Джек Макфол – Первый лорд мафии (страница 38)
Отделка большого конференц-зада в офисном здании Ньюарка, на котором стояло название несуществующей строительной компании, говорила не только о больших деньгах, но и о хорошем вкусе владельца.
Торрио узнал большинство людей, которые сидели на кожаных креслах вокруг длинного стола из красного дерева. Их было около десятка. Долговязый представил ему незнакомцев, и у него сложилась полная картина присутствующей деловой элиты.
Бен (Багси) Сигел и Мейер Лански возглавляли команду Баг и Мейер из Филадельфии, названную на манер адвокатской конторы. Они сидели напротив Гарри Стромберга, босса другой банды из Филадельфии, причем конкуренты вовсе не собирались вцепляться друг другу в глотку.
Присутствие Сью Нэтансона и Джонни Кэмпбела, главарей двух разных групп, показывало, что их конкуренция в области торговли алкоголем в Атлантик Сити не выходит за пределы разумного. Среди остальных гостей были боссы, которым не надо было делить сферы влияния. Ирвинг Битц и Сальваторе Спитале были партнерами в Бронксе. Дэнни Уолш был признанным сюзереном Бостона, а Чарли Соломон носил титул «короля», который ему присвоила пресса.
«У нас есть для тебя предложение, Джей Ти, — начал Долговязый. — Мы хотим создать корпоративное объединение по закупкам. Если мы объединимся, то будем делать большие заказы и добьемся более выгодных цен в Канаде и других местах. Мы скинемся и купим склады. Каждый партнер сделает необходимые запасы. Если его запасы иссякнут, другие партнеры помогут их быстро возобновить. Если же торговля пойдет медленно, то он сможет переждать какое-то время. Ему не надо будет быстро избавляться от балласта и снижать цены. Все остальное пойдет как обычно. Наши группы будут действовать по отдельности; каждый останется на своей территории».
Торрио слегка улыбнулся хозяину и кивнул ему, поощряя к продолжению речи. Он уже предчувствовал, что последует дальше и был весьма заинтересован, однако не хотел сразу же выражать согласие и первым сдавать позиции.
«Нам нужен, — продолжал Цвильман, — опытный человек, который разработал бы детали, следил за заказами и совершал закупки. Мы знаем, какую громадную работу ты выполнил в Чикаго. Мы решили, что ты тот, кто нам нужен для этого задания. Что скажешь. Джей Ти?»
Внутренне Торрио весь просиял. Он уже предвкушал сложные проблемы управления и логистики, которым бросит вызов. По сравнению с ними недвижимость покажется детской игрушкой Единственное, что омрачало его радость — это мысль об Анне. Он предпочел бы заниматься законным бизнесом.
Он будет постоянно занят работой, и Анна все поймет. Из его скрытности она сделает вывод, что муж вернулся к сомнительным источникам дохода. Он уже не сможет сказать, что занимается недвижимостью. Джон ведь никогда ей не лгал.
Торрио пообещал себе, что Анне никогда больше не придется навещать его в тюрьме. Он будет вести осторожную игру и управлять шоу из тени. Никаких больших посиделок вроде этих. Ноги его больше здесь не будет.
Джей Ти любезно сказал Цвильману: «Звучит многообещающе. Давайте это обсудим…»
Торрио назначил своим представителем в прямых связях с картелем жителя Нью-Йорка Фрэнка Загарино. Загарино открыл офис в Ньюарке, где регулярно получал инструкции по телефону. Когда Торрио нужно было дать личные указания небольшим группам людей, он устраивал встречи в холле отеля. Один и тот же отель почти никогда не использовался дважды.
Он шел в ногу с прогрессом — в прошлом он использовал автомобиль для своих проституток, самолет для поставок алкоголя: сейчас Торрио сделал своим сторожевым псом радио.
Томас У. Мюррей, бывший радист на трансатлантических лайнерах, получил деньги на строительство 75-ваттной радиостанции в своем доме в Ньюарке. Суда картеля, которые разгружали корабли с контрабандным спиртным, были снабжены передатчиками. Мюррей следил за сообщениями Береговой Охраны и информировал моряков о передвижениях врага.
Управление флотом из быстроходных катеров и яхт было поручено двум опытным контрабандистам: Якобу (Яше) Каценбергу и Берту Эриксону, которые умели перевозить контрабанду через таможню. На службе у американских наркоторговцев они поставляли героин и морфин из Европы и Азии. Каценберг, по утверждению Лиги национального комитета по контролю над наркотиками и сильнодействующими субстанциями, представлял собой «международную угрозу».
Чтобы замаскировать свое занятие контрабандной торговлей, Торрио решил скрыть свои истинные доходы и прикинуться бедняком. Он получил из Государственного страхового управления Нью-Йорка лицензию на поручительскую деятельность и открыл поручительскую фирму около здания уголовного суда на Централ Стрит на Манхэттене.
Гангстеры тоже завели свое дело. Джо Адонису принадлежала фирма в Ньюарке, а Голландец Шульц основал Большую Городскую страховую компанию-поручителя, которая осуществляла выкуп под залог семидесяти процентов преступников Нью-Йорка, арестованных за контрабандную торговлю и азартные игры
Разнобой и дыры в законодательстве штатов предоставляли дельцам широкие возможности для афер. За фирмами-поручителями стояли ростовщики, которые давали деньги под огромные проценты. Поручители укрывали награбленное. разделяя прибыль с преступниками, которым нужно было реализовать добычу. Нью-Йорк и, очевидно, другие штаты не выдавали лицензию подозрительным лицам, но у Картеля было достаточно тех, кого с ним не ассоциировали.
В компаниях Адониса и Шульца лицензии принадлежали подставным лицам. Предприятие Торрио требовало, чтобы он заявил себя владельцем фирмы. Страховое управление слишком поздно поняло, что Джей Ти не был чист перед законом. Его лицензию аннулировали. Он подал ходатайство в Верховный Суд о возращении разрешения, но оно было отклонено.
Он горько сетовал на преследования, ворчал, что не в традициях Америки отнимать у человека, который выполняет свой долг перед обществом, средства к существованию. Джей Ти начал заниматься небольшими сделками с недвижимостью Полиция и большая часть преступного мира, которой не было известно о контрабандном объединении, судачили о незавидном положении бывшего Большого Босса Чикаго. Игра, женщины, мотовство? Не зная Джей Ти, они могли только предполагать, какой дорогостоящий порок довел его до такой жизни, что он вынужден копить медные гроши.
Несмотря на постоянные слухи, которые переносил криминальный телеграф, существование Картеля оставалось в секрете. Настояния Торрио о сохранении тайны возымели свое действие. Число членов Синдиката росло, однако сделки заключались только с одобрения управляющего директора. В конце концов, в организации оказалось 22 команды, деятельность которых простиралась от верхнего конца Атлантического побережья — штата Мэйн, до Вирджинии и к югу до Флориды.
Джимми ЛаПенна обратился к директору с просьбой. Он не верил в сказки о нищете Торрио. для этого он слишком хорошо его знал. Их дружба началась в то время, когда оба работали менеджерами профессиональных боксеров.
ЛаПенна хотел купить перерабатывающий завод в Балтиморе. Правительство дало заводу лицензию на производство промышленного спирта, который использовался в производстве косметики, инсектицидов, фотореактивов и прочей химии. Для себя же ЛаПенна решил, что его клиентами станут бутлегеры. Торрио, уверенный в том, что Джимми будет держать рот на замке, профинансировал покупку
Бурная деятельность внушала Торрио уверенность в себе. Он находил удовольствие в том, чтобы производить точные расчеты, которые обеспечивали баланс спроса и предложения в операциях Картеля. Он управлял по телефону продвижением продукции ЛаПенна на рынок в Балтиморе. Совершая дневной моцион, Джей Ти заходил в брокерский офис, поддерживая легенду о своем занятии недвижимостью.
У него хватало энергии и проницательности, чтобы заниматься еще одним предприятием. Никто из партнеров Торрио не поставлял продукцию за Гудзон. Осторожно проведя среди них опрос. Торрио не обнаружил возражений против того, чтобы их управляющий директор вступил в объединение по продажам на Среднем Западе.
Он отгружал 5000 контейнеров в месяц и зарабатывал, как стало известно присяжным, 7 долларов чистой прибыли с каждого контейнера. Пятьдесят процентов груза шло банде из Сент-Пола — Миннеаполиса, остальное забирал Аль Капоне.
Торрио испытывал некоторые опасения, предлагая деловое сотрудничество знаменитому бандиту из Чикаго. В конце концов, он был всего лишь бизнесменом, который старался заполучить клиента.
При желании, Капоне мог бы повести нечестную игру. В его стиле было заносчиво торговаться с Торрио. Аль мог бы, в конце концов, посчитаться с ним за те головомойки, которые задавал ему наставник, когда Шрам работал на него новичком-вышибалой.
Но Капоне даже не спросил о цене. Он вел себя так, будто ему оказали великую честь, выбрав клиентом.
Они приятно побеседовали. Торрио не хотелось портить дружескую атмосферу. Поэтому он не стал говорить о том, что жители были бы счастливы, если бы на берегу озера Мичиган прекратились смертоубийственные фейерверки. Однако впереди их ждали события, которые приведут к решительному разговору между Мистером Тугой Бумажник и его знаменитым учеником.