Джек Кавано – Патриоты (страница 24)

Мерси простояла больше получаса, но с места не сдвинулась. Она прочитала все вывески на улице. Поглазела на прохожих — в основном это были женщины и английские солдаты. Безучастно послушала стоящих впереди нее горожанок, с увлечением обсуждавших, опасно ли выдергивать молочные зубы и больно ли при этом детям. Передумала о чем только можно. Но не продвинулась ни на шаг.

— Простите, пожалуйста. — Она дотронулась до плеча женщины, стоящей впереди нее, — та с упоением описывала, как у ее сына семь часов безрезультатно выковыривали, выкручивали и вытягивали гнилой зуб. Раздраженная тем, что ее прервали на полуслове, женщина обернулась.

— Простите, пожалуйста, — повторила Мерси, — как долго вы здесь стоите?

Женщина — у нее во рту не доставало нескольких зубов — оглядела Мерси с головы до ног и тотчас преисполнилась к ней неприязнью.

— Намного дольше, чем ты, принцесса, — нелюбезно процедила она, а затем, отвернувшись, вновь принялась чесать языком.

— Еще раз прошу прощения, но не могли бы вы выразиться точнее? Как долго вы стоите?

— Три четверти часа! — рявкнула женщина. — Тебе-то что?

— Ничего. Спасибо.

Мерси сошла на мостовую и окинула взглядом очередь. Никаких изменений. Полчаса — и никаких перемен. «В конце концов, это просто смешно!» — сказала она сама себе. И, приподняв юбки, зашагала по улице. Подойдя к середине очереди, она поинтересовалась у какой-то женщины, давно ли та здесь стоит. Оказалось, два часа. Мерси сделала еще несколько шагов и повторила свой вопрос. «Два часа сорок пять минут», — ответили ей. Женщины, находящиеся в голове очереди, ждали уже более трех часов. Дверь, возле которой они стояли, была заперта.

— Вы уверены, — спросила Мерси у женщины, стоящей подле двери, — что это та самая лавка, где продают кофе?

— Так сказал владелец товара.

— Он сам это сказал? Три часа назад?

Женщина кивнула.

— Что же его так задерживает?

— А я почем знаю? Я не его партнер! Ступайте-ка лучше на свое место.

Мерси оглянулась на длиннющую очередь, потом шагнула к двери. И принялась в нее колотить.

— Открывайте! — закричала она. — Отоприте эту дверь немедленно!

Она постояла, подождала ответа. Никто не откликнулся. Тогда она начала колотить в дверь с еще большим рвением.

— Открывайте! Я буду стучать, пока вы не откроете…

Дверь со скрипом распахнулась. На пороге стоял сутулый человечек с крючковатым носом и жидкими седыми волосами — его ответные крики были слышны еще до того, как щелкнул замок. Когда двери полностью отворились, на улицу хлынула отборная брань. Внезапно лавочник запнулся на полуслове — он увидел Мерси.

— И что у нас случилось? — протянул он медоточивым голосом. За его спиной, в глубине помещения, Мерси заметила стол, за ним в небрежных позах сидели два подростка лет четырнадцати-пятнадцати. Один из них водрузил ноги на стол. Мальчишки ели. Еще один стул был не занят, перед ним лежали хлеб и рыба.

Сутулый человечек шагнул вперед и взял Мерси за локоть.

— Входите, мэм, — промурлыкал он, а затем, источая елей, поинтересовался: — Могу я вам чем-то помочь?

Мерси стряхнула руку лавочника со своего локтя.

— Вы можете продать нам немного кофе.

Мужчина мазнул взглядом по толпе. Пытаясь разглядеть, что происходит в дверях, женщины сошли на мостовую и подались вперед.

— Вам лучше войти, — человечек сморщил свой крючковатый нос и кивнул Мерси, — и переговорить со мной с глазу на глаз.

— Нет. Мы будем разговаривать здесь, если не возражаете.

— Но я возражаю, милочка. У тебя появился шанс. Входи, и мы договоримся, или ты вообще ничего не получишь.

Мерси негодующе отступила. И воинственно уперев руки в боки, крикнула:

— Да как вы смеете! Эти женщины торчат здесь уже три часа. Будете вы продавать им кофе или нет?!

Очередь вздрогнула и загудела; с десяток голосов присоединились к требованию Мерси начать торговлю.

От ярости рот торговца сжался в ниточку. Он шагнул на мостовую и изверг на женщин поток грязных ругательств. А затем, крикнув:

— Не будет вам никакого кофе! Хотите кофе — приходите завтра! И завтра вы заплатите в пять раз больше против сегодняшней цены! — скакнул через порог и захлопнул за собою дверь.

Улица потонула в гневных криках; толпа обвиняла Мерси в повышении цены на кофе, осуждала ее поведение, осыпала проклятиями. Увидев рядом с собой искаженные яростью лица, Мерси испугалась за свою жизнь. Некоторые женщины подступили к ней почти вплотную. Они напирали на нее, бесновались, плевались, потрясали кулаками.

И в этот самый миг в душе Мерси Морган что-то вспыхнуло и рванулось на волю. Словно бы проснулся доселе спящий вулкан.

— Послушайте меня! Послушайте меня! — Она вскинула руки над головой, повторяя вновь и вновь эти два слова. — Послушайте меня! — Мало-помалу крики смолкли. — Вы злитесь! — прокричала Мерси. И толпа тотчас ответила ей новой вспышкой гнева, которую было так же трудно погасить, как и первую. — И вы имеете на это право! — не сдавалась Мерси. — Но ваше негодование направлено не на того человека. — Очередь опять взревела. — Злиться на меня бесполезно, это вам ничего не даст!

Какая-то женщина крикнула в ответ:

— Не знаю, как другие, но я, по крайней мере, чувствую себя лучше!

Эти слова вызвали смех и породили новый шквал восклицаний.

— Позвольте поинтересоваться, — упорствовала Мерси, — вы хотите чувствовать себя лучше или вы хотите кофе?

— Как же мы купим кофе, если он не желает его продавать? — раздалось несколько голосов.

— А вы знаете, чем занимался этот человек, пока вы маялись в очереди? Когда дверь распахнулась, я увидела, что он делал! Так вы знаете, чем он там занимался?

Дружный хор голосов потребовал от Мерси дать ответ на ее же вопрос.

— Он сидел, задрав ноги на стол, и неторопливо набивал свою утробу! Ваши дети дома одни, неухоженные, без пригляда, ваше хозяйство заброшено, дела недоделаны, вы впустую простаиваете в очереди, а он наслаждается неспешной трапезой!

Толпа негодующе взревела.

— Разве его работа важнее вашей? А время драгоценнее? С какой стати он заставляет вас часами куковать в очереди? Кто позволил ему вот так, по первой прихоти, в пять раз вздуть цену на кофе? Пока вы тут стоите, он придерживает товар и накручивает цены!

Негодование женщин нарастало.

— И что мы собираемся делать со всем этим? — Пытаясь перекричать толпу, Мерси вновь возвысила голос.

— Говори! Говори!

Лицо Мерси озарилось победной улыбкой, озорной и лукавой; глаза весело сверкнули.

— Мы собираемся купить кофе, — гордо заявила она. — Но для начала нам надо добраться до этого наглеца. Кто-нибудь знает, как открыть эту чертову дверь?

Под натиском разъяренных женщин двери было не устоять. В мгновение ока она слетела с петель, и толпа хлынула в помещение. Мальчишки тотчас исчезли. Лавочник был не столь проворен. Крепкие, привычные к тяжелому труду руки женщин пригвоздили мужчину к стене. Он мгновенно покрылся крупным лошадиным потом.

— Мы пришли сюда, — заговорила Мерси безапелляционным тоном, — купить кофе по сегодняшней цене.

Лавочник выругался.

— Вы не можете заставить меня продать вам мой кофе! — заклокотал он возмущенно и попробовал высвободиться.

— Не думаю, что дамы жаждут получить такой ответ, — произнесла Мерси. — Сами им это скажете?

Лавочник молча уставился на нее, тогда Мерси повернулась к женщинам и прокричала:

— Он не намерен продавать вам кофе, дамы. И как, по-вашему, мы можем его переубедить?

Толпа всколыхнулась и подалась вперед. Отнюдь не дружеский настрой женщин и их количество вынудили лавочника изменить линию поведения.

— Кофе здесь нет! — взвизгнул он. — Его здесь нет!

— То есть вы хотите сказать, что все это время водили нас за нос и у вас нет кофе?

Лавочника чуть не распяли.

— Стойте! У меня есть кофе! Но не здесь! Не на этом складе!

— Ну так веди нас куда надо! — бойко приказала Мерси.