Джеффри Линдсей – Декстер во тьме (страница 34)

Машина медленно проехала по улице до знака «Стоп». Я следил, обездвиженный, онемелый. И когда задние огни погасли, взревел двигатель и машина, пересекая перекресток, двинулась вперед, маленькая частичка Декстера очнулась, и она была очень злой.

Возможно, сказалось беспредельно наглое, безразличное пренебрежение в поведении «авалона», а возможно, на самом деле мне только и нужен был толчок адреналина в дополнение к утреннему кофе. Как бы то ни было, а он наполнил меня праведным возмущением, и, не успел я даже решить, что делать, как уже проделывал это: бегу по дорожке до машины, прыгаю в водительское кресло, вставляю ключ зажигания, завожу двигатель и несусь за «авалоном».

Не обращая внимания на знак «Стоп», я гоню через перекресток и различаю впереди машину, когда та поворачивает направо в нескольких кварталах от меня. Я мчался куда быстрее, чем следовало, и увидел, как он принял влево, направляясь к шоссе номер 1. Я сократил разрыв и прибавил скорости с неистовой жаждой нагнать гада, пока тот не затерялся в потоке часа пик.

Я отставал примерно на квартал, когда он повернул на север по шоссе номер 1, и я следом, не обращая внимания на визг тормозов и оглушительный рев сигналов со всех сторон. Теперь «авалон» был в десяти машинах от меня, и я напрягал все свое мастерство вождения в Майами, чтобы подобраться поближе, сосредоточившись только на дороге, не обращая внимания на разделительные полосы и даже наслаждаясь великолепной языковой изобретательностью проклятий, которые неслись мне вслед из окружавших машин. Червяк развернулся, и хотя, возможно, он показал не все зубы, но был готов к битве, как бы червяки ни сражались. Я был зол — еще одна новинка для меня. Из меня слили всю мою тьму и кинули в яркий серый угол, где сходились стены, только с меня довольно. Пришла пора Декстеру нанести ответный удар. И хотя я пока не знал, что намерен делать, когда поравняюсь с той машиной, был полностью к этому готов.

Я отставал на полквартала, когда водитель в «авалоне» меня засек и тут же поддал газу, сошел в крайний левый ряд, втиснувшись в такой узкий промежуток, что следовавший за ним автомобиль, резко затормозив, накренился вбок. В него врезались две легковушки, вой клаксонов и тормозов молотил по ушам. Справа от себя я нашел щелку, сквозь которую объехал место аварии, затем вновь вывернул на уже свободный крайний ряд. «Авалон» шел впереди и набирал скорость, но я вжал педаль газа в пол и не отставал.

Некоторое время разрыв между нами оставался примерно прежним. Потом «авалон» застрял в потоке, шедшем впереди аварии, и я подобрался чуть ближе, пока не оказался всего в двух машинах от него, достаточно близко, чтобы разглядеть пару больших темных очков, рассматривавших меня в боковое зеркало. А когда я вырвался на расстояние корпуса легковушки до его заднего бампера, он неожиданно с силой рванул руль круто влево, впрыгнул машиной на разделительный бордюр и боком съехал прямо в поток машин по другую сторону. Я проскочил его, не успев как-то среагировать. И почти слышал издевательский смех, летевший в меня из машины, уходившей в сторону Хомстеда.

Только я не дал ему уйти. И дело было не в том, что, догнав «авалон», я мог бы получить кое-какие ответы, хотя и это, наверное, было правдой. И не думал я о справедливости и прочих абстракциях. Нет, мною владел чистый возмущенный гнев, поднимавшийся из какого-то потаенного уголка и растекавшийся из моего первородного мозга по всем суставам. Чего мне и в самом деле хотелось, так это вытащить ублюдка из его гнилой легковушки и врезать ему по морде. То было совсем новое ощущение: намерение нанести телесное повреждение в пылу гнева, и оно одурманивало, причем довольно сильно, чтобы подавить всякие логические импульсы, возможно еще державшиеся во мне, и направить в преследование через разделительный бордюр. Моя машина жутко заскрежетала, заскочив на разделительную полосу, а потом съехав с нее на другую сторону, и громадный цементовоз только что не расплющил меня, проскочив всего в четырех дюймах, но я уже вновь гнался за «авалоном» в более свободном потоке машин, кативших на юг.

Далеко передо мной мелькали несколько движущихся точек белого цвета, любая из них могла оказаться моей целью. Я вдавил педаль газа и понесся.

Боги дорожного движения были добры ко мне, почти полмили я петлял между рядами ровно ехавших машин, прежде чем в первый раз попал под красный свет. На каждой полосе движения по несколько автомобилей послушно встали на перекрестке, и объехать их было нельзя… если только не повторить мой скрежещущий металлом трюк, взлетев на разделительную полосу. Я решился. С узкого конца разделительной я съехал на перекресток как раз вовремя, чтобы серьезно помешать ярко-желтому «хаммеру», водитель которого имел глупость соблюдать на дороге правила. Ему пришлось дать сумасшедший крен, чтобы избежать столкновения со мной, и почти добиться этого: лишь легчайшие толчки свидетельствовали, что я аккуратно отскочил от его переднего бампера, пролетел перекресток и погнал дальше в сопровождении очередного взрыва бибикающей музыки и воплей.

«Авалон», если он все еще оставался на шоссе номер 1, должен быть впереди на четверть мили, и я не ждал, пока дистанция увеличится. Я погонял свою надежную взрывную малютку и всего через полминуты прямо перед собой увидел два белых автомобиля: один из них «шевроле», а другой мини-фургон. Моего же «авалона» нигде не было видно.

Всего на секунду-другую я сбросил скорость… и краешком глаза вновь уловил его справа от себя: «авалон» объезжал сзади продуктовый магазин на парковке торгового центра. Вдавив педаль газа в пол, я рванул через две полосы движения прямо на парковку. Водитель «авалона» заметил мой маневр, набрал скорость, выехал на улицу, шедшую перпендикулярно шоссе номер 1, и на полной скорости помчался на восток. Я быстро пересек парковку и погнал за ним следом.

Белый «авалон» с милю вел меня через жилой район, потом повернул за угол и миновал парк, где проводилось мероприятие по программе дневного ухода за детьми. Я подобрался чуть ближе и вовремя заметил, как на дорогу перед нами вышла женщина с грудным ребенком и еще с двумя детьми, которых вела за руку.

«Авалон», наддав, выскочил на тротуар, а женщина продолжала неспешно переходить дорогу, глядя на меня так, будто я рекламный щит, который она не в силах прочесть. Я вильнул, чтобы проехать за ней, но один из ее ребятишек вдруг бросился назад прямо передо мной, и я ударил по тормозам. Мою машину занесло, и на миг мне показалось, будто я юзом несусь прямо на глупую их кучку, стоявшую посреди дороги и наблюдавшую за мной без единого признака интереса. Наконец колеса снова обрели сцепление с дорогой, мне удалось вывернуть руль, поддать чуть-чуть газу и развернуться через обрамление лужайки у одного из домов напротив парка. Потом я вернулся на шоссе и, разбрасывая тучу вырванной травы, понесся за «авалоном», ушедшим далеко вперед.

На протяжении нескольких кварталов расстояние оставалось неизменным, прежде чем мне повезло. Впереди меня «авалон» с ревом пронесся мимо очередного знака «Стоп», только на сей раз это заметил полицейский патруль и, включив сирену, погнался за ним. Особой уверенности у меня не было: то ли мне радоваться компании коллег, то ли ревниво отнестись к конкуренции, но в любом случае стало гораздо легче следовать за мигалкой с сиреной, а потому я продолжал мчаться у них в хвосте.

Обе машины впереди сделали несколько быстрых поворотов, и мне показалось, что я, возможно, малость приблизился, когда вдруг «авалон» исчез из виду, а полицейская машина встала у бровки. Несколько секунд — и я оказался рядом с полицейским автомобилем и вылез из машины.

Прямо передо мной коп бежал по свежеподстриженному газону со следами шин, которые вели за дом и в канал. «Авалон» уходил под воду на дальней стороне, и я видел, как мужчина выбрался из машины через окно и проплыл несколько ярдов к противоположному берегу канала. Коп, стоявший в нерешительности на нашей стороне, все-таки прыгнул в воду и поплыл к полузатонувшей машине. Пока он плыл, я услышал, как позади меня раздался звук круто затормозивших тяжелых шин. Я обернулся.

Желтый «хаммер» встал позади моей машины, и из него выпрыгнул мужчина с красным лицом и волосами цвета песка и принялся орать на меня:

— Ты, сучий недоносок! Ты мне машину помял! У тебя котел варит, что ты творишь?

Не успел я ответить, как у меня зазвонил сотовый.

— Извините, — произнес я, и, как ни странно, песочный блондин тихо стоял, пока я отвечал на звонок.

— Где тебя черти носят? — требовательно спросила Дебора.

— Катлер-Ридж, любуюсь каналом, — ответил я.

Она на целую секунду замолчала, а потом выпалила:

— Ну так вытирайся и тащи свою задницу в кампус! У нас еще один труп.

Глава 21

Мне хватило несколько минут, чтобы отделаться от водителя желтого «хаммера». Возможно, я мог бы и застрять, если бы не коп, прыгнувший в канал. В конце концов он выбрался на берег и подошел туда, где я стоял, выслушивая нескончаемый поток угроз и ругательств, и ни в одном из них не было ничего особо оригинального. Я при этом старался сохранять вежливость. У песочного блондина явно поднакопилось на душе, и я, конечно, не хотел, чтобы он сдерживался и таким образом наносил себе психологическую травму, однако меня ждало срочное полицейское расследование, в конце-то концов. Я попытался объяснить это, однако блондин, очевидно, был из тех индивидуумов, которые не умеют орать и одновременно прислушиваться к голосу разума.