Джек тени – Шипы кровавой розы (страница 13)

Он подошёл к столу и склонился над картой.

— Где именно они концентрируют силы?

— Вдоль всей линии, мой лорд, — ответил адъютант. — Громыхающие машины выходят на позиции, пехота строится в штурмовые колонны. Похоже, они собираются атаковать центральные ворота.

Каэлан усмехнулся. Всё было слишком очевидно, слишком предсказуемо. Этот варвар действительно считал его идиотом.

— Он блефует, — сказал Каэлан, скорее для себя, чем для адъютанта. — Хочет, чтобы мы поверили в лобовую атаку, стянули все силы к воротам. А сам ударит где-то в другом месте. Но где?

Его палец скользнул по карте, вдоль неприступных скал, вдоль побережья. Нет, здесь прорваться было невозможно. Тогда что? Пытается нас выманить из крепости? Вряд ли, он не настолько глуп.

И тут его взгляд упал на небольшой холм, который возвышался недалеко от крепости. Идеальная позиция для артиллерии. Недостаточно близко, чтобы нанести серьёзный урон стенам, но вполне достаточно, чтобы обстреливать башни.

— Хитро, — пробормотал Каэлан. — Очень хитро. Железный хочет лишить меня глаз и ушей. Подавить моих магов, уничтожить осадные машины. А потом, под прикрытием этих своих танков, подойти к стенам.

Всё встало на свои места.

— Приказ по гарнизону! — голос Каэлана стал спокойным и твёрдым. — Всем занять свои места согласно боевому расписанию! Магам на северной и южной башнях приготовиться к контрборьбе. Основные силы тяжёлой пехоты и гвардию к центральным воротам. Как только машины подойдут на дистанцию выстрела, открыть по ним огонь. Я хочу, чтобы они умылись кровью, чтобы поняли, Крейгхолл им не по зубам.

Адъютант, поклонившись, выскочил из кабинета. Каэлан снова повернулся к окну, внизу, в свете заходящего солнца, его крепость казалась несокрушимым монолитом. Он был уверен в своих стенах, как был уверен в себе самом.

Лорд-командер видел, как внизу начинается движение. Тёмные, угловатые силуэты танков медленно выползали на равнину, за ними двигались плотные колонны пехоты. А где-то там, на востоке, на том самом холме, уже разворачивались пушки.

— Ну, давай, Железный Вождь, — прошептал Каэлан, и в его тёмных глазах блеснул холодный огонёк. — Покажи мне, на что способны твои игрушки. Я давно ждал этого представления.

Три часа подготовки пролетели, как одно мгновение. Ночь опустилась на побережье внезапно, укрыв всё плотным, бархатным покрывалом. Лишь на западе, над стенами Крейгхолла, горели редкие огни фонарей, похожие на злобные, немигающие глаза какого-то доисторического чудовища.

Я стоял на своём импровизированном командном пункте, который мы оборудовали на вершине холма, рядом с артиллерийской батареей. Отсюда, с высоты, открывался прекрасный вид и на крепость, и на равнину, где сейчас, в темноте, разворачивались мои основные силы. Воздух был холодным и влажным, пахло морем и пороховой гарью, хотя мы ещё не сделали ни одного выстрела.

Рядом со мной, вкопавшись в землю, стояли шесть моих красавиц. Гномы-артиллеристы, бесшумные, как тени, суетились вокруг них, проверяя механизмы, поднося снаряды, протирая и без того блестящие стволы. Корин, лично руководивший подготовкой, подошёл ко мне.

— Всё готово, Железный, — доложил он. — Расчёты на местах, снаряды в стволах. Ждём только твоего приказа.

— Что с танками? — спросил, не отрываясь подзорной трубы.

— Две машины почти на позициях, прикрывают пехоту Урсулы. Через десять минут будут в исходной точке для демонстрации.

— Подвижные щиты? — часть тягачей стояла перед коробками пехоты, на которых мы поместили большие деревянные экраны оббитые стальными листами, прикрыв от обстрела лучников.

— Ястребы?

— На местах, — раздался за спиной тихий голос Лиры. — Мои девочки уже час как сидят в своих секретах. Видят каждую башню и часовых. Говорят, на стенах слишком спокойно, как перед бурей.

Я посмотрел на своих командиров. Корин, кряжистый и надёжный, как скала. Лира, изящная и смертоносная, как затаившаяся пантера. Где-то там, внизу, в темноте, была Урсула, которая сейчас наверняка сгорала от нетерпения, сжимая в руках свои топоры.

— Ну, что ж, — я глубоко вздохнул, чувствуя, как по венам начинает разливаться знакомый холод боевого азарта. — Пора начинать представление. Корин, твои ребята знают цели?

— Разумеется, — буркнул гном. — Два орудия работают в секторе по северной башне, два по южной. Ещё два по центральной, где, по нашим прикидкам, может быть их командный пункт. Бьём осколочными, по верхним ярусам. Задача, как ты и говорил, не развалить, а пошуметь и ослепить.

— Отлично. Как только танки и пехота выйдут на рубеж, даёшь залп. И смотрите, чтобы вас самих не накрыли.

Гном молча кивнул и пошёл к своим орудиям. Я снова навёл трубу на равнину, в темноте, едва различимые, двигались тёмные, приземистые силуэты моих танков и нескольких тягачей с мобильными щитами. За ними, плотными коробками, шла пехота. Они двигались медленно, но неотвратимо, как надвигающийся шторм.

Я видел, как на стенах крепости вспыхнули дополнительные фонари, стало гораздо светлее. Нас заметили, и сейчас, там, за стенами, этот хвалёный лорд Каэлан отдавал свои приказы, двигал свои фигуры на этой шахматной доске.

Расстояние сокращалось мучительно медленно. Минуты тянулись, как часы. Я слышал лишь свист ветра и гулкое биение собственного сердца. И вот, когда до стен оставалось не больше километра, я увидел, как головной танк остановился, а за ним и вся колонна.

— Огонь! — мой голос, усиленный рупором, прорезал ночную тишину.

И в ту же секунду мир взорвался. Шесть моих пушек рявкнули одновременно, и ночь на мгновение стала светлее, чем днём. Я не отрывал подзорной трубы от центральной башни. Спустя секунды увидел, как один из снарядов врезался в её верхний ярус. Взрыв был не очень сильным, но эффектным. Каменная кладка выдержала, но в небо взметнулся фонтан из осколков и пыли. Через секунду туда же ударил второй снаряд.

Артиллеристы работали, как хорошо отлаженный механизм. Залп, быстрая перезарядка, новый залп, не давая противнику ни секунды на передышку, методично обрабатывая все три башни.

Ответ не заставил себя ждать. Едва наши первые снаряды достигли цели, как на стенах крепости ожили их собственные осадные машины. С глухим, протяжным стоном, похожим на вздох гиганта, в небо взметнулись огромные, окутанные зеленоватым пламенем валуны. Они летели по высокой дуге, и я с ужасом понял, что их цель не мои танки, а мы, позиция артиллерийской батареи.

— В укрытие! — заорал, падая на землю.

Первый валун рухнул в сотне метров от нас, с таким грохотом, что, казалось, содрогнулись скалы. Земля ушла из-под ног. Второй упал ещё ближе, осыпав нас градом мелких камней.

— Корин! Меняйте позицию! Быстро! — крикнул гному, пытаясь перекричать грохот.

Но гномы и без моего приказа знали, что делать. Едва отстрелявшись, они тут же, начали откатывать пушки на запасные позиции. Внизу, на равнине, баллисты на стенах Крейгхолла открыли ураганный огонь по моим танкам. Огромные, окованные железом болты, размером с небольшое бревно, со свистом неслись в темноте.

Я видел, как один из болтов угодил в лобовую броню головного танка. Раздался оглушительный скрежет металла, полетели искры. Броня, к счастью, выдержала, но от удара такой силы танк качнулся, как игрушечный. Второй болт попал в гусеницу, и она со звонким лязгом лопнула. Танк замер, превратившись в неподвижную мишень.

— Чёрт! — выругался я.

Но тут в дело вступили Ястребы. С высот, где они засели, раздались сухие, отрывистые щелчки винтовок, как на стенах крепости начали падать расчёты баллист. Мои снайперы, невидимые в темноте, методично выцеливали вражеских артиллеристов, не давая им вести прицельный огонь.

Именно в этот момент Каэлан ввёл в игру своих магов. Небо над моими танками и пехотой озарилось десятками вспышек. На них обрушился град молний, ледяных глыб и каких-то мерзких, кислотных сгустков. Пехота, которая до этого стояла плотным строем, рассыпалась, за тягачами со щитами, еще несколько машин вышло вперед из второго ряда, прикрывая пехоту.

— Урсула! Отводи людей! Быстро! — орал в рупор, понимая, что моя демонстрация силы превращается в потери не по плану. Но орчанка, похоже, и сама это поняла, её отряды, прикрываясь мобильными щитами, начали медленно, огрызаясь огнём из тяжелых арбалетов, отступать.

Артиллерийская дуэль продолжалась. Мои пушки, уже с новых позиций, снова открыли огонь по башням. Корин, матерясь так, что, наверное, было слышно в Крейгхолле, лично наводил одно из орудий.

Я снова навёл трубу на крепость, пытаясь оценить ущерб, который мы нанесли. Стены были целы, но башни выглядели потрёпанными. Несколько баллист были разбиты, на смотровых площадках зияли дыры. Но главное, магический огонь стал слабее, не таким плотным. Мои артиллеристы и снайперы сделали своё дело.

— Всё! Отходим! — скомандовал я. — Корин, сворачивай лавочку! Лира, прикрывайте отход!

Это был самый опасный момент, отступление под огнём противника. Но мои командиры сработали безупречно. Ястребы усилили огонь, не давая вражеским магам поднять головы. Танки, те, что остались на ходу, развернулись и, прикрывая пехоту своими корпусами, начали медленно пятиться назад. К подбитому танку уже спешили парочка тягачей, чтобы вытащить стального гиганта подальше с поля боя. Артиллеристы, как цирковые акробаты, за считанные минуты сцепили свои орудия с тягачами и на полной скорости рванули с холма.