Джек Хиггинс – Акулья хватка (страница 53)

 Следующая скобка пронзала губы Тейта прямо посередине. Но она, видимо, была пробита очень сильно и, не выдержав напряжения, погнулась. Этот изгиб давал небольшое пространство, чтобы ухватиться клювом кусачек.

 Проделав это, Худ щелкнул кусачками. Однако точка опоры оказалась чересчур близко к концу скобы. Кусачки промахнулись, разорвав скобку под кожей. Тейт взвыл и забрызгал Худа фонтанчиком крови.

 Худ знал, что если он сейчас остановится, у него не хватит сил возобновить страшную процедуру. Утерев тряпкой кровь, он зажал и перекусил скобку кусачками. Ему пришлось слегка придавить коленом грудь вырывающегося Тейта, пытаясь разжать его губы на расстояние, достаточное, чтобы проникнуть внутрь и перекусить внутреннюю часть скобы.

 Так или иначе, но он сумел разъединить все оставшиеся скобки. Дав Тейту пятиминутный отдых, Худ взял плоскогубцы и принялся удалять концы скобок из губ Тейта. Эта процедура оказалось ещё страшнее предыдущей. Из-за дугообразной формы загнутых скоб ему все время приходилось сначала их расшатывать и выворачивать. Опухшая губа практически полностью закрывала концы скоб в трех местах, и приходилось отыскивать их наощупь. Только затем, проталкивая их пальцем наружу, он мог извлекать скобы плоскогубцами. Тейт сопротивлялся, но все слабее и слабее.

 Худ закончил работу, лоснясь от пота. Он поудобнее устроил Тейта и на минуту отлучился к окну вдохнуть свежий воздух. Затем прошел через комнату к двери, спустился вниз и вернулся назад с бутылкой виски. Наполнив высокий стакан на три пальца, он взболтал его с водой, принес к кровати и, приподняв голову Тейта, протянул ему стакан.

 - Постарайся выпить, идет? - Тейт медленно приоткрыл глаза, увидел стакан и раздвинул рот. Осторожно, стараясь не задеть губ. Худ влил ему порцию виски. Затем наполнил стакан ещё раз и выпил сам. Он присел на край постели. Через минуту Тейт снова открыл глаза.

 - Еще по глотку? - спросил Худ.

 Тейт кивнул. Приподняв ему голову, Худ влил в рот Тейта добрый глоток виски. Тейт выпил и откинулся на подушку.

 - Спасибо, - еле слышно проронил он.

 Худ встал, приоткрыл окно и закурил сигарету. Тейт должен рассказать ему все и немедленно. Но он ещё не оправился от шока. Нужно дать ему время прийти в себя. Докурив сигарету, он потушил её и отвернулся от окна. Тейт подавал рукой какие-то знаки. Худ приблизился. Тейт жестом пригласил его сесть.

 - Ты мне можешь рассказать, что здесь произошло? - спросил Худ. Тейт кивнул.

 - Попытайся не двигать губами. Просто шепчи, когда устанешь и захочешь прерваться, похлопай меня по руке. Хочешь ещё выпить?

 Тейт кивнул, Худ принес стакан с виски и дал ему в руки.

 - Тебе зашили рот прямо здесь?

 Очередной кивок и вслед за ним шепот, настолько слабый, что Худ не смог разобрать ни слова.

 - Что ты сказал? - он вплотную придвинул ухо к губам Тейта.

 - Дальше они собирались зашить мне нос.

 - Кто они?

 - Не знаю. Очень большие люди. Сказали, что постепенно зашьют мне все дырки, одну за другой.

 Наступила пауза. Худ приподнял голову. По щекам Туки Тейта стекали две крупные слезы.

 - Все хорошо, Туки. Теперь они не смогут причинить тебе вреда. Ты уверен, что хочешь говорить со мной?

 - Конечно. - Он выглядел уже получше.

 - Что тогда произошло в кафе?

 Тейт перевел дыхание и очень тихо зашептал.

 - То же самое. Это началось как раз перед тем, как я встретил вас. Я проворачивал свои собственные делишки в "Голден Грин Хаус". Современное здание. По воскресеньям там обычно никого не бывает. Легкая и приятная пожива.

 - Ты имеешь в виду кражу?

 Тейт кивнул.

 - Но мне пришлось здорово попотеть, чтобы забраться туда. Врезанные замки на окнах. Особая система сигнализации. Я вывел из строя три устройства, которые поднимают тревогу. Провозился два часа. И сказал себе: "- Брат Туки, ты сорвешь приличный куш и вознаградишь себя за все труды". Но там ничего не оказалось. Тридцать два года я в деле и ни разу так не накалывался.

 Он вынужден был передохнуть. Худ терпеливо ждал. Когда Тейт снова заговорил. Худ едва различал слабеющий шепот.

 - Там было чуть больше трех фунтов наличными. Но я обнаружил несколько тайников, очень хитроумных. В одном лежал фотоаппарат. Потом какие-то катушки пленок, очень маленькие.

 - Микрофильмы?

 Тейт пожал плечами.

 - Там ещё было миниатюрное записывающее устройство. Затем в прачечной комнате снаружи, внизу под сливным отверстием умывальника, там, где обычно эта публика прячет деньги и драгоценности, я нашел радиоприемник и наушники. Я стащил все, что смог унести - фотоаппарат, радио, наушники, разную прочую ерунду - и очистил помещение.

 Он снова замолчал. Худ вытер ему лицо.

 - На следующий день я загнал приемник. Наверное, так меня и выследили. Но детектив - сержант Эверетт из Скотланд-Ярда узнал об одном дельце, которое я провернул за неделю до этого. Поэтому я решил слегка отдохнуть на континенте. И вместо того, чтобы сбывать в Лондоне оставшееся барахло, передал его своему другу. Случайно с ним столкнулся и попросил отправить мне посылкой до востребования в Ниццу.

 Худ его перебил.

 - Туки, ты не боишься об этом рассказывать? Если нет, у меня есть к тебе вопрос.

 - Не боюсь.

 - Ты уверен, что все это имеет отношение к тому, что с тобой случилось?

 Тейт кивнул.

 - Продолжай, - сказал Худ.

 - Мне не хотелось, чтобы сержант засек меня с этим имуществом, если бы ему вздумалось выдернуть меня, когда я буду пересекать Канал. Я молил бога, чтобы все обошлось. Но потом, впервые за всю свою жизнь я горько пожалел, что не оказался в тюрьме. Они, видно, следили за мной, с того самого момента, как я сошел с корабля. Однажды ночью на улице ко мне подошли три человека. На обочине стояла машина и, прежде чем я успел опомниться, меня схватили и бросили внутрь, сунули в рот кляп и связали по рукам и ногам.

 Тут Худ прошептал:

 - Подожди!

 Снизу послышался какой-то звук. Он подошел к двери и прислушался. Тот, кто был внизу, тоже остановился. Тишина. Худ спустился на нижний этаж, проскользнул в столовую и выглянул в окно. Все выглядело как прежде. Дверь в кухне была по-прежнему открыта, как он её и оставил. Он выругал свое богатое воображение и снова взбежал по лестнице.

 - Можешь продолжать?

 Тейт слабо кивнул и махнул Худу головой, чтобы тот наклонился ближе. Худ нагнулся. Тейт снова невнятно зашептал.

 - Они держали меня в наручниках, избивали ногами. Жгли тело зажженными сигаретами. При них ещё был какой-то француз и они занимались с ним отвратительными вещами. Со мной они тоже собирались это делать. Им был нужен фотоаппарат, радио и магнитофон, которые я стащил. Я говорил им и повторял, где они могут найти все это, но они мне не верили и считали, что я пытаюсь их надуть.

 - Где все это происходило?

 - Они постоянно меняли адреса, возили меня с места на место, с квартиру на квартиру. Потом как-то ночью сказали, что решили меня убить. Но медленно, чтобы выпустить из меня всю кровь, каплю за каплей. Они доставили меня в комнату на верху какого-то здания...

 - Того, где я вас увидел?

 - Да. Но мне удалось оттуда сбежать. Я был до смерти напуган. У меня дрожали поджилки. Я вызвал лифт. Но когда вы остановили его и вошли, я подумал, что вы один из них и пырнете меня ножом или ещё как-нибудь убьете.

 - Они тогда пришли за вами в кафе?

 Глаза Тейта округлились от ужаса. Он кивнул.

 - Да. Меня пытали. Я висел на крюке с гирями между ногами. С каждым днем гири тяжелели. Они говорили, что собираются... - он всхлипнул и замолчал. Худ снова ждал, пока Тейт соберется с силами, чтобы продолжить.

 - А среди них был крупный мужчина с вытаращенным глазом без века и красным рубцом через всю шею?

 - Один раз.

 - Куда тебя привезли после кафе?

 - Не знаю. Кажется, в районе площади Оперы, если я правильно прочел. Я видел указатель.

 - Возле площади Оперы? А улица или номер дома?

 - Все, что я знаю, - что меня опять втащили на верхний этаж. Там ещё был один из таких старых лифтов, на стальном тросе, который выходит из-под земли. Потом меня перевезли сюда.

 Худ налил ещё виски и протянул ему стакан. Неожиданно многое стало на свои места.

 В "Гольден Грин" Тейт наткнулся на оборудование, используемое какой-то шпионской сетью, и желая поживиться, прибрал его к рукам. Однако шпионская группа смогла каким-то образом выйти на него, пытаясь вернуть украденное и замести следы. Они очистили кафе, путем угроз или подкупа удалили всех свидетелей и даже саму возможность подозревать, что Тейт имеет хотя бы малейшее отношение к Лобэру. Кроме прочего, они тщательно оберегали тайну места пребывания Лобэра, и не в их интересах было давать кому-либо шанс сопоставить факты и провести параллели. И, конечно же, Лобар знал, что последним, с кем говорил Тейт, был он, Худ. Все говорило за то, что Лобэр возглавлял эту шпионскую сеть и к нему сходились все ниточки.

 - Но Туки, разве ты не признался, куда дел награбленное? - спросил Худ. - Не сказал про "до востребования" в Ницце?

 - Я постоянно им говорил. Но они отвечали, что ходили туда и там ничего не было, и, значит, я вру. Но я говорил им чистую правду. Клянусь мамой. Тогда они сказали мне: "- Ты не хочешь говорить?" и прошили мне рот скобами.