Джек Кетчам – Мертвая река (страница 83)

– У меня нет жены, – сказал он и, пожав плечами, перевел взгляд на Клэр. – Ты про нее? Да плевать.

Женщина сделала шаг вперед.

– Не смей!

Эми еще выше вознесла над головой ребенка. Тот брыкался в ее руках, явно желая освободиться. На какую-то долю мгновения она испытала чувство вины за то, что прибегает к шантажу, и Женщина, похоже, прочитала это по ее глазам – мимолетную слабость, колебание, – ибо сделала еще один шаг вперед. Остальные медленно подтягивались за ней.

Козырей у Эми не осталось. Только этот ребенок.

«Не доставай меня, – подумала она. – Ты еще меня не знаешь – не знаешь меня и Клэр».

– Стой где стоишь, – приказала она.

Эми заметила, как Стивен стал, припадая к полу, пробираться к выходу из пещеры. Увидела, как Клэр, рыдая, вдруг завалилась на бок. Как остальные остановились было на миг – но затем снова двинулись на нее.

Именно это медленное, словно происходящее во сне кошмарное скольжение снова сплотило их в единую стаю – детей, измазанных в крови Клэр, мужчину, с чьего подбородка капала густая, поблескивающая жижа. Она услышала характерное «вш-шик» вынимаемого из ножен клинка и тут же увидела его в руке девочки; затем заметила блеснувшее в руке одного из близнецов лезвие опасной бритвы. Потом услышала лязг цепи и только тогда смекнула, что почти приблизилась к тому странному, непонятному, голому мужчине и на мгновение перехватила его не лишенный любопытства взгляд, пока он натягивал свои цепи и тупо рычал, словно завороженный совершенно незнакомой доселе сценой.

– Не смей, – повторила она.

Женщина остановилась, потянулась рукой к торчавшему из-за пояса револьверу – и в то же мгновение Эми поняла одновременно две вещи: что в данный момент ей был нужен именно этот револьвер и что иного случая завладеть им у нее уже просто не будет.

«Прости меня», – подумала она.

Казалось, что ребенок прочитал ее мысли, потому что завопил еще громче, когда ее руки крепко сжали его тело и чуть откинулись за спину. А затем она что было сил швырнула его куда-то за спину Женщины, совершенно не соображая куда именно – скорее всего, в самую гущу стаи, – увидела, как взметнулись в разные стороны его маленькие руки, как рухнуло на землю тело. Женщина, оба близнеца и мальчик с бельмом мгновенно развернулись, потянулись к нему, и кто-то из них – кажется, это был тот самый мальчик – схватил его за отброшенную в сторону голую руку и грубо потянул на себя.

Женщина снова повернулась, зарычала, но в этот самый миг Эми уже налетела на нее, неловко метя обхватить широкую талию – ведь именно там находился револьвер. Женщина лишь чуть покачнулась. Эми вцепилась в нее, пытаясь нащупать рукой рукоятку револьвера, а затем и вытаскивая его из-за пояса. Уже в следующую секунду от мощного удара кулака соперницы она рухнула наземь, наполовину оглушенная; откатилась к самому костру, но все же подняла оружие и навела его на цель.

Женщины на прежнем месте уже не оказалось. Стоило ей только повернуться вокруг своей оси, как та исчезла. Теперь эта грозная и грязная амазонка уже находилась в дальнем конце пещеры. Подхватив топор, она устремилась к Эми. То же самое сделали мужчина и дети, так что она никак не могла сообразить, в кого же ей стрелять, – они просто летели на нее со всех сторон. Ей не оставалось ничего иного, кроме как нажимать раз за разом на спусковой крючок.

Под сводами пещеры загрохотало оглушительное эхо. Эми увидела, как мужчина потянулся было к ней, но затем качнулся, когда пули вонзились в его грудь – словно в жидкую грязь вошли, – обдав брызгами крови и плоти находившуюся рядом с ним девочку. Один из близнецов рухнул на землю, обхватив руками колено. Мужчина снова дернулся вперед – она опять выстрелила и внезапно почувствовала, что патронов больше не осталось, боек стукнул по пустым гильзам. Женщина уже занесла над ней топор, а мужчина ухватился покрытыми кровью ладонями за рукав, а потом и за ворот халатика. Повалив ее на землю, он повернул ее, подставляя тело жертвы женщине и ее страшному орудию.

«Ого, да тут у нас поэтическая справедливость...»

Питерс узнал его сразу – тот же заляпанный грязью костюм, да и все остальное тоже.

Увидев Питерса, мужчина, казалось, буквально остолбенел.

Ему не хотелось тратить на него ни слов, ни патронов. Хватило одного лишь удара рукояткой револьвера тридцать восьмого калибра по голове, чтобы тот осел на землю.

Теперь Питерс поднимался по узенькой тропке, петлявшей в пятнадцати футах от выступа в каменной гряде, где, по словам мальчика, находился вход в пещеру, и вскоре увидел ее прямо перед собой.

«Ну вот, Мэри, я снова вхожу туда, – подумал он. – Совсем как тогда, одиннадцать лет назад. Как и в ту ночь, когда они убили Кудзиано, а сам я застрелил того парнишку.

Вот что не давало нам спать все последующие годы.

Вот через что тебе пришлось пройти, живя со мной все эти годы.

Ну что ж, Мэри, пожелай мне удачи. Скрести пальцы за меня.

Может, на сей раз я уже не ошибусь».

До входа в пещеру оставалось всего несколько шагов, когда кто-то из находившихся внутри начал стрелять. Питерс не стал дожидаться того момента, когда пальба завершится, а просто шагнул внутрь.

Боль была какая-то странная, режущая.

Каждый взрыв выстрела, казалось, разламывал в теле Клэр все новые и новые кости.

Она как раз собиралась встать на ноги, когда в пещеру вошел незнакомый грузный мужчина. Пронзившая тело боль заставила ее снова сникнуть на каменный пол.

На ее глазах толстяк воздел свой револьвер.

Казалось, он с первого взгляда оценил сложившуюся ситуацию. Обойдя Клэр со стороны, он приблизился к ней, присел на корточки. Ее захлестывали исходившие от него волны крайнего напряжения, мешавшиеся с ее собственным, совершенно новым чувством небывалого восторга – ведь теперь кошмар начался уже для них. Не для Клэр и Эми, а для этих дикарей! Он открыл огонь – и тут же глаз мучившего ее типа исчез с лица. Эми выпала из его расцепившихся лап. Голову гада с пробитой в ней огромной дырой мотнуло назад, и на стену за ней брызнула кровь. Когда застреленный опрокинулся на пол и навек затих, она с трудом удержалась от того, чтобы не вцепиться обеими руками в этого угрюмого старика с револьвером и не расцеловать его.

Эми тоже уже успела встать на четвереньки, когда он выстрелил снова. Женщина согнулась пополам и завертелась рядом с ней, клацая лезвием топора по стене.

Потом он еще раз нажал на спусковой крючок – в тот самый момент, когда через костер на него прыгнул мальчик с бельмом на глазу. Теперь дети были буквально повсюду, стремительно мельтеша перед глазами. Даже близнец с перебитым коленом – и тот пытался волочить по полу грязные мослы, судорожно рассекая воздух лезвием бритвы. Эми поняла, что незнакомец выстрелил бы и в этого мальчишку, если бы тот не подцепил вдруг ногой ручку висевшего над огнем котла, отчего он перевернулся вверх дном, на мгновение зависнув на предполагаемом пути пули. Малец угодил левой ногой точнехонько в костер, взметнув над ним фонтан искр.

Исходящее паром содержимое котла выплеснулось на землю, и серый бульон вскользь лизнул подошвы ног Клэр.

Резко поджав их под себя, она поспешно вскочила и выпрямилась, дрожа всем телом. Прямо перед ней по полу пещеры разметались сварившиеся в котле легкие и почки Дэвида. Мужчина между тем выстрелил еще раз.

Одна штанина мальчишки была уже объята пламенем. Он этого словно не замечал, не обращал на нее ни малейшего внимания. Занеся над головой нож, он кинулся вперед, так что толстяку пришлось выстрелить ему прямо в лицо. Отвернувшись, чтобы не видеть труп, Клэр заметила, что Эми уже поднялась на ноги и, пошатываясь, направляется в ее сторону, хотя между ними все еще находился тот скрючившийся близнец с бритвой. Волоча раненую ногу, он изо всех сил пытался добраться до женщин.

Грянул очередной выстрел. Вовремя обернувшись, она увидела, как второй близнец, словно подкошенный, рухнул у стены пещеры. Заметила и то, что мужчине не удалось избежать контакта с ножом мальчишки – лезвие застряло у старика в плече. Подкравшаяся сбоку девочка пырнула его ножом в грудь, затем медленным, долгим движением повернула лезвие в ране, еще больше вгоняя его в тело, покуда он все же не собрался с силами, вскинул револьвер и выстрелил ей прямо в ухо.

Припав на колени, он ухватился за длинное лезвие ножа дикарки, явно не в силах вытащить его из раны. Все лицо незнакомца было залито ее кровью.

Старик посмотрел на Клэр за какую-то долю секунды до того, как рухнуть вперед, и она заметила в его взгляде предостерегающий сигнал.

Резко обернувшись, Клэр почувствовала, как что-то полоснуло ее по руке – горячее, почти безболезненное, – и увидела, как раненый близнец уже занес руку, чтобы ударить ее вторично, но в этот момент у него за спиной возникла фигура Эми. Подруга вцепилась в его косматые грязные волосы и всем телом вжала его лицо в груду тлевших рядом угольев.

Мальчишка отчаянно сопротивлялся, визжал и царапал воздух. Когда его волосы занялись, Клэр буквально почувствовала, как пламя обожгло руки Эми – как если бы оно лизнуло ее собственную плоть. Та по-прежнему не разжимала их, не отпускала своего врага. Теперь ей казалось, будто они обе удерживают мальчишку – покуда его вопли и брыкания не стали затихать, а уткнувшееся в пылающие угли лицо не начало шипеть, подобно мясу в гриль-печке.