Джек Кетчам – Дом №65 по улице Железнодорожников (страница 29)
- Вот дерьмо. Что, блядь, происходит?
Эрик побледнел и выглядел таким взволнованным, каким она его никогда не видела.
- У нее какой-то припадок. Проклятье, что если она умрет у нас?
Лили ударила его по плечу достаточно сильно.
- Не говори так.
Эрик скривился и осторожно положил руку на плечо.
- Ой.
Лили снова ударила его.
Эрик посмотрел на нее.
- Черт побери! Прекрати это делать!
Сердце Лили колотилось так быстро, что казалось, будто оно в любую секунду может выскочить из груди. Любое оставшееся чувство веселья или забавы полностью покинуло ее в эти мгновения. Она вдруг оказалась втянута в ситуацию, которая, на ее вкус, была слишком реальной, и все произошло так быстро, что у нее закружилась голова.
- Сделай что-нибудь, черт возьми!
- Что, блядь, я должен делать? У меня нет никакого опыта в этом дерьме.
Сила спазмов, охвативших тело Никки, резко пошла на убыль. Ее мышцы расслабились, и она снова начала дышать через рот. Но облегчение, которое испытала Лили в связи с таким развитием событий, было кратковременным, потому что дальше произошло еще более странное.
Никки застонала в безошибочно сексуальной манере. Она выгнула спину и задрала юбку до пояса, обнажив голые бедра, покрытые блестками пота. Она выскользнула из трусиков и отбросила их в сторону. Трусики ударили изумленного Эрика по лицу и упали на пол. Никки потянулась между ног и запустила пальцы правой руки в свою "киску". Ее пальцы сгибались, когда она одновременно теребила свой клитор кончиками пальцев левой руки. Она застонала еще сильнее и замотала головой из стороны в сторону, растрепав свои слипшиеся волосы во все более диком оргазмическом безумии. Громкость ее стонов нарастала и неуклонно становилась все громче, достигнув такой высоты, что остальные пассажиры машины просто застыли.
Эрик покачал головой с широко раскрытыми от удивления глазами.
- Что, блядь, делает эта сука-психопатка?
Лили посмотрела на него с прищуренными глазами недоверия.
- Она мастурбирует, идиот.
Эрик нахмурился в ответ.
- Я знаю. Но это, должно быть, первый задокументированный случай, когда кто-то помастурбировал сразу, после припадка на заднем сиденье чужой машины. Я имею в виду... Блядь.
- Во-первых, ничего не будет задокументировано, если я смогу помочь.
Лили скорчила гримасу, когда Никки подняла свою задницу с сиденья и начала надвигаться тазом на пах воображаемого любовника. Ее руки оторвались от "киски", чтобы снова вцепиться в обивку. При каждом толчке таза она издавала противный, чавкающий, брызжущий слюной хрюкающий звук.
- Во-вторых, садись, блядь, и пристегнись, потому что я собираюсь сжечь резину и вернуться в эту чертову психушку, где мы выкинем эту сумасшедшую суку, а потом, надеюсь, больше никогда ее не увидим.
И у Лили были все намерения поступить именно так.
Вот только в следующее мгновение произошло нечто еще более безумное.
Никки начала левитировать.
Эрик отшатнулся назад, его спина ударилась о приборную панель позади него.
- Мать твою!
Лили была склонна согласиться с этим мнением. Не могло быть никаких сомнений в реальности того, что она видела. Это не было тщательно или искусно созданной иллюзией, усиленной гравитационной гимнастикой, на которую Никки все равно не была бы способна. Это был настоящий случай чего-то неестественного - или сверхъестественного - происходящего на заднем сиденье гребаного "Фордa Темпо" Лили, что могло бы показаться смешным, если бы не было так чертовски страшно. Она парила в воздухе, откинув голову назад и свесив волосы вниз. Ее рот был широко открыт, и она продолжала издавать высокочастотные визги экстаза.
Ноги Никки были широко расставлены и расположены таким образом, что казалось, будто они закинуты на плечи какого-то невидимого любовника. На плоти вокруг ее плеч были ямочки размером с палец. Невидимое
Лили поняла, что машина подпрыгивает на рессорах.
Никки открыла рот еще шире и закричала, когда ее ноги взлетели вверх и ударились о крышу машины.
Эрик простонал.
- Ебаааааааааааааааааааааааать!
Лили кивнула.
- Покинуть корабль.
Они вышли и сделали несколько шатающихся шагов назад от машины, не в силах отвести взгляд от потустороннего проявления, даже когда пытались от него удалиться. Сердце Лили снова заработало в груди, как маниакальный отбойный молоток. Вместе со страхом пришло несколько осознаний, меняющих парадигму, начиная с недавно полученного знания о том, что, черт возьми,
Что означало...
Лили повернулась спиной к машине и начала быстро двигаться по дороге.
Эрик окликнул ее.
- Эй! Куда ты идешь?
- Прочь
- Куда?
Она пожала плечами.
- Просто подальше отсюда, - она оглянулась через плечо и увидела, что Эрик не двинулся с места. Он по-прежнему был заворожен тем, что происходило в машине. Выражение его лица выражало в равной степени благоговение и тревогу. - Ты идешь или нет?
Машина остановилась, прежде чем он успел ответить.
Лили остановилась на месте. Она была уже в двадцати или более ярдах от дороги, когда одна из задних дверей "Темпо" открылась, и из нее вышла шатающаяся, с ослабленными ногами Никки, похожая на пьяницу, покидающего бар после последнего звонка.
Озадаченный взгляд Эрика сменился выражением сильной озабоченности, и он тут же бросился ей на помощь.
Лили хотела крикнуть ему:
Эрик посмотрел в ее сторону.
- Ей нужна помощь, - он переключил свое внимание на Никки, которая выглядела ошеломленной и не могла сосредоточиться. - Ты в порядке? Тебе нужна...
Никки прижалась к нему, ее рот широко открылся, и ее вырвало на его грудь. Это был взрыв покрытых слизью, не поддающихся идентификации кусков органических объектов, непереваренного мяса странного вида. Его было так много, что Лили поняла: желудок Никки никак не мог вместить все это.
Никаким естественным образом.
Эрик оттолкнул ее и начал двигаться в сторону Лили.
Но что-то остановило его.
Лили хныкала.
- Нет. Пожалуйста, нет.
То же невидимое
Невидимое существо держало Эрика за голову. Об этом свидетельствовало то, что он мог свободно двигать остальными частями тела. Он дико метался и пытался бить ногами по держащему его существу, но оно было слишком сильным.
Пока он боролся, Никки начала подниматься по подъездной дорожке к дому. Она все еще выглядела как пьяная, шатаясь и шатко переваливаясь с боку на бок.
Лили отчаянно хотела помочь Эрику. Он был единственным человеком в целом мире, который действительно понимал ее и не осуждал за то, что она странная. Голос в ее голове кричал, чтобы она шла к нему, но более глубокий, более первобытный инстинкт считал это самоубийственной глупостью и удерживал ее на месте.
Эрик перестал бороться и начал кричать.
Причина этого сразу же стала очевидной.
То, что держало его, сжимало бока его головы. Язык Эрика высунулся изо рта, а из уголков глаз потекла кровь. Затем раздался хруст - форма его головы начала меняться.