Джек Холбрук Вэнс – Золото и железо. Кларджес (ЛП) (страница 22)
Барч лихорадочно спросил: «Ты нашла в локаторе, где прячется искусственный мозг?»
«Его нет в указателе…» — неуверенно сказала лектванка.
«Не понимаю, чего они ждут… — бормотал Барч. — Это неестественно».
Комейтк-Лелианр успокоительно сказала: «Еще несколько дней — и мы будем готовы к полету».
«Нам нужно топливо. Тык называет его «аккр»».
«Но ты больше не можешь заниматься похищениями».
«Придется. Кто еще этим займется?» — Барч пошатнулся.
Комейтк-Лелианр взяла его под локоть и поддержала: «Ты потерял много крови».
Барч поморщился и зажмурил глаза, пытаясь избавиться от ужасных воспоминаний: «Мерзавец Тык! Прятался, перебегал из одного места в другое. Если бы он остался там, где я приказал ему сидеть… — Барч вытер вспотевший лоб. — Что ж, что упало, то пропало. Кербола больше нет. Он меня не предал. Кербол расстреливал борнгалезов до последнего вздоха».
X
Барч медленно поднялся по проходу в Большую Дыру и прислонился спиной к стене — онемевшие ноги отказывались служить ему. С мрачным удовлетворением он прислушивался к звукам, свидетельствовавшим о продолжении работ. Первая и вторая баржи стояли бок о бок, освещенные четырьмя подвешенными прожекторами, добыть которые стоило столько крови. Третью баржу кое-как закрепили в наклонном положении у противоположной стены, за нагромождениями ящиков и контейнеров, разгруженных со всех трех барж.
Барч оценивающе взглянул в пространство над баржами, где мерцали и подмигивали сталактиты. Свод пещеры — мрачный и сложный, как свод готического собора — по всей вероятности, был достаточно высок для того, чтобы можно было перевернуть вторую баржу и установить ее на первой. Деликатный маневр, конечно, но в этом отношении на навыки Тыка можно было положиться… Тык, сидевший на корточках рядом со сварщиком Педратцем, резавшим трубы на стойки одинаковой высоты, словно прочел мысли Барча и поднял голову. Лавируя между камнями торопливыми кошачьими движениями, он подбежал к Барчу и спросил: «Так что же? Когда мне отдадут талисман?»
«Как только мы окажемся в космосе».
Тык в отчаянии дернул себя за успевший отрасти ус: «Слишком поздно, поздно!» Повысив голос, он блеял: «Меня вот-вот раздавит невыносимая тяжесть страха — мой мозг стиснут страхом, как тисками, мои ноги дрожат, будто я бреду по колено в крови!»
«Если ты не перестанешь ныть, ко всему прочему ты покроешься синяками! — срывающимся от усталости голосом ответил Барч. — Твой талисман у меня за пазухой — пока я в безопасности, ничего с ним не случится. Сделай соответствующие выводы! А теперь пойди скажи Размазне, что я хочу с ним поговорить».
Тык убежал, пригибаясь на ходу так, словно от кого-то прятался. Вскоре над краем первой баржи осторожно приподнялась круглая голова инженера-ленапи. Он задержался секунд на десять, задумчиво остановив на землянине взгляд опаловых глаз, после чего взобрался на мостки, спустился по приставной лестнице и приблизился мелкой трусцой: «Что вам нужно?»
«Я хотел бы обсудить наши возможности самообороны».
«Ленапи ничего не понимают в оружии. Такие вещи входят в компетенцию подруодов, они — прирожденные бойцы», — Размазня повернулся, чтобы уйти.
«Одну минуту! — презрительно усмехнувшись, остановил его Барч. — Ты мог бы заметить, что в данный момент у нас нет под рукой подруодов».
«Верно».
«Тебе хорошо известно, как думают клау — по-твоему, как они на нас нападут?»
«Надо полагать, пришлют вооруженный отряд подруодов, чтобы нас убили, всех до одного».
«Что, если у них это не получится?»
Глаза Размазни сосредоточенно выпучились: «Они могут прислать торпедный воздушный катер, чтобы тот взорвал и завалил пещеры. Или направить конус смертельного радиоактивного излучения на вход в пещеру — в таком случае мы окажемся в безвыходной ловушке».
«Давай спустимся и выйдем наружу на минутку», — предложил Барч. По пути он продолжал говорить: «Если клау намерены прислать подруодов, в их распоряжении несколько вариантов. Подруоды могут высадиться где-нибудь за ущельем — так, как они делают, когда клау охотятся — и подняться сюда. Их баржа может опуститься на плоский уступ перед входом в пещеру. Или они могли бы приземлиться где-нибудь в долине, что маловероятно, так как поблизости нет другой площадки».
Они вышли из нижней пещеры. Размазня без особого интереса обвел глазами влажные горные склоны, после чего протянул руку, указывая на шишковатый утес с противоположной стороны долины: «Баржа может сесть на вершину этой возвышенности».
«Тогда подруодам пришлось бы спускаться по почти отвесному обрыву и карабкаться по острым скалам. Тем не менее, с этого утеса можно обстреливать вход в пещеру. Таким образом, нужно охранять три участка — ущелье, ведущее в долину, утес напротив и плоский уступ перед пещерой».
Размазня нервно переминался с ноги на ногу и вертел головой: «Да-да. На Лено мы установили бы вибраторы, чтобы превратить все три участка в зыбучую трясину».
«Так уж получилось, что мы оказались не на твоей планете, а в долине Палкваркц-Цтво на Магараке, — сказал Барч. — Я собираюсь отвезти на этот утес взрывчатку и заложить несколько мин. Ты сумеешь изготовить дистанционный детонатор?»
«Прежде всего я должен знать, какая взрывчатка будет использоваться».
«Пойдем обратно в Большую Дыру». Перед тем, как заходить внутрь, Барч снова обвел взглядом долину: «Пасмурный день, как всегда. Но облака поредели и поднялись высоко. Клау любят охотиться в такую погоду».
Вернувшись в верхнюю пещеру, они прошли к ящикам, разгруженным с первой баржи. «Кербол разбирался в этой взрывчатке, — заметил Барч. — Я в ней ничего не понимаю».
Вскрыв один из ящиков, он заглянул в него; на пластиковой решетке цвета ржавчины лежали блестящие серые стержни: «Это супер. Мощная взрывчатка. У нас ее примерно шестьдесят ящиков. Достаточно, чтобы взлетела на воздух половина Магарака».
Он нашел еще один ящик: «А здесь — абилоид. Кербол им пользовался, когда закладывал заряды. Вот этот проволочный вывод — детонатор».
«Да-да, — кивнул Размазня. — Весьма распространенная технология».
«Так ты сможешь соорудить дистанционный детонатор?»
Размазня взглянул на вторую баржу: «Есть приборы, которые нетрудно приспособить с этой целью».
«Превосходно! Займись этим сейчас же».
Провожая глазами поспешно удаляющегося инженера, Барч почувствовал, что ему в спину тоже кто-то смотрит. Барч оглянулся — Тык тут же отвел глаза. Некоторое время Барч наблюдал за сварщиком Педратцем, которому помогал пилот.
Каждая труба позволяла изготовить одну стойку для соединения барж; в результате образовывались отходы — обрезки труб полутораметровой длины. При виде штабеля этих обрезков Барчу пришла в голову новая мысль. Он подошел к сварщику, похлопал его по коричневато-желтому плечу и указал на штабель: «Педратц, завари наглухо, с одного конца, четыре таких обрезка».
Педратц кивнул, повернулся и пнул Тыка большим пальцем ноги: «Погрузи на тележку четыре обрезка!»
Обрубок руки Барча пульсировал тупой болью. Повернувшись, он побрел к проходу, ведущему из Большой Дыры в нижнюю пещеру, стал спускаться. В полутьме кто-то бешено набросился на него и повалил с ног. Барч упал на обрубок левой руки и закричал — лопнула спекшаяся плоть, прыснула кровь. Лежа в полуобморочном состоянии, Барч чувствовал, как ловкие пальцы лезли к нему за пазуху. Кто-то что-то злобно прошипел. Пнув его напоследок в затылок, нападавший поспешно скрылся.
Барч молча лежал, ничего не делая и только проверяя свою способность существовать. Через несколько секунд он встал на колени, преодолевая головокружение — мысли начинали приходить в порядок… Тык? Барч ощупал левый бок ладонью правой руки. Талисман исчез.
Пошатываясь, Барч побежал вниз, в «трапезную». Комейтк-Лелианр, сидевшая за ближайшим к выходу столом, с испугом взглянула на него. «Кто здесь проходил?» — прохрипел Барч.
«Пилот…»
Барч побежал к входной расщелине: конечно же, Тык в первую очередь бросится к воздушному плоту. Если он сбежит и прибавит известные ему сведения к тому, что уже было известно «координатору» Магарака… Барч схватил ружье. Тык уже отвязывал швартов. Заметив Барча, пилот кубарем скатился по склону, как охваченный паникой бабуин, и нырнул в гущу черной листвы. Оттуда донесся визгливый издевательский смех: «Ты опоздал! Опоздал! Ты больше никогда меня не увидишь!» Зашевелились ветви, захлопали огромные влажные листья.
Барч взобрался на плот и бессильно опустился на сиденье. Он взглянул на обрубок левой руки: повязка из серой ткани потемнела, пропиталась кровью. Рана невыносимо болела.
Перегнувшись через борт, Барч отвязал швартов. Поднявшись над вершинами деревьев, он стал спускаться вдоль склона к реке — туда, куда, предположительно, должен был направиться Тык. Внизу, поблескивая, как чешуя гигантской черной рыбы, качались и шелестели длинные перистые листья. Проследить под ними Тыка было так же невозможно, как заметить насекомое в глубине лесной подстилки.
Барч притормозил и опустил плот, чтобы он завис между кронами деревьев, перегнулся через борт, прислушался. Неподалеку раздался осторожный хруст. Прикасаясь ступнями к педалям, Барч заставил плот бесшумно, как тень, скользить над черной листвой. Он снова остановился, прислушался. Ни звука. Нет, какой-то звук — может быть, юркнуло животное… Прямо под собой Барч услышал шаги. Вглядываясь в просвет между ветвями, он ждал с ружьем наготове. Но он увидел не Тыка, а подруода.