Джефф Мариотт – Нарко. Коготь ягуара (страница 38)
Потом самолет пришел в движение, и сердце у Агилара подскочило. Он впился в подлокотники.
– Тронулись! – выглянул в окно. – Но еще на земле.
– Надо сперва вырулить на взлетную полосу, – растолковал Хайро. – Потом, наверно, торчать на месте в ожидании, пока она освободится. Потом поехать еще немного, все быстрей и быстрей, пока не оторвемся. Не волнуйся, ты поймешь, когда полетим.
Хайро оказался прав. Прошло еще добрых пятнадцать минут, прежде чем взлетно-посадочная полоса освободилась, и тогда самолет покатил вперед. Агилар слушал, как двигатели разгоняются, взвинчивая скорость, глядел из окна на проносящийся мимо пейзаж. Когда они взмыли над городом, он был слишком взволнован, чтобы тревожиться, глядя, как Богота разворачивается перед ним. Они быстро набирали высоту и скоро были уже над горами, потом сделали разворот и полетели почти строго на север. Сигнал «Пристегните ремни» погас, сигнал «Не курить» тоже, и скоро по всему салону поплыли тучи дыма.
Полет продлился четыре часа, за время которых дружелюбная стюардесса принесла напитки, а потом обед на пластиковом подносе и нахмурилась, когда Хайро ущипнул ее за задницу. А когда они устремились вниз, к Майами, Агилар думал, что барабанные перепонки вот-вот лопнут. Отвлекал себя тем, что смотрел на играющий бликами океан и высокие здания, с каждой секундой становящиеся все больше и все ближе. Наконец они сели. Агилар тряс головой, пытаясь прочистить уши, и ждал высадки.
Таможня отняла целый час, но они все-таки прошли, и с той стороны их встретил Лион. Агилар слыхал о нем, но ни разу не встречался. Тот был хорош собой, с каштановыми волосами, гладко зачесанными назад ото лба, аккуратной бородкой и усиками. На нем была шелковая футболка – видимо, дорогая, – белые джинсы и кожаные мокасины, а еще золотые украшения на шее и запястьях. При виде его Эскобар распростер руки и тепло его облапил, воскликнув:
– Лион! – и, еще сжимая его в объятьях, оглянулся через плечо на остальных: – Ребятишки, это Лион, мой лучший дружбан в Майами. Он тут командует с первого дня.
И представил Лиона остальным.
Когда они вышли наружу, влажный и тяжкий воздух тут прильнул к коже Агилара горячим мокрым одеялом. Но вокруг росли пальмы и сверкали здания, заставив Агилара напрочь забыть о погоде. Похоже, аэропорт угнездился прямо посреди города.
– А где остановимся? – полюбопытствовал Ла Кика, когда они шагали по парковке. – Я слыхал много хорошего о «Мьютини».
– «Мьютини» – клоповник для наркодилеров, – отозвался Лион.
– В самый раз! – рассмеялся Ла Кика. – Это мы и есть!
– В смысле у них там в винном подвале есть ячейки, где можно запереть пушки. Это забавно, но не классно. А дон Пабло – высший класс, и ему нужно стильное местечко.
– Ну так где же мы?
– Я снял вам пентхаус в «Фонтенбло», – сообщил Лион. – Это классическая достопримечательность Майами-Бич. Вы будете в восторге.
– Я уже в восторге, – вставил Эскобар.
– Это в самом сердце района Ряд Миллионеров.
– Теперь я еще в большем восторге.
– А вы, парни, бывали в Майами? – поинтересовался Лион. – Что Пабло бывал, я знаю.
Все остальные были здесь впервые, о чем и сказали, и, подойдя к своему кабриолету «Транс Ам», Лион сказал:
– Я бы пригнал «Феррари», но все вы в него не вместились бы. А так вы будете там сзади в тесноте да не в обиде. Прокачу вас по Тамьями-Трейлу и через Маленькую Гавану. Не как на родине, но поближе, чем Майами-Бич.
– Лион с родины, – растолковал Эскобар. – Дружил там с Густаво, росли вместе. Но давно живет в Северной Америке. Бедолага.
– Вам Маленькая Гавана понравится, – продолжал Лион. – Но от Майами-Бич вы будете в восторге. Солнце, песок, бикини и самые красивые женщины на свете. Считая и Колумбию.
– Быть не может, – отозвался Ла Кика. – Красивей колумбийских сеньор?
– Вот увидите.
Лион не соврал. Маленькая Гавана и выглядела, и пахла почти как Медельин, хотя с кубинскими и американскими вариациями. Побыв там немного, они направились к тому, что Лион назвал гатью, которая повела их вдоль узкого канала залива Бискейн, мимо рыбацких судов, прогулочных яхт и громадных круизных кораблей. Проскочив через небольшой островок, они снова понеслись над водой. Массивные краны справа указывали местонахождение морского порта. Эскобар махнул рукой в его сторону.
– Мы пропустили через него такую уйму продукта, что вы не поверите. Майами для нас очень хорош.
Потом впереди выросли небоскребы.
– Почти на месте, ребятишки, – сообщил Эскобар. – Наш дом на ближайшие дни. Думаю, получите удовольствие.
– Я начал получать удовольствие, как только сюда прибыл, – откликнулся Курок. Агилару он нравился – не самый острый гвоздь в ящике, зато почти всегда в хорошем настроении. Для киллера он на диво оптимистичен. И хотя некоторые из
Когда гать кончилась, Лион поехал по Пятой стрит, чтобы доставить их в Саут-Бич.
– Здесь ошиваются манекенщицы, – поведал он, сворачивая налево, на Оушн-Драйв. – Вы не поверите, насколько крошечными могут быть бикини, пока не увидите их на местных девицах.
Агилару все это напоминало рай. Слева были здания, вмещающие отели, рестораны и бары высшего класса. Справа тянулся травянистый парк с немногочисленными деревьями, отделявшими их от прославленных белопесчаных пляжей и Атлантического океана. Женщины, прогуливавшиеся по тротуарам и сидевшие в открытых барах, должно быть, и были теми самыми манекенщицами, о которых упоминал Лион.
Наконец они подкатили к обширному белому фасаду «Фонтенбло». Не успели они даже выйти из машины, как уже подоспели коридорные.
– Въезжаете? – осведомился один, подкатывая золотистую тележку к багажнику.
– Да, – ответил Лион. – Мои друзья въезжают.
Открыв багажник, он проследил за выгрузкой чемоданов и сумок в тележку. Когда осталась лишь одна сумка, не прибывавшая с ними из Колумбии, он подхватил ее.
– Эту я понесу сам.
Пентхаус находился на тридцать седьмом этаже. Такой роскоши Агилару видеть еще не доводилось – даже в домах Эскобара. У каждого была собственная спальня с огромным телевизором и ванной – и в каждой ванной был собственный телефон! Полы мраморные, постели, как облака на привязи, а вид практически бескрайний.
После того как каждый выбрал себе комнату – дону Пабло, разумеется, досталась самая большая, самая шикарная, – они встретились в гигантском фойе номера. Лион поставил принесенную сумку на стол и расстегнул молнию.
– Я принес «Вальтеры ППК» для каждого. Если вам нужно что-нибудь похитрее, дайте знать, но я рассудил, что вы можете запросто носить их незаметно для окружающих. Здесь не Колумбия, и вам не удастся выкрутиться, просто сославшись на Пабло, так что не стоит попадаться с приблудой, если можно избежать.
– У меня с собой нож, – сообщил Агилар.
– Слыхал я про нож, – ухмыльнулся Лион. – Колдуэлл рассказывал мне о тебе.
– Колдуэлл классный, – заметил Агилар.
– Кстати, об этом, – Эскобар вдруг помрачнел и тяжело сел. – Как раз из-за Кайла Колдуэлла мы и здесь.
– А в чем дело,
– Он потерял партию товара. Сто двадцать кило. Позвонил и сказал, что его захватили копы Майами, но ему удалось улизнуть от ареста.
– Вот только мы с Ледером читаем газеты, – подхватил Лион. – Подобное изъятие непременно попало бы в новости, но об этом ни слова.
– И что случилось, по-вашему? – спросил Курок.
– Думаю, он продает его сам, на свой страх и риск, и прикарманивает всю выручку, – горестно молвил Эскобар. – А я ему верил. Он загребает миллионы, но ему все мало. Всегда хотел больше. У некоторых есть такое нездоровое влечение.
– Не могу сказать, чтоб это было для меня полной неожиданностью, – добавил Лион. – Он много жалуется. Много тратит и играет. Азартному игроку доверять нельзя.
– Где он? – осведомился Ла Кика.
– Мы не знаем, – признался Лион.
– Он встретится с нами завтра, чтобы перетереть за дело, – присовокупил Эскобар. – А сегодня… давайте малость оттянемся.
27
Надев плавки, они отправились на пляж, где Лион организовал для них частный купальный домик. Там они наслаждались хорошей выпивкой и плескались в волнах. Обещая красивых женщин в крохотных бикини, Лион их не обманул. На горизонте проплывали шикарные яхты и громадные круизные и грузовые корабли. Агилар предполагал, что в таком большом городе, как Майами, должна быть своя квота бедности, но ее что-то было не видать – даже Маленькая Гавана выглядела довольно зажиточной. На родине нищета повсеместно, но тут, если она и существует, ее тщательно отгораживают от взоров общественности. Вся жизнь, попадавшаяся ему на глаза, выглядела чарующе – сплошь солнечная погода и приятное времяпрепровождение.
Позже, уже вполпьяна, они откушали солидный ужин в одном из пафоснейших ресторанов отеля, залив его свежим алкоголем.
После ужина немного посидели в номере, выпивая и обмениваясь историями. Наконец Лион провозгласил, что пора на выход. Вернувшись в свою комнату, Агилар надел лучшие привезенные вещи – костюм «Джанни Версаче» в пастельных тонах с шелковой рубашкой в цветочек, расстегнутой до пояса, пару тонких золотых цепочек на шею и мокасины «Бруно Мальи» с шелковыми носками. Порядком проторчал в ванной, возясь с прической, прежде чем наконец решил, что больше ничего с ней поделать не в силах. Кроме того, с его-то кожей большинство людей даже не заметят, что у него есть волосы. Он выглядел лучше уже некуда, но не сомневался, что другие парни, не щеголяющие ягуаровой раскраской, привлекут женщин раньше его.