Джек Хиггинс – Операция «Экзосет» (страница 21)

Лопес, спрятавшись за стеной маяка, дал длинную очередь, и Корда упал, будто споткнулся. Несколько секунд он лежал неподвижно, потом пошевелился и попытался отползти за камни. Лопес снова стал стрелять. Его пули взбивали фонтанчики грязи рядом с головой Корды.

Джексон побежал к нему, поливая на ходу из своего автомата вход в маяк. Вдруг его «стерлинг» замолчал. В нем что-то заело, очевидно от перегрева. Такое часто случается при длительной стрельбе с глушителем.

К счастью, у Лопеса кончились патроны. Он торопливо выбросил из своего «узи» пустой магазин и вставил новый, но Джексон успел схватить Корду за шиворот и оттащить его за бак для воды, стоявший неподалеку. В следующий момент Лопес изрешетил бак, и из десятка дыр брызнули струи воды.

Вильерс отвинтил глушитель, вставил в «стерлинг» новый магазин и бросился к маяку, выпустив все патроны одной длинной очередью. Потом он нырнул за камни головой вперед, отбросил пустой автомат и достал из кармана пистолет «смит-и-вессон».

Лопес, услышав, что автомат замолчал, догадался, что у стрелка кончились патроны. Он выскочил из маяка, подняв «узи». Вильерс выстрелил из пистолета и попал ему в плечо. Аргентинец выронил автомат и сполз на землю по стене маяка. Вильерс в несколько прыжков оказался рядом с ним и отбросил ногой его «узи» далеко в сторону.

— Неплохо, — пробормотал капитан Лопес. — Поздравляю вас.

Вильерс вытащил из кармана индивидуальный перевязочный пакет и протянул аргентинцу.

— Вот, возьмите. Перевяжите рану.

Потом он направился к баку для воды. Корда лежал на земле, его лицо было искажено болью. Джексон бинтовал ему левую ногу.

— Будет жить, — заверил Джексон, — хотя он этого и не заслуживает. Болван неуклюжий! Вообразил себя Оди Мерфи, что ли?

— Это еще кто такой? — слабым голосом спросил Корда.

— Да так, никто.

Джексон дал ему сигарету, потом они с Вильерсом вернулись к маяку.

— Пригляди за ним! — Тони кивнул в сторону Лопеса и скрылся внутри маяка.

Он сразу заметил синюю цилиндрическую коробку и провода, которые выходили из нее и шли куда-то вверх по винтовой лестнице. Вильерс вернулся к аргентинцу.

— Заряд на каждом этаже, и все соединены между собой?

— Совершенно верно, друг мой. Если ваше командование намеревалось воспользоваться этой гаванью, то вам придется изменить планы. Все уже включено, и, когда рванет, маяк свалится и перекроет вход в гавань. Я свое дело знаю.

— Зачем же вы посылали грузовик?

— Хотел взорвать еще часть скалы, на всякий случай.

— Значит, мы пришли вовремя, — заметил Вильерс.

— Только троньте коробку — и увидите, что будет. — Поморщившись от боли, Лопес посмотрел на часы. — Таймер включен, осталось сорок пять минут, но, если вы туда полезете, все взлетит к чертям, как только тронете взрывное устройство.

— В самом деле? — удивился Вильерс и кивнул Джексону. — Втащи-ка его внутрь, Харви.

Он вошел в маяк и присел на корточки возле синей коробки. Джексон подхватил Лопеса на руки, внес внутрь и усадил возле стены. Аргентинец сидел, прижимая к ране индивидуальный пакет.

— Такие штучки я уже видел раньше, но только в учебнике. Русского производства, да?

— Правильно.

— Значит, вы нажали желтую кнопку и включили таймер. Если я попытаюсь отсоединить провода, то, как вы говорите, все взлетит на воздух. — Он достал из кармана пачку сигарет и сунул одну в угол рта. — А вот эта красная кнопка, как я понимаю, включает цепь сразу.

— Вы неплохой специалист.

— Если я ее нажму, взрыв произойдет через три минуты, верно?

Он нажал красную кнопку.

— Пресвятая Богородица! — воскликнул Лопес.

— Теперь все зависит от вас, — сказал ему Вильерс. — Вы-то, наверное, знаете, как остановить эту чертову штуку? — Он посмотрел на Джексона. — Сержант-майор, простая вежливость обязывает меня предложить вам покинуть помещение.

Джексон достал из кармана зажигалку и дал Вильерсу прикурить.

— Когда вы были еще субалтерном в Катерхэме, сэр, я, наверное, мало драл вам задницу, образно говоря. У меня есть сильное желание сделать это сейчас за то, что вы обращаетесь ко мне с таким предложением.

— Господи Боже! — простонал Лопес. — Вы, англичане, совсем спятили! — Он подполз поближе к коробке. — Ладно, делайте то, что я вам скажу.

Когда через полтора часа появился Элиот, подталкивая перёд собой молодого аргентинца, Вильерс закончил разминировать последний этаж. Корду занесли внутрь маяка, так как пошел дождь. Навстречу Элиоту вышел Джексон.

— Что-то поздновато ты явился, — проворчал он.

— Меня вызвали по рации. Пришлось остановиться, чтобы принять срочное сообщение для майора.

Из двери маяка выглянул Вильерс.

— Что за срочное сообщение?

— Из штаба, сэр. Они хотят, чтобы вы лично связались с ними как можно скорее. Похоже, действительно что-то срочное, сэр.

Вильерса разбудил шум двигателей. Несколько секунд он лежал неподвижно, уставившись в стальной потолок над своей головой, стараясь припомнить, где он находится. Ах да, на борту электродизельной подводной лодки «Кларион», которая взяла их сегодня из Бычьей Бухты.

Джексон сидел в углу на стуле и смотрел на него.

— Вы знаете, что вы разговариваете во сне? — спросил он.

— Вот только этого мне еще не хватало! Дай сигарету.

— Я подумал, что вы, наверное, слишком долго играете в эту игру.

— Мы все в нее слишком долго играем. Почему мы идем на дизелях?

— Потому что мы на поверхности. Командир Дойль послал меня сказать вам, чтобы вы были готовы через четверть часа.

— Хорошо, Харви, иди. Я буду наверху через пять минут.

Джексон вышел, а Вильерс встал с койки и натянул джинсы и свитер, которые ему дали, размышляя о том, что начальство задумало на этот раз. Пока что никто ничего ему не сказал, хотя скорее всего, никто ничего и не знал.

— Не наше дело спрашивать, — пробормотал он сам себе, надевая резиновые сапоги.

Сигарета оставляла во рту какой-то горький привкус, и он погасил ее. Он слишком устал, вот в чем дело. Он до того устал, что им стало овладевать равнодушное оцепенение. Ему требовался долгий, очень долгий отдых.

Вильерс поднялся наверх, в рубку управления, а оттуда по трапу вылез на мостик. Над головой сияли звезды. Он полной грудью вдохнул соленый морской воздух и почувствовал себя лучше.

Дойль смотрел в сторону берега в бинокль ночного видения. Джексон стоял рядом с ним.

— Куда идем? — спросил Вильерс.

— Уже пришли. В Уругвай, — ответил капитан. — Ла-Палома в паре миль слева по борту. Мы подведем вас к Монтевидео как можно ближе. На море небольшая волна, но, я думаю, у вас проблем не будет. Вам ведь приходилось высаживаться в такую погоду?

— Иногда.

Дойль внимательно разглядывал побережье, потом наклонился и тихо сказал несколько слов в переговорную трубу.

— Боюсь, что ближе подойти не удастся. Сейчас вам спустят шлюпку.

— Спасибо, что подбросили.

Вильерс пожал Дойлю руку. Потом подошел к краю мостика и спустился по штормтрапу на палубу. Джексон последовал за ним. Резиновая лодка уже была спущена на воду, ее держали двое здоровенных матросов. Джексон вошел в лодку первым, Вильерс — за ним. Они сели на деревянные банки, Джексон взял весла.

— Готовы, сэр? — спросил один из матросов.

— Готовы, как никогда.

Матросы отпустили фалы. Прилив немедленно подхватил лодку и понес ее к берегу, прочь от субмарины.

Ветер крепчал, на гребнях волн появились белые барашки. Вильерс взял у Джексона одно весло, и они стали грести вдвоем.

Через некоторое время Тони оглянулся и увидел, что берег уже совсем близко. Вода хлестнула через борт, и Джексон выругался. Легкая лодка поднялась на гребне большой волны, и Вильерс разглядел широкий пляж, а за ним — песчаные дюны.