое предложение! — воскликнула Хлодис. — Но леди Дездея уже назначила нам расписание на завтра».
«Утром мы будем сидеть и вышивать в теплице, а маэстро Жослен будет нам петь, аккомпанируя на лютне, — назидательно произнесла Девонета, покосившись на принцессу. — А после полудня королева устраивает прием, и мы все должны на нем присутствовать».
«Что ж, на вашем месте я не стал бы пренебрегать указаниями Дездеи, — пожал плечами Кассандр. — Может быть, этим летом снова представится такой случай».
«Очень надеюсь! — подхватила Девонета. — Представляю себе, как у зрителей замирают сердца, когда вы сбрасываете на землю противников, одного за другим!»
«Все не так просто, — слегка смутился Кассандр. — Кроме того, на ярмарке может не оказаться никого, кроме пахарей, лавочников и дровосеков. Посмотрим!»
Рано утром, когда над восточными холмами только показался багровый край солнечного диска, Мэдук вскочила с постели, оделась, наскоро позавтракала в кухне холодной овсяной кашей с инжиром и побежала в конюшню. Там она отыскала Пимфида и приказала ему оседлать Тайфера и другую лошадь для себя.
Пимфид жмурился, зевал и чесал в затылке: «Зачем выезжать в такую рань? Не думаю, что в этом есть какой-то смысл».
«Я не просила тебя думать, Пимфид! Думать буду я, а я уже все решила. Просто приготовь лошадей — и не задерживайся».
«Не вижу необходимости торопиться, — ворчал конюший. — Еще только светает, впереди целый день».
«Разве не понятно? Я хочу смыться от Девонеты и Хлодис! Пошевеливайся, будь так добр!»
«Очень хорошо, ваше высочество, — Пимфид флегматично оседлал лошадей и вывел их из конюшни. — Куда изволите ехать?»
«Куда угодно, лишь бы подальше отсюда — на Старую дорогу, например».
«До Старой дороги не близко! Четыре или пять миль…»
«Неважно! Погода хорошая, лошадям не терпится размяться».
«Но мы не вернемся к обеду! По-вашему, я должен голодать?»
«Поехали, Пимфид! Сегодня состояние твоего желудка не имеет значения».
«Оно может не иметь значения для вашего высочества — вы можете позволить себе закусывать шафранными кексами и жареными потрохами в меду, когда вам заблагорассудится! Но я не более чем крестьянский сын, как вы могли заметить, и аппетит у меня здоровый, так что вам придется подождать, пока я не найду хотя бы хлеба с сыром в дорогу».
«Поторопись!»
Конюший побежал куда-то и скоро вернулся с холщовой котомкой — ее он привязал к задней луке седла.
«Ты готов наконец? — спросила Мэдук. — Тогда поехали!»
Дорога из Сарриса пролегала по королевским парковым угодьям: мимо лугов, усеянных ромашками и пламенно-красными маками, цветами волчьих бобов и дикой горчицы, мимо ясеневых и березовых рощ, в тени коренастых дубов, протянувших ветви над колеей.
Границу королевских парков отмечали небольшие каменные ворота, а за ними уже виднелся перекресток, где дорога в Саррис пересекалась Компанейским проездом.
Мэдук и Пимфид повернули на север по Компанейскому проезду — не без возражений со стороны Пимфида, не понимавшего, что так интересовало принцессу на Старой дороге: «Там ничего нет, кроме дороги; в одну сторону она ведет направо, а в другую — налево, вот и все!»
«Именно так, — кивнула Мэдук. — Поехали!»