Джек Кетчам – Мертвая река (страница 89)
– Если ты действительно серьезно настроен на продажу, я рад, что ты обратился ко мне. Приходи в офис в понедельник – решим, как оформить документы. Я не могу заплатить все деньги мира за твой магазин, но я назначу тебе справедливую цену.
– Я знаю, что ты так и сделаешь, Крис. – Дин как будто чуть-чуть расслабился.
– Старые друзья тем и хороши, что их не надо подмазывать, - сказал Крис.
– Вот почему я и обратился к тебе, Крис.
– Ты правильно сделал. У меня есть идея. Как насчет того, чтобы нам с тобой выпить по-настоящему? Ты ведь тоже любишь скотч, как и я, правда?
– Бурбон.
– Ну вот и отлично. У меня для тебя найдется...
Он взял бутылку Дина, передал ее ему и повел его к дому.
– У тебя уже есть покупатели на магазин?
– Покупателей нет. Есть интересующиеся.
– Хорошо, мы потолкуем о них в понедельник. Посмотрим, что можно сделать. Где наша не пропадала, верно?
– Конечно. Где наша не пропадала.
Положив руку на плечо друга, Крис повел Дина через лужайку.
Когда она подошла к Дорогуше, ее дочь держала лицо Дэнни Клэппа в руках и чмокала его в губы. Мальчик мучился от смущения, пытаясь вырваться. Белл была в ярости.
– Я же тебе сказала! Больше никаких поцелуев! Это... просто неприлично. Не говоря уже о том, что это хороший способ подхватить какую-нибудь болячку. Если еще раз поймаю тебя за этим занятием – я отведу тебя в ванную, слышишь?
– Конечно, слышу, мама, ты кричишь мне прямо в ухо!
– Следи за своим языком, маленькая леди.
Ох уж эти поцелуи! Она их ненавидела. В этом было что-то неестественное, что-то извращенное.
Это началось только в прошлом году. И целовала Дорогуша не только Дэнни Клэппа и других детей. Поцелуи начались с самой Белл. Она положила этому конец довольно быстро, как только поняла, что это станет чем-то вроде
Но потом эти поцелуи перешли на Пегги. И даже на Брайана – он вытерпел это ровно один раз, а на второй дал ей пощечину. Опять наказание. На этот раз – для них обоих.
Кстати, где, черт возьми, Брайан?
– Где твой брат, Дорогуша?
– Не знаю. А куда мы идем?
– В дом. Посидишь и посмотришь что-нибудь по телевизору. Думаю, на сегодня с тебя достаточно игр с другими детьми. Ты должна научиться контролировать себя, Дарлин Клик, если собираешься стать частью нашей семьи.
– Ах, мама...
Она провела ее в гостиную, нашла пульт и включила телевизор Симсов – Салли Симс не стала бы возражать, – усадила Дорогушу на стул перед телевизором и протянула ей пульт. Та взяла его у матери одной рукой, а большой палец другой засунула в рот.
Ей было четыре года, а она все еще сосала большой палец.
Ее рот был постоянно чем-то занят. Ухаживать за ней было сущей морокой. Другое дело – Пегги и Брайан! Хуже Дорогуши была только та, другая... о ком никогда не говорили.
– Я не желаю слышать от тебя ни звука, пока не позову тебя, ясно?
– Да, мама. – Она уже вовсю листала каналы.
Ее дочь была милой, но не могла ни на чем долго сконцентрировать внимание.
Белл вздохнула и вышла, чтобы присоединиться к компании.
Брайан Клик сидел на подъездной дорожке, прислонившись к баскетбольной стойке Симсов и, катая мяч ладонью, пил лимонад и наблюдал, как трое десятилетних пацанов донимают маленькую Дженни Диву.
Сэмми и Джон были такими же долговязыми и длиннорукими, как и он, но Фрэнки был толстозадым. В данном случае это оказалось очень кстати. Они прижали ее к изгороди, и ей некуда было деться.
– Ну же, – сказал Сэмми, – не будь такой трусихой.
Он совсем чуть-чуть подтолкнул ее обратно к живой изгороди. Ровно настолько, чтобы она осознала, что оказалась в ловушке.
– Прекрати! – выпалила Дженни.
– Покажи! – сказал толстозадый Фрэнки.
–
Сэмми толкнул ее чуть сильнее. На этот раз кусты оцарапали ее голые руки.
– Ой! Прекрати!
– Фрэнки прав. Покажи. Давай.
– О чем ты
Она и впрямь не понимала. Что ж, в десять лет парни намного опережали девчонок в развитии. Если уж на то пошло, в возрасте Брайана, в тринадцать лет, девчонки их догонят. «По общему мнению», – так выразилась его сестра Пегги, – в какой-то момент их уровни развития сравняются. Но Брайан пока не наблюдал ни одного аргумента в пользу, черт бы его подрал, «общего мнения». Он допил лимонад, поставил бутылку на землю, отошел назад по щебню и какое-то время гонял мяч, наблюдая за ними.
– Твой кустик, тупица, – сказал Джон. – Покажи нам свой
– Мой что?
Брайан задумался, растут ли там у девчонок волосы в десять лет.
Наверное, еще нет.
Он подбросил мяч и попал в корзину. Мяч пружинисто отскочил от земли.
– Хватай ее, Фрэнки, – сказал Сэмми.
Толстозадый сграбастал девочку за обе руки и повернул к Сэмми. Она пискнула, как мышонок. Из-за того ли, что Фрэнки слишком сильно сжимал ее, или из-за того, ее прижало к его потному животу – оставалось только гадать.
Сэмми ткнул ее в тощую грудь, как бы придавая вес своим словам – и ухмыляясь.
– Мы. Хотим. Увидеть. Твой.
– Нет! – взвизгнула она.
Дженни все еще не понимала, о чем идет речь, но она уже начала плакать. Слезы тихо наворачивались на глаза. Потом она, конечно же, все поняла, потому что Фрэнки дотянулся до пояса купальника, и начал стягивать нижнюю часть, а мальчишки смеялись над ней, когда она извивалась во все стороны, брыкалась и сопротивлялась.
– Эй! А ну прекратите!
У мистера Френча в руке был недоеденный хот-дог, и он все еще жевал.
Мистер Френч был бывшим пехотинцем. Он не просто приближался. Он
– Что, черт возьми, вы здесь делаете?
На этот вопрос у мальчишек не было ответа. Они посмотрели друг на друга. У них на лицах не было написано в этот момент ничего внятного. Они не знали, как долго на самом деле мужчина наблюдал за ними, но одно было ясно – за игрища с девчонкой кому-то тут крепко влетит. Фрэнки отпустил ее руку, и она, плача, уселась на асфальт. Джон и Фрэнки рванули с места к дому так резво, будто огибали третью базу бейсбольного поля. Даже под толстозадым Фрэнки земля прямо-таки дымилась.
Брайан сделал еще один бросок. Попал в корзину. Мяч отскочил от земли.
Мистер Френч помог Дженни подняться. Затем, нахмурившись, повернулся к Брайану.
– Почему ты позволял им это делать?
– Сэр?
Глаза мужчины сузились. Теперь в хмуром взгляде читалось презрение.