Джек Андерсон – Игра в лево - право (ЛП) (страница 23)

Блюджей: Я не спала этой ночью, — наблюдала за вами. Как же так, блядь, вышло, что ты ушла с Клайдом и вернулась обратно с таким видом, будто ничего не произошло? Не знаю, был ли Клайд замешан в вашей маленькой игре, но он был чертовски недоволен тем, насколько далеко вы его завели. Он хотел уйти, не так ли?

У меня не было желания ей отвечать. Да и я понятия не имела, как ответить на столь абсурдное обвинение. Было понятно, что она воспринимает происходящее как сплошной заговор. В её словах звучала неестественная уверенность, её язык был расплывчат, словно речь параноика. Маниакальные выводы, которые казались ей очевидными, были для меня совершенно неубедительными.

Однако она и не ждала от меня ответа.

Блюджей: Я просто хочу, чтобы ты знала, что я не поведусь на эти ваши игрища. Вы не заставите меня развернуться. И только попробуйте что-то ещё со мной выкинуть. Только попробуйте. Я. Вас. Прикончу.

Я смотрела на безумную женщину. Её зрачки зло сверкали, на лице нарисовалась кривая ухмылка, выражающая чистейшее презрение.

АШ: Почему ты не стала говорить с автостопщиком, Блюджей?

Брови Блюджей нахмурились, а ухмылка исчезла с её лица. Я не собиралась дожидаться ответа.

АШ: Ну, то есть... мы уже видели, что происходит, когда кто-то с ним говорит. Справедливо предположить, что ты этого не делала. Или я не права?

Блюджей крепко сжала губы, свирепо глядя на меня; на её висках вздулись вены.

АШ: Все в порядке, Блюджей. Мне тоже было страшно.

Я подошла к задней части Вранглера. Роб вытаскивал из багажника плиту и четыре складных стула. После того, как я помогла ему расположить их посреди дороги, он приготовил мне миску горячего риса. Я села рядом и принялась за еду, несмотря на полное отсутствие голода.

Мы не могли придумать тему для разговора, и два свободных стула так и остались незанятыми до конца перекуса.

Когда я села в Вранглер, Лилит была совсем тихой и уже не такой сердитой, как раньше. Теперь она боролась с противоречивыми чувствами, которые порождала её ярость. Мы переглянулись через зеркало заднего вида. Её взгляд был совершенно потерянным. Я обнаружила, что моё лицо выражало те же эмоции. Думаю, друг друга прекрасно понимали. Понимали, что на этой дороге нет лёгких путей, и что мы должны прощать друг друга и самих себя за решения, которые нам приходится принимать. В конце концов, я не удивлюсь, если впереди меня ждёт ещё немало ещё более трудных дилемм.

До леса оставалось ехать меньше часа. Поездка предсказуемо была лишена разговоров. Но когда кукурузные поля начали подходить к концу, а небольшой съезд в лесную чащу, на который нам предстояло повернуть, неумолимо приближался, Роб нарушил тишину своим указанием.

Роб: Паромщик — всем машинам. Хочу сказать, что делать этот поворот вместе со всеми вами — большая честь. С этого момента не торопимся. Сообщайте обо всём необычном и внимательно следите за дорогой. Поняли? Если да… то вперёд.

Роб выкрутил руль до упора, и мы медленно, но верно повернули в сторону узкой просеки. Асфальт исчез из-под колёс, уступив место грубой грунтовой дороге. Возвышающийся легион причудливо скрюченных деревьев накрыл конвой своей тенью, и солнце почти исчезло за их густым навесом.

Исключительное значение этого небольшого поворота было очевидным — мы ступили за грань неизвестного. Насколько я знаю, мы первые, кто зашёл так далеко, и были настоящими первопроходцами совершенно неизведанного мира. Я невольно задержала дыхание.

Мне была интересна реакция остальных. Лилит даже не смотрела в окно и была погружена в собственные бурные мысли. А Роб реагировал именно так, как я ожидала — смотрел на дорогу с нескрываемым интересом.

Роб: Ну, с богом! Здесь прекрасно, не правда ли?

Я перевела взгляд на лобовое стекло и улыбнулась. Даже с учётом напряжённого утра и неизвестности, которая ожидала нас впереди, заявление Роба прозвучало с такой искренней радостью, которую я не смогла оставить без внимания. Так же как не могла не согласиться с ним: это жуткое место было по-своему красиво.

Весь оставшийся день Вранглер так и полз со черепашьей скоростью. Леса были обширны и необъятны. Тонкие ветки лениво свисали сверху и отбрасывали на нас свои зловещие тени, когда мы проезжали под ними. Многие из деревьев стояли под неестественными углами. Разглядеть что-либо промеж деревьев не представлялось возможным.

Роб каждую минуту посматривал на обочины. Стволы окруживших нас деревьев были очень толстыми и жались друг к другу так плотно, что следующий поворот можно было заметить издалека. Я подозревала, что Роб просто не хотел рисковать, что он параноидально ожидал от дороги очередных неприятностей. Он волновался понапрасну. За всю вторую половину дня мы встретили лишь четыре поворота. Они были видны заранее, и к ним было нетрудно подготовиться.

Не успела я оглянуться, как наступил ранний вечер. Лесу не было конца. В течение небольшого промежутка времени мы ехали в гору и оказались на возвышении. Слева от нас находился бесконечный лес, а справа — глубокий овраг. Теперь, когда следить нужно было только за одной стороной дороги, Роб был более расположен к общению.

АШ: Что планируешь делать, если доберешься до конца?

Роб: Задокументирую, вернусь домой и поделюсь с миром.

АШ: А дальше?

Роб: Думаю, после этого можно было бы взять отпуск. Съездить в Лондон. Хочешь устроить мне экскурсию?

АШ: Ты никогда не был в Лондоне?

Роб: Я был там проездом, перевозил посылки. Никогда не любил большие города. По возможности стараюсь держаться от них подальше. Но с хорошим проводником я бы сделал исключение.

АШ: Ха, хорошо. Вот и готов заголовок для следующего репортажа: "Роб Гатхард покоряет Лондон".

Роб: Не думаю, что люди захотят это слушать.

АШ: Ну не знаю. Мне кажется, слушатели найдутся. Или ты боишься, что Лондон тебе всё-таки понравится?

Роб: Ха, Джуниор бы мне все уши потом прожужжал.

АШ: Это точно. Погоди... кто?

Роб: Мой сын не позволил бы мне забыть об этом. Он обожал города.

Я бросила взгляд на кромешный тёмный лес и внезапно вспомнила о своём прибытии в Финикс, штат Аризона всего пятью днями ранее.

Вспомнила свою первую встречу с Робом Гатхардом, при которой рассказал о своей жизни, поведал мне свою краткую биографию. Я не настаивала на подробных деталях, желая услышать историю его словами и предполагала, что услышу новые подробности в время поездки. Но после четырёх дней интриг, ужасов и нескончаемого стресса у меня не было на это времени. Честно говоря, только сейчас я осознаю, как мало мы успели обсудить на первом интервью и сколько личного он смог утаить. Я не знала имён его бывших жен — или вообще хоть кого-нибудь, кто не принимал непосредственного участия в его работе с паранормальными явлениями.

Например, я не знала, что имя его сына — Джуниор. Обычно это слово используется в качестве общего прозвища для ребенка, но оно также может означать что-то более конкретное.

АШ: У вас с сыном одинаковое имя?

Роб удивился и повернулся ко мне.

Роб: Ну да, разве я не гово...

Лилит: Берегись!

Роб резко обернулся на дорогу и затормозил. Нечто в мгновение ока пересекло проезжую часть слева направо и скрылось за лесной опушкой. Наряду с гудением двигателя был слышен удаляющийся стук и шелест листьев.

АШ: Что это было? Олень?

Роб: Похоже на то.

Лилит: Он появился прямо со стороны обрыва, в чём смысл?

Роб: Олени вообще очень умные.

АШ: Поехали уже, это всего лишь…

Меня прервал вновь раздавшийся посторонний гул, исходящий из леса по правую сторону от дороги.

Лилит: Что за звуки?

Роб: Не будем выяснять.

Роб нажал на газ. Но не прошло и пяти секунд, как он снова надавил на тормоз: прямо перед нами из леса выскочила группа из трёх — четырех оленей. Сзади ещё несколько оленей врезались в резко затормозивший джип.

Пока Роб пытался снова завести машину, я посмотрела в сторону леса и поняла, что это был за грохот. Громоподобный топот сотен копыт. Они стучали по подлесью, перемалывая камни и ветки. В одну секунду тишина леса разразилась страшным рокотом: непрерывный табун бешеных оленей вырвался из-за деревьев.

Роб собирался нас успокоить, но не успел.

Дорогу наводнила стая бегущих оленей — непрерывный поток полностью заслонил свет фар. Лилит отскочила от пассажирской двери. Вранглер содрогался от глухих ударов. Несущиеся олени, не имея пространства для манёвра, врезались головами в бок джипа. Один небольшой олень вырвался из леса и врезался в тёмно-зеленый металл прямо под моим окном с такой силой, что дрогнуло стекло. Кажется, я услышала, как сломалась его шея.

Те олени, которые промчались мимо нашей машины, кончили немногим лучше. Стадный инстинкт вынуждал бежать всех и каждого, я могла лишь наблюдать, как они ныряли прямо в обрыв. Бесчисленные тела исчезали в темноте. Я могла лишь предположить, что было на дне братской могилы: там росла огромная куча изломанных и изувеченных тел.

Лилит: Роб, вытащи нас отсюда!

Роб: Мы не пройдём, лучше не высовывайся!

Блюджей: Какого хрена?! Кто-нибудь, помогите!

Блюджей была в ужасе. Вранглер принимал на себя сотни ударов со стороны отчаянных существ, но до сих пор оставался на колесах. Когда я оглянулась в сторону Блюджей, то увидела совершенно другую картину. Машина стояла под углом, и стадо оленей общими силами толкало её к обрыву. Было хорошо видно пассажирскую сторону: она была пронизана красными пятнами и глубокими вмятинами. Олени проносились мимо, неуклюже карабкаясь по капоту и разбивая двери машины.