Джек Макдевит – Омега (страница 43)
У него была привычка отзываться о людях как об умных обезьянах. «В большинстве своем они славные, – сказал он Джули как-то вечером в кают-компании, когда они рассуждали о том, что вся человеческая история – не что иное, как кровавое месиво. – Но главный их недостаток – то, что они невероятно легко поддаются программированию. Возьмитесь за них в относительно раннем возрасте, скажем, в пять или шесть лет, и вам удастся заставить их поверить во что угодно. Но это не все. Как только вы это сделаете, большинство из них начнет драться не на жизнь, а на смерть за свои иллюзии. Вот откуда взялись фашисты, расисты, гомофобы и фанатики всех мастей».
Задача Мардж состояла в том, чтобы, когда облако в известное время подойдет к перешейку, найти способ укрыть города. Она должна была добиться этого, сгенерировав дождевые облака. Поскольку снежный буран защитил город на Лунном Свете, не было оснований считать, что грозовые тучи не подействуют таким же образом и на Лукауте.
Если удастся прогнать облако, ее работа станет ненужной. Мардж была из тех редких людей, кто заботится в первую очередь об общем успехе и не особо волнуется, кому будет принадлежать заслуга. В данном случае, однако, она не могла скрыть, что жаждет увидеть сгенерированные облака в действии.
Мардж признавала, что получила место в экспедиции не благодаря своей безупречной репутации в своей отрасли, но из-за знакомства с Хатчинс. Мардж работала над несколькими проектами Академии, но никогда раньше не была на сверхсветовике. Она даже не любила летать.
– Перелет на станцию, – созналась она Джули, – был самым ужасным переживанием в моей жизни.
Джули не знала, верить ей или нет, потому что эту женщину сложно было представить напуганной.
– У нас есть большое преимущество, – сказала Мардж. – От нас никто не ждет, что мы провернем всю работу.
– Хатч ждет, – возразила Джули.
Мардж так не считала.
– Хатч артистка. Она знает, что Лунный Свет может оказаться случайностью. Она видела облака в действии, и сомневаюсь, что она думает, будто их можно чем-то отвлечь.
– Тогда зачем послали нас?
– Хочешь знать правду? – спросил Уит.
– Будьте так добры.
– Политики хотят иметь возможность заявить, что они предприняли серьезные усилия. Если мы ничего не сделаем и множество гумпов погибнет, а так скорее всего и будет, общественность начнет искать виноватого.
Высказывание Уита создало мрачную атмосферу, ведь обычно он был неисправимым оптимистом.
Мардж спросила, почему он считает, что отвлекающий маневр не сработает.
– Потому что кто-то уже пробовал применить его. Мы точно не знаем кто, хотя подозреваем, что это были Создатели Монументов. Кто-то пытался однажды спасти Куракуа, построив поддельный полный прямых углов город на ее луне. А ноки запустили на орбиту четыре спутника кубической формы, каждый по два километра шириной. И все равно досталось обеим планетам.
– Это существенный аргумент, – сказала Мардж.
– Может, они чересчур долго ждали, – проговорила Джули.
– Что ты имеешь в виду? – спросил Уит.
– В обоих случаях приманка была слишком близко к мишени. К тому времени, как облако замечало ее, оно уже захватывало цель. Множество городов на каждой из планет.
Уит обдумал это.
– Уверен, что ты права, – заявил он. – Но мы тоже появимся в последнюю минуту. Не похоже, что у нас будет в запасе год.
«Все пропало», – подумала она. Должно быть, он заметил ее разочарование и улыбнулся.
– Но не сдавайся, Джули. Мне кажется, дождевые установки помогут.
Уит хотел взглянуть на установки для создания облаков, поэтому утром Джули отвела всех в грузовой отсек, для чего пришлось воспользоваться защитными костюмами: там был вакуум.
Отсек напоминал огромный склад. Мардж и Уит не бывали нигде за пределами палубы «А», единственной зоны, где работали системы жизнеобеспечения. Поэтому им легко было забыть и не вспоминать, как огромен «Хоксбилл», пока они не посмотрели с носа корабля на корму вдоль ангара, где стояли четыре посадочных модуля, грузовой транспорт AV3 и старинный вертолет. Дождевые установки были прикреплены к корпусу. Джули провела гостей в воздушный шлюз и открыла двери, чтобы им было видно. Установки походили на большие катушки.
– Вообще-то это дымовые трубы, – сказала Мардж. – Если их развернуть, они будут длиной в три километра. Каждая.
– Какие огромные.
– Мы сделали их предельно большими.
Одно из прискорбных побочных действий официальной религии – ее стремление убедить нас, что мы от рождения носим в себе зло. Этакие бракованные изделия.
Я видел волонтеров, которые работают с детьми, пережившими несчастные случаи; видел сыновей и дочерей, посвящающих все свое время заботе о престарелых родителях. Можно найти тысячи историй о людях, отдавших жизнь за своих детей, за друзей, а иногда – за совершенно незнакомых людей. Мы спешим на пляж, чтобы попытаться столкнуть в океан выбросившегося на берег кита.
Теперь мы пытаемся помочь разумным существам, которые не в силах помочь себе сами. Удастся нам это или нет – никто не знает. Но в одном я уверен: если мы когда-нибудь поверим тем, кто считает, что Бог создал расу увечных детей, мы в них и превратимся.
И кто тогда поможет гумпам?
17
Борт «Хеффернана». Район йоты Живописца. 120 световых лет от Земли. Понедельник, 28 апреля
Скай держался на весьма почтительном расстоянии от ежа. Увидев, как тот взорвался у альфы Живописца, Скай проникся глубоким уважением к этим штуковинам.
Эмма, сидя рядом с мужем, смаковала тушеную говядину. Аромат наполнял весь мостик.
– Билл, – приказал Скай, – отправляй модули.
Он скорее почувствовал, чем услышал запуск.
–
Еж был в сорока четырех тысячах километров от облака.
– Отойди на пять тысяч километров.
Билл развернул «Хеффернан» и отступил, выполняя приказ.
– Не выключай двигатели.
ИИ улыбнулся. Он был на экране, сидел в своем кресле.
– Мы готовы удрать в случае необходимости. – Он посмотрел налево. – Скай, сообщение из Академии. От руководителя миссиями.
Эмма улыбнулась.
– Очередное предупреждение, чтобы мы были поосторожнее.
– Давай посмотрим, что она сама нам скажет, Билл.
Загорелся верхний экран. Сначала на нем появился логотип Академии – свиток и светильник на фоне голубого земного шара Объединенного Мира, – а затем возникла Хатч. Она сидела на краю своего стола.
– Эмма, Скай, я подумала, вам будет интересно узнать предварительные результаты. Похоже, это не просто взрывы. Не могу четко объяснить, но, надеюсь, у Эммы получится. Выброс энергии упорядочен. Именно так говорят исследователи. Они считают, что это сделано намеренно, с какой-то целью.
Мы надеемся, когда вы закончите, у нас появятся соображения насчет того, что это за цель. Мы очень ценим то, что вы для нас делаете. Знаю, у вас не самое воодушевляющее в мире задание.
Она подняла руку, прощаясь, ее снова сменил логотип, и монитор отключился. Скай посмотрел на жену.
– Упорядочен?
– Тетя сказала чистую правду. Представь себе взрыв, при котором энергия не просто выбрасывается, а представляет собой что-то вроде кода.
– Для чего?
Эмма пристально посмотрела на изображение Омеги, спокойно плывущей на вспомогательном экране.
– Иногда для того, чтобы стимулировать наноустроства. Заставить их начать работу.
Модули прибыли к ежу и открылись. Двенадцать маневровых двигателей собрались, подобрали топливные баки и окружили ежа. По сигналу каждый из них засек особое место посадки, на которое был запрограммирован, и при помощи магнитных зажимов прикрепился к ежу. Все двенадцать посадочных мест были тщательно выбраны, чтобы двигатели выстроились на этом в высшей степени неровном объекте почти параллельно друг другу. Им предстояло выполнить функцию тормозных ракет.
–
– Выполняй.
Двигатели одновременно запустились. И продолжали работать.
Довольный, Скай налил себе тарелку супа, приготовленного Эммой.
– Ты хорошо делаешь дело, милый, – сказала она.