Джек Лондон – Держись. Полная версия. Адаптированный американский рассказ для чтения, перевода, пересказа и аудирования (страница 4)
Three thousand miles (три тысячи миль) of that road (этой дороги) stretched before me (предстояло мне преодолеть); it was (стояла) the fall of the year (осень), and I had to (мне нужно было) cross Manitoba (пересечь Манитобу) and the Rocky Mountains (и Скалистые Горы). I could expect (со дня на день можно было ожидать) «crimpy»weather (наступления холодов), and every moment (и любая) of delay (проволочка) increased (грозила мне) the frigid hardships of the journey (всеми прелестями зимней непогоды). Furthermore (к тому же), I was disgusted (я был в мерзком настроении).
The distance (расстояние) between (между) Montreal and Ottawa (Монреалем и Оттавой) is (составляет) one hundred and twenty miles (120 миль). I ought to know (мне ли было этого не знать), for (ведь) I had just come over it (я только что проделал весь этот путь) and it had taken me six days (и это заняло у меня 6 дней). By mistake (по ошибке) I had missed (я отошёл) the main line (от главной магистрали) and come over (наткнулся) a small «jerk» (на маленькую ветку) with only two locals a day on it (по которой курсировало только два местных поезда в день). And during these six days (и все шесть дней) I had lived on (я питался только) dry crusts (чёрствым хлебом), and not enough of them (да и того, его было весьма ограниченное количество), begged (я выпрашивал его) from the French peasants (у французских крестьян).
Furthermore (кроме того), my disgust (отвратное настроение) had been heightened (стало ещё отвратней) by the one day I had spent (после того, как я провёл один день) in Ottawa (в Оттаве) trying to get (пытаясь раздобыть) an outfit of clothing (одежду) for my long journey (для долгого путешествия). Let me put it on record right here (здесь позвольте мне официально заявить) that Ottawa (что Оттава), with one exception (за одним исключением), is the hardest town (является самым никудышним городом) in the United States and Canada (в Соединённых Штатах и Канаде) to beg clothes in (для попрошайничества одежды);
the one exception (исключением) is Washington, D.C. (является Вашингтон округа Колумбия) The latter (последний) fair city (приемлемый город) is the limit (но и он – нечто). I spent (я провёл) two weeks there (в нём 2 недели) trying to beg (пытаясь выпросить) a pair of shoes (пару обуви), and then (а после) had to go on (должен был добраться) to Jersey City before (аж до Джерси-Сити) I got them (прежде чем я получил её).
But to return (но вернёмся) to Ottawa (к Оттаве). At eight sharp (ровно в 8) in the morning (утра) I started out (я отправился) after clothes (на поиски одежды). I worked energetically (я энергично работал) all day (весь день). I swear (клянусь) I walked (я прошёл) forty miles (40 миль). I interviewed (я беседовал) the housewives (с домохозяйками) of a thousand homes (тысячи домов). I did not even knock off (я даже) work (не променял эту работу) for dinner (на обед).
And at six (и в 6 часов) in the afternoon (по полудню), after ten hours (после 10 часов) of unremitting (непрерывного) and depressing toil (и удручающего труда), I was still shy one shirt (у меня не было даже рубашки), while the pair (а если говорить о) of trousers (брюках) I had managed to acquire (которые мне удалось раздобыть) was tight (они мне были тесны) and, moreover (и более того), was showing (они демонстрировали) all the signs (все признаки) of an early disintegration (раннего распада).
At six (в 6 часов) I quit work (я приостановил работу) and headed for (и направился) the railroad yards (к железнодорожной станции), expecting (в надежде) to pick up something (раздобыть что-нибудь) to eat (поесть) on the way (по дороге). But (но) my hard luck (моё невезение) was still with me (всё ещё не покидало меня). I was refused food (мне отказывали в еде) at house after house (дом за домом). Then (потом наконец) I got a «hand-out (я получил подаяние).»
My spirits soared (я воспрянул духом), for (так как) it was the largest hand-out (это было самое объёмное подаяние) I had ever seen (которое я когда-либо видел) in a long (на протяжении длительного) and varied (и насыщенного событиями) experience (периода попрошайничества). It was a parcel (это был пакет) wrapped in newspapers (завёрнутый в газету) and as big (размером) as a mature suit-case (с большой чемодан).
I hurried (я поспешил) to a vacant lot (на пустырь) and opened it (и открыл его). First (сначала), I saw cake (я увидел пирожное), then more cake (потом ещё пирожное), all kinds and makes of cake (разнообразные виды и сорта пирожных), and then some (а потом ещё и ещё). It was all cake (там были только пирожные). No bread and butter (никакого хлеба с маслом) with thick (с толстыми) firm slices (плотными кусками) of meat (мяса) between (в качестве слоёв) – nothing (ничего) but cake (кроме пирожных);
and I (и я) who (человек, который) of all things (больше всего на свете) abhorred cake most (ненавидел именно пирожные)! In another age and clime (когда то, в былые времена) they sat down by the waters (вавилонский народ сидел у вод) of Babylon (Вавилона) and wept (и плакал). And (а) in a vacant lot (на пустыре) in Canada’s proud capital (гордой столицы Канады), I, too, sat down (теперь сидел я) and wept… (и плакал) over a mountain of cake (над грудой пирожных).
As (с таким выражением лица, с которым) one (родитель) looks upon the face (глядит на лицо) of his dead son (умершего сына), so (с таким выражением) looked I upon (смотрел я на) that multitudinous pastry (эту груду кондитерских изделий). I suppose (полагаю, в тот момент) I was (я был) an ungrateful tramp (неблагодарным бродягой), for (ибо) I refused (я отказывался) to partake (принять дар) of the bounteousness (от щедрости) of the house (дома) that (в котором) had had a party (был устроен праздник) the night before (накануне вечером). Evidently (очевидно) the guests (гостям) hadn’t liked cake (пирожные не понравились) either (также).
That cake (те пирожные) marked (символизировали) the crisis in my fortunes (крушение моих надежд). Than it nothing could be worse (хуже этого быть уже не могло); therefore (тем не менее) things (всему в жизни) must begin to mend (свойственно меняться). And they did (изменилось и это). At the very next (уже в следующем) house (доме) I was given (меня пригласили) a «set-down (посидеть).»
Упражнение 3 (контрольное)
1. Прочитайте текст, переведите его на русский язык, выпишите и выучите все новые слова и выражения.
2. Прослушайте запись, соответствующую тексту, сопоставляя слова в тексте с их соответствиями в аудиозаписи.
Ссылка на аудиозапись https://www.youtube.com/watch?v=kFoMNetE138
Barring accidents, a good hobo, with youth and agility, can hold a train down despite all the efforts of the train-crew to «ditch» him – given, of course, night-time as an essential condition. When such a hobo, under such conditions, makes up his mind that he is going to hold her down, either he does hold her down, or chance trips him up.
There is no legitimate way, short of murder, whereby the train-crew can ditch him. That train-crews have not stopped short of murder is a current belief in the tramp world. Not having had that particular experience in my tramp days I cannot vouch for it personally.
But this I have heard of the «bad» roads. When a tramp has «gone underneath,» on the rods, and the train is in motion, there is apparently no way of dislodging him until the train stops. The tramp, snugly ensconced inside the truck, with the four wheels and all the framework around him, has the «cinch» on the crew – or so he thinks, until some day he rides the rods on a bad road.
A bad road is usually one on which a short time previously one or several trainmen have been killed by tramps. Heaven pity the tramp who is caught «underneath» on such a road – for caught he is, though the train be going sixty miles an hour.
The «shack» (brakeman) takes a coupling-pin and a length of bell-cord to the platform in front of the truck in which the tramp is riding. The shack fastens the coupling-pin to the bell-cord, drops the former down between the platforms, and pays out the latter. The coupling-pin strikes the ties between the rails, rebounds against the bottom of the car, and again strikes the ties.
The shack plays it back and forth, now to this side, now to the other, lets it out a bit and hauls it in a bit, giving his weapon opportunity for every variety of impact and rebound. Every blow of that flying coupling-pin is freighted with death, and at sixty miles an hour it beats a veritable tattoo of death.
The next day the remains of that tramp are gathered up along the right of way, and a line in the local paper mentions the unknown man, undoubtedly a tramp, assumably drunk, who had probably fallen asleep on the track.
As a characteristic illustration of how a capable hobo can hold her down, I am minded to give the following experience. I was in Ottawa, bound west over the Canadian Pacific. Three thousand miles of that road stretched before me; it was the fall of the year, and I had to cross Manitoba and the Rocky Mountains. I could expect «crimpy» weather, and every moment of delay increased the frigid hardships of the journey. Furthermore, I was disgusted.