Джек Хиггинс – Сольная партия (страница 15)

Стюарт припарковался через несколько машин от него и зашел в туалет. Выйдя оттуда, он убедился, что „порше" по-прежнему на месте, приблизился к кафе и заглянул внутрь. Моргана он там не увидел.

Инспектор обернулся. Все верно: „порше" никуда не делся, зато Морган копался возле его собственной машины. Стюарт поспешил к нему. Морган разогнулся, и Стюарт увидел, что у него спущено правое переднее колесо.

– Эй, какого черта? – сердито воскликнул он.

Морган стукнул ногой по колесу.

– Похоже, с вами произошла маленькая неприятность. На вашем месте, инспектор, я бы позвал полицейского.

Он открыл дверь „порше", сел за руль и умчался.

В то утро Микали проснулся поздно и на свою обычную пробежку в Гайд-парке отправился уже после одиннадцати. Сильный дождь не мешал ему. Он любил дождь. В такую погоду он чувствовал себя уютно и надежно, словно мир вокруг него сужался до размеров материнской утробы.

Наконец он вернулся в свою квартиру на Аппер Гросвенор-стрит. Когда он открыл дверь, в ноздри ему ударил аромат только что помолотого кофе. Сперва он решил, что девушка, с которой он провел ночь, до сих пор не убралась восвояси, но через миг в дверях кухни возникла фигура Жан-Поля Девиля.

– А, вот и вы. Я воспользовался отмычкой. Надеюсь, не возражаете.

Микали взял из ванной полотенце и отер пот с лица.

– Когда вы прилетели?

– Утренним самолетом. Решил, что нам не мешает поговорить.

Адвокат вернулся к кофе.

– Я сработал не слишком гладко, – заметил Микали.

– Вы стреляли ему в голову в упор. Чего еще можно пожелать? Наша цель достигнута. Дерзкое покушение на убийство в самом центре Лондона. Заголовки крупным шрифтом во всех газетах мира и великолепная реклама для дела освобождения Палестины. Ребята из „Черного сентября" в восторге. Прошлым вечером меня навестил их парижский представитель. Как я понимаю, у вас на сей раз возникли небольшие трудности. Вы обеспокоены?

– Когда я служил в Алжире, то узнал одну арабскую поговорку: „Все случится так, как захочет Аллах". Каким бы тщательно выверенным ни был план, в один прекрасный момент кто-нибудь обязательно окажется там, где его никто не ожидал. Самое надежное оружие даст осечку. Что-то вроде этого когда-нибудь станет причиной моего конца, и вашего тоже. Причем в самый неожиданный момент.

– Вполне возможно, – согласился Девиль. – Что-то вроде девочки на велосипеде в тоннеле?

– Печальный факт. Я пытался увернуться от нее, но там слишком узко. В лондонских газетах авария упоминается, но очень бегло, и я не понимаю, почему никто не связывает ее с покушением на Кохена.

– Да, я тоже задался этим вопросом и поручил моим людям в Лондоне выяснить, в чем дело. Похоже, ситуация такова: родители девочки развелись несколько лет тому назад. Отец – полковник десантных войск по имени Морган – Аза Морган. Сейчас он служит в Ирландии. Служба КГБ нашего лондонского посольства по моей просьбе любезно проверила, что у них есть на него в компьютере. Послужной список Моргана впечатляет. Он специалист по диверсионной деятельности, городскому партизанскому движению и методам усиленного допроса. В Корее попал в плен к китайцам. Не удивительно, что военные предпочитают не распространять информацию о таком человеке. Оттого и молчание в прессе.

– О Критянине они тоже помалкивают. – Микали бросил заварку в чайник.

– Что вы хотите сказать? Вас беспокоит, что лавры достанутся кому-то другому?

– Идите к черту, – рассмеялся Микали.

– Обязательно пойду, и довольно скоро. – Девиль уселся у окна с чашкой кофе. – Для революционеров всего мира, от бойцов „Красных бригад" до ИРА, „Критский любовник" – живая легенда. Но не стройте иллюзий. Все западные разведки ведут досье, в которых зафиксированы ваши операции в мельчайших подробностях. Они надеются, что чем меньше о вас станет известно широкой публике, тем больше у них шансов вас поймать. Кроме того, победитель всегда привлекает симпатии. Вы можете стать популярным, что их вовсе не устраивает.

– Логично.

Девиль достал из кармана сложенный листок и бросил его на стол.

– Я снова поменял номер вашего почтового ящика для экстренных сообщений, причем не только в Лондоне, но и в Манчестере и Эдинбурге. Запомните и сожгите.

– Хорошо. – Микали налил себе чаю.

– Вы довольны своей игрой вчера?

– Более или менее. Мне не очень нравится акустика в Алберт-Холл, но публика реагировала прекрасно.

– А теперь – каникулы. Каковы ваши планы? Поедете на Гидру?

– Сперва проведу несколько дней в Кембридже.

– Доктор Кэтрин Рили? – спросил Девиль. – Похоже, это входит в привычку. У вас серьезные намерения?

– Мне с ней легко, – ответил Микали. – Только и всего. Но согласитесь, в нашем поганом мире человек, с которым легко, – большая редкость.

Он расстегнул молнию на кармане спортивного костюма и выложил на стол маленький, довольно уродливый на вид пистолет дюймов шести в длину с необычной формы стволом.

– Что это? – Девиль взял пистолет.

– „Ческа". Сделан в Чехословакии. А разработали модель немцы, когда во время войны оружейный завод попал в их руки. К нему прилагается очень эффективный глушитель.

– Хорошая штука?

– Был на вооружении разведки СС.

Девиль осторожно положил пистолет на место.

– Вы всегда вооружены, даже на пробежке в парке?

Микали налил себе еще чашку чаю, на английский манер добавив туда сахар и молоко.

– Скажите, у вас по-прежнему при себе капсула с цианистым калием?

– Разумеется.

– Такова обязательная практика в ГРУ, верно?

– Да.

– А почему вы мне ни разу ее не предложили?

Девиль передернул плечами.

– Потому что не способен представить себе ситуацию, в которой вы можете прибегнуть к яду.

– Совершенно верно, – улыбнулся Микали и опустил ладонь на „ческу". – Когда случится та самая неожиданность и за мной придут, эта игрушка будет у меня под рукой. Даже в „Зеленой комнате" Алберт-Холла.

– Понимаю, – кивнул Девиль. – Вы умрете с оружием в руке. По-солдатски, лицом к лицу с врагом. – Он вздохнул и продолжил с выражением искренней привязанности. – Мой дорогой Джон, в глубине души вы просто романтический дурачок. Кем вы кажетесь самому себе? Последним из самураев?

Микали вышел на балкон. Солнце сияло. Он поглядел на простиравшийся у его ног парк. День обещал быть теплым.

– Оскар Уайлд как-то сказал, что жизнь – это дурные четверти часа, которые состоят из восхитительных мгновений, – произнес он, повернувшись к собеседнику.

– Что возвращает нас в Кембридж к доктору Кэтрин Рили, – заметил Девиль.

Микали улыбнулся.

– Абсолютно верно – одному из самых восхитительных мгновений, о которых говорил писатель.

4

К вечеру Морган добрался до Лидса. Из города он выехал по магистрали А-65, направляясь в Йоркшир-Дейлс через Отли, Илкли и Скиптон. Вокруг тянулся мрачный пейзаж – посреди бескрайних и пустынных болот то тут, то там возвышались отдельные невысокие горы.

Деревушка Малхэм расположена в самой середине неприветливых йоркширских известняков. Морган достиг ее с наступлением сумерек, проехал еще с милю и наконец свернул в ворота, ведущие к маленькому коттеджу из серого камня, стоящему посреди небольшого сада.

Формально коттедж являлся частью отошедшего к Хелен после развода имущества, но Морган нашел ключ на обычном месте, под камнем. Он открыл дверь, затем перенес в дом вещи из машины.

В комнатах стоял сыроватый нежилой запах, но в камине лежали дрова. Он поднес к ним спичку и поднялся наверх, где находились две спальни и ванная.

Он обнаружил желаемое в одном из шкафов. Свое альпинистское снаряжение. Ботинки, вельветовые брюки и толстые шерстяные свитера. Все это, а также спальный мешок, он снес вниз и расположил перед камином. Затем достал из саквояжа бутылку виски, залез в спальник и улегся у огня.

Морган подкладывал в камин дрова и пил виски, – много виски – потому что не хотел думать о ней. Во всяком случае не сейчас. Позже. Через некоторое время он заснул.

Милях в двух от Малхэма берет начало тропинка, ведущая к утесам Кордельского Разлома. В последний раз Аза Морган приходил сюда вместе с дочерью в канун ее двенадцатилетия. И вот нынешним утром, размеренно шагая под проливным дождем по раскисшей земле, он снова слышал ее взволнованный голосок, как тогда, когда они завернули за скалу и перед их глазами предстал Разлом с водопадом посередине, особенно мощным из-за прошедших накануне дождей.

Далее путь проходил по каменистой тропе, слева от которой находился крутой обрыв. Морган подтолкнул дочь вперед, а сам двинулся вплотную к ней, на всякий случай. Затем они долго карабкались по осыпи рядом с верхней частью водопада и брели по тропинке вдоль ущелья.

Милю за милей он пробирался сквозь дождь и густой туман, полностью уйдя мыслями в прошлое. Порой ему начинало казаться, что она здесь, и то убегает вперед в туман, то неожиданно появляется и, запыхавшись, рассказывает о своих находках.