Джеффри Шварц – ОКР под контролем. Как выйти из сумрака навязчивых мыслей к ясности в своей жизни (страница 3)

Так же происходит и у людей с ОКР. Они знают, что, стоит только поддаться обсессии и компульсии, с крючка уже не сорвешься. И как иронично заметил один пациент с ОКР, «ни у кого нет классных историй о выходных с нашей болячкой». С помощью терапии мы помогаем людям с ОКР по-настоящему отделять себя от болезни.

Роджер, кинорежиссер и алкоголик в завязке с ОКР, пережил циклы зависимости, которые вызывали оба заболевания. По его словам, с ОКР ему приходилось совершать компульсивные действия, чтобы не сойти с ума. У него возникало ощущение, что в теле стало тесно. Люди на встречах анонимных алкоголиков часто описывают нечто подобное. Поддаться компульсии или выпить – это действия, которые работают как спускные клапаны и при этом являются деструктивным поведением. Роджер говорит: «С ОКР, как и с алкоголем, чем чаще ты совершаешь компульсивные действия, тем хуже становится. Только от выпивки я получал хоть какую-то иллюзию облегчения, а от компульсивных действий – никакого».

Обсессии и компульсии появились у него в детстве. Он помнит, как пытался пройти по лежавшему на газоне шлангу, потому что был уверен: если упадет с него, случится что-то ужасное. Лежа в постели, он бесконечно считал узоры на обоях.

Во взрослом возрасте у Роджера развились обсессии, которые были связаны со страхом причинить вред другим людям. Согласно одной из них, он был уверен, что врежется в кого-нибудь, если сядет за руль. Поначалу он даже звонил в полицию и спрашивал, не было ли в его районе ДТП. Потом он стал по несколько раз проезжать одним маршрутом. Когда дорога стала занимать у него по восемь часов в день, Роджер на несколько лет отказался от вождения.

Момент осознания в борьбе с ОКР произошел тогда, когда он увидел снимки своего мозга. «Я просто изводил сам себя, а тут вдруг понял, что на самом деле происходило». Роджер осознал, что болен.

Он по-прежнему порой повторяет свои маршруты, но зачастую тратит на это не более пяти минут. Роджер научился перефокусироваться, – возможно, за счет того, что съезжал на обочину и давал мозгу несколько минут, чтобы «остыть». А еще он стал переоценивать ощущение, что что-то идет не так, и смог понять, что на самом деле это ложное чувство, которое является симптомом ОКР.

Роджер осознал, что обсессия, связанная с вождением, означала полное его недоверие к своим ощущениям. Если в машине были пассажиры, он обращался к ним за поддержкой. Если видел полицейскую машину, которая едет за ним, Роджер ощущал облегчение, ведь если бы он действительно кого-то сбил, его бы обязательно остановили. «В общем, за мной присматривала полиция. Я понял, что наделил копов ролью Беспристрастного наблюдателя».

С тех пор он проехал почти 250 000 километров, осознанно применяя четыре шага, и установил в машине электронных Беспристрастных наблюдателей в форме переднего и заднего видеорегистраторов. «Так я могу перефокусироваться, напомнив себе, что позднее смогу посмотреть запись. Это неидеальное решение, что-то вроде тренировочных колес, немедицинский костыль». Цель Роджера – усилить внутреннего Беспристрастного наблюдателя и избавиться от камер.

Перефокусировка – это не избегание. Разница велика и очень важна. Когда человек избегает каких-то мест, общества или ситуаций, которые вызывают у него симптомы ОКР, заболевание прогрессирует. Избегание само по себе становится компульсией. Вы ничем не сможете убрать чувства, которые вызывает ОКР, но благодаря перефокусировке вы научитесь искать обходные пути. Вы будете делать что-то полезное, напоминая себе: «Это всего лишь ОКР». Благодаря Беспристрастному наблюдателю или Мудрому стороннику вы сможете выбрать то поведение, которое пойдет вам на пользу. Секрет в том, чтобы принять простую истину: дурная мысль является всего лишь препятствием, которое можно преодолеть.

Занимаясь лечением психических расстройств, одним из которых является ОКР, врачи часто думают: «Это химия. И лечить ее необходимо препаратами». Конечно, лекарства – чаще всего блокаторы захвата серотонина – могут облегчить начало терапии и снизить интенсивность и частоту компульсий, но мы считаем такой подход чересчур пассивным. Добавьте активный компонент (осознание, что это просто ОКР) – и вы сможете постепенно снизить дозу лекарств. Пациенты, которые применяют четыре шага, дорожат своей активной ролью в лечении.

Люди часто связывают ОКР с его самыми популярными симптомами, например накопительством или компульсивным мытьем рук, но мы регулярно видим пациентов с другими проявлениями заболевания. Один из них не мог покупать фрукты в супермаркете, потому что представлял, что они все отравлены. Он также боялся, что листок бумаги, который лежит рядом с телефонным проводом, может загореться, и десятки людей погибнут в пожаре.

Больные с ОКР часто говорят, что многие годы пытались скрывать симптомы заболевания. Несмотря на то что жизнь с компульсиями все еще ощущается многими как нечто постыдное, стыдиться болезни больше не нужно. Двадцать лет назад ОКР часто не могли установить и порой принимали за шизофрению. Диагностированное ОКР и понимание того, что его причина кроется в химическом дисбалансе головного мозга, становятся для пациентов огромным облегчением.

Сегодня и медицинское сообщество, и общество в целом обладают знаниями об ОКР. Голливуд сыграл в этом немаловажную роль – вспомните только Леонардо Ди Каприо в образе Говарда Хьюза в «Авиаторе» и то, как он особым образом раскладывал еду на тарелке или превращал свое жилище в стерильную зону.

Многие из симптомов ОКР сегодня настолько хорошо известны, что люди, у которых нет этого расстройства, порой говорят: «А, да, у меня то же самое». Но как заметил один из моих пациентов: «Если вы думаете, что у вас ОКР, скорее всего, его нет». Невероятные боль и страдания, причиной которых является ОКР, – это не то, чем реальный пациент стал бы хвастаться. Безусловно, именно боль, которую причиняет расстройство, привела к тому, что многие пациенты видят в этом заболевании возможность для духовного роста – после того как распознали его и научились с ним справляться.

Мэтт говорит: «ОКР на самом деле делает меня лучше. Из-за того что приходится испытывать, ты начинаешь больше ценить хорошее».

Анна считает: «Я стала сильнее от уроков, которые мне преподнесло ОКР. Я значительно глубже, чем другие люди, осознаю свои мысли и эмоции. И поэтому у меня высокая эмпатия». Она добавляет: «Если бы у меня был выбор, я бы предпочла не иметь ОКР. Но ты наращиваешь невероятную умственную силу за счет того, что приходится выполнять упражнения и оценивать свои мысли осознанно и беспристрастно. На самом деле эти навыки в целом очень полезны в жизни».

Пациенты спрашивают меня: «ОКР сведет меня с ума?» Ответ «нет», пока вы прибегаете к помощи Мудрого сторонника, который напоминает вам, что бесполезные странные мысли – это всего лишь ложные послания мозга. Это не значит, что ваше расстройство исчезнет. Но вы можете научиться с ним жить.

Ваша идентичность не строится на ОКР. Ваш мозг просто играет с вами в жестокую игру.

Введение. Обсессии, компульсии и метод «Четыре шага»

У каждого из нас есть свои особенности и привычки, без которых мы были бы лучше. Нам всем хочется уметь себя контролировать. Но когда мысли лихорадочно крутятся в голове и становятся настолько сильными и навязчивыми, что подавляют волю, когда привычки превращаются в утомительные ритуалы, которые должны избавить нас от всепоглощающей тревоги и ужаса, речь идет о чем-то значительно более серьезном, чем личные особенности.

Жертвы ОКР ведут себя нелепо и порой разрушительно для самих себя, чтобы избежать какой-то воображаемой катастрофы. Но никакой реальной связи между их поведением и тем, чего они так боятся, не существует. Например, человек может принимать душ по сорок раз в день, чтобы в его семье точно никто не умер. Другой идет на немыслимые уловки, чтобы не столкнуться с какими-нибудь определенными числами, и тем самым предотвратить смертельную авиакатастрофу. В отличие от компульсивных покупателей или игроков в азартные игры, люди с ОКР не получают удовольствия от тех ритуалов, к которым прибегают. Эти ритуалы вызывают у них огромную боль.

ОКР связано с биохимическим дисбалансом в головном мозге, который, как мы теперь знаем, можно весьма эффективно лечить. Также наши исследования показали, что метод самолечения «Четыре шага», о котором вы узнаете из этой книги, позволяет людям с ОКР изменить химию их собственного мозга. Более того, этот метод можно эффективно применять для того, чтобы начать контролировать широкий спектр менее серьезных, но тоже неприятных и раздражающих компульсивных привычек и действий. (Если вы думаете, что у вас ОКР, воспользуйтесь опросником Гамбургского университета в конце книги для оценки обсессивно-компульсивных синдромов. Если вы так не думаете, то техники, с которыми вы познакомитесь в этой книге, помогут вам справиться с другими видами навязчивого и раздражающего поведения.)

Говоря простым языком, ОКР – это расстройство, определяемое двумя группами симптомов: обсессиями и компульсиями. Некогда ОКР считалось редким заболеванием, но на самом деле каждый сорок первый человек на земле страдает от него. Для Америки, например, это более чем пять миллионов людей. Чаще всего дебют расстройства приходится на юность и молодость. ОКР встречается чаще, чем астма или диабет. Это выматывающее заболевание, которое создает хаос в жизни своего носителя и его близких. Зависимость от повторяющихся ритуалов (например, мытья, уборки, счета или перепроверки) доставляет проблемы на работе, приводит к семейным кризисам и сложностям в общении. Члены семьи могут терять терпение и злиться, спрашивая: «Почему ты просто не прекратишь?!» Или же могут, напротив, присоединиться к исполнению нелепых ритуалов, чтобы выкроить хотя бы час спокойной жизни (и это очень плохая идея).