Джефф Кинни – Дневник слабака. Глобальное потепление (страница 2)

На перемене я остался в классе работать над проектом. У меня не было времени идти в библиотеку, чтобы изучить вопрос, поэтому многие вещи я писал НАУГАД. Единственное, в чём я был уверен, – это что Мальта находится рядом с Россией, а вот насчёт всего ОСТАЛЬНОГО я сомневался.

После того как я заполнил свой трёхстраничный буклет, я занялся ДРУГИМИ делами.

В день международной выставки мы должны носить «традиционные костюмы», поэтому по пути в столовую я подошёл к коробке с потерянными вещами, которая стоит напротив кабинета директора, и кое-что оттуда выбрал.

К счастью, в коробке было несколько приличных вещей, и я придумал себе наряд, который смотрелся очень убедительно.

Ещё все должны были принести какое-нибудь традиционное БЛЮДО. В столовой я купил столько разной еды, на сколько хватило денег, и кое-что сварганил – такое блюдо, наверно, могут есть в другой стране.

Международная выставка должна была начаться на последнем уроке. Когда я установил в спортзале свой проект, у меня поднялось настроение. Плохо только, что мне не дали страну, где носят более лёгкую одежду: ведь отопление продолжало работать во всю мощь.

Жара плохо действовала на НЕКОТОРЫХ ребят, и обстановка начала накаляться. В один прекрасный момент между Бразилией и Болгарией началась борьба за место на столе – пришлось вмешаться учительнице.

Дети из начальных классов пришли посмотреть наши проекты и задать вопросы. Был лишь один способ их спровадить – сделать вид, что я говорю только по-мальтийски.

Потом начали появляться РОДИТЕЛИ. К счастью, МОИ родители не смогли прийти: папа был на работе, а мама – в своём колледже. Но у одного парня из моего класса родители действительно родились НА Мальте – МНЕ крупно не повезло.

Я испугался, что они настучат на меня учительнице, и решил смыться. Но тут кое-что произошло, и я соскочил с крючка.

Конфликт, который случился между Бразилией и Болгарией, вспыхнул с новой силой и охватил страны на буквы В и Г. Вскоре в СПОРТЗАЛЕ началась настоящая война.

К счастью, прозвенел звонок, и учеников отпустили, прежде чем они успели нанести друг другу тяжёлые увечья. Вся эта ситуация не вселяет никакой надежды на то, что в мире может когда-нибудь наступить мир.

Я ДУМАЛ, что с проектом покончено, но я ошибался. Учительница по обществоведению отправила родителям записку, в которой говорилось, что я должен сделать проект для международной выставки ЕЩЁ РАЗ.

Мама сказала, что, пока я не сделаю проект, она запрещает мне смотреть телевизор и играть в видеоигры. Я мог бы разделаться с проектом к субботе, но толку от этого всё равно никакого. Ведь мама устраивает нам с братьями «выходные без экранов».

Мама считает, что мы, дети, слишком зависимы от гаджетов и они являются причиной нашего плохого поведения. Поэтому она начала проводить новую политику, которая запрещает нам пользоваться гаджетами в субботу и воскресенье, и нам приходится искать другие способы развлечься.

Фиговее всего то, что, если в выходные маме удаётся застукать нас, когда мы ведём себя ХОРОШО, для неё это является ДОКАЗАТЕЛЬСТВОМ, что выходные без экранов идут нам на пользу.

Поэтому в последнее время мы с Родриком стараемся не забывать, что в субботу и воскресенье нужно вести себя ПЛОХО, чтобы мама не думала, что её политика «никаких гаджетов» работает. МЭННИ нас поддерживает: наверно, потому, что ему нравится повторять за старшими братьями.

Мама говорит, что современные дети не умеют взаимодействовать из-за того, не отрываются от экранов. Она пытается научить нас с Родриком «навыкам общения».

Одна из вещей, которую мама всё время заставляет меня делать, – это смотреть ей в глаза, когда я разговариваю с ней. Я могу выдержать только ПАРУ СЕКУНД, а потом мне становится не по себе.

Недавно мама начала настаивать на том, чтобы я пожимал папе руку. Но мы ОБА чувствуем себя при этом неловко.

Мама хочет, чтобы я стал более «общительным» и подружился ещё с кем-нибудь из нашего квартала. Но у меня уже есть друг РОУЛИ, и пока что мне его вполне хватает.

На нашей улице живёт куча ребят, но ни одного из них я не представляю своим другом. Я УЖЕ сделал исключение для Роули, остальные варианты гораздо хуже.

Наш дом стоит посередине Суррей-стрит, а дом Роули – почти в самом начале. Даже ходить к НЕМУ в гости иногда бывает непросто: ведь нужно пройти мимо дома ФРИГЛИ. А в девяти случаях из десяти Фригли торчит на лужайке перед домом.

Напротив Фригли живёт Джейкоб Хофф. Он почти никогда не выходит из дома, потому что родители заставляют его упражняться в игре на кларнете целыми днями. Ближайшие соседи Джейкоба – Эрнесто Гутьеррес и Габриэль Джонс, они учатся со мной в одном классе.

Эрнесто и Габриэль – неплохие ребята, но у них у ОБОИХ неприятный запах изо рта, поэтому они прекрасно подходят друг другу.

Через два дома от меня живёт Дэвид Марш, он серьёзно увлекается карате. У него есть лучший друг – Джозеф О'Рурк, который всё время умудряется делать что-то такое, от чего получает травмы.

Рядом с Джозефом живёт Митчелл Пикетт, который зарабатывает сумасшедшие деньги, продавая зимой готовые снежки. Помяните моё слово, когда-нибудь этот парень станет МИЛЛИОНЕРОМ.

Парень, что живёт по соседству с Митчеллом, на год младше меня, и все зовут его Бац-и-Шишка. Народ обходит его стороной, потому что два его старших брата сидят в тюрьме.

Ещё в округе живёт парень, которого зовут Первис Джентри. У него есть дом на дереве, на заднем дворе. Летом он распутывает преступления, которые совершаются в нашем квартале. Преступником почти всегда оказывается Бац-и-Шишка.

Почти в самом конце улицы расположен двухквартирный дом, там живут две семьи, которые ТЕРПЕТЬ НЕ МОГУТ друг друга.

Я никак не могу запомнить детей из этого дома, но знаю, что одного из них зовут Джино: у него на руке татуировка, хотя ему только семь лет.

Ещё есть парень, который живёт вместе с бабушкой через несколько домов от меня. Его имя Гибсон.

Все зовут его Малыш Гибсон, потому что он не меняется и не становится СТАРШЕ с годами. Насколько я знаю, Малышу Гибсону тридцать два года и у него есть СВОИ дети.

Ещё на нашей улице есть детский клуб, он собирается два раза в неделю у миссис Хименес. Я не знаю, какие дети – ЕЁ, а какие – её ПРИЯТЕЛЬНИЦ. Зато я ЗНАЮ, что эти дети совершенно неуправляемы, но их мамашам на это наплевать.

На нашей улице есть ребята и постарше. Энтони Денард учится в старшей школе, он недавно начал бриться. Но заигрался с лезвием и нечаянно сбрил себе одну бровь.

Тогда Энтони нарисовал бровь коричневым маркером, но получилось не очень, и теперь половина его лица кажется вечно удивлённой.

У Энтони есть лучший друг – Шелдон Рейс. Когда зимой выпал первый снег, он пытался заработать денег, расчищая дорожки соседей.

Но у Шелдона ещё нет водительских прав, и он успел нанести нашему кварталу серьёзный ущерб, прежде чем отец парня обнаружил, что Шелдон взял его грузовик.

Через несколько домов от меня живут близнецы по фамилии Гарза – Джереми и Джеймсон. Когда они были совсем маленькие, они изобрели свой собственный язык. И теперь, если они болтают между собой, никто не может понять, о чём они говорят.

Ещё на моей улице живёт куча ДЕВЧОНОК, но они ничем не лучше ПАРНЕЙ.

Напротив Роули живут сёстры Марли, их пять штук, они родились с разницей в несколько лет. Я не знаю, в чём там дело, но эти девчонки время от времени кидаются на людей, которые заходят к ним во двор.

Через несколько домов от сестёр Марли живёт Эмилия Гринвол. Эмилия одевается как принцесса и, как мне кажется, смотрит слишком много диснеевских фильмов.

В одноэтажном здании, которое стоит напротив двухквартирного дома, живёт Латрисия Хукс. Рост этой школьницы – сто восемьдесят семь сантиметров. Родрик никогда не ПРИБЛИЖАЕТСЯ к Латрисии, потому что она лупила его, когда ему было столько лет, сколько сейчас МНЕ.

Сестра Латрисии, Виктория, по какой-то непонятной причине влюблена в Эрнесто Гутьерреса, а лучшая подруга Виктории, Эвелин Тримбл, одевается как вампир.

Честно говоря, я думаю, что Эвелин ДЕЙСТВИТЕЛЬНО считает себя вампиром. Это одна из причин, почему я рад, что больше не езжу на автобусе.

Я не рассказал вам и о ПОЛОВИНЕ ребят, которые живут на нашем холме. Но если я пойду по всему списку, то НИКОГДА не закончу.

Мама всё время спрашивает меня, почему бы мне не подружиться с детьми, которые живут ПОД холмом, хотя я уже миллион раз объяснял ей, что этого никогда не БУДЕТ.

Суррей-стрит разделена на две части. Есть ВЕРХНЯЯ Суррей-стрит, которая находится на холме, и НИЖНЯЯ Суррей-стрит, ровная улица, которая начинается под холмом.

Несмотря на то что все мы живём на одной улице, ребята, которые живут на холме, и ребята, которые живут под холмом, ТЕРПЕТЬ НЕ МОГУТ друг друга.

Жить на холме – то ещё удовольствие. Во-первых, отсюда далеко до школы, а преодолевать последний отрезок пути в конце дня – это вам не шутки. ОСОБЕННО когда на улице стоит такая жарища, как сейчас.

Хуже всего то, что тем, кто живёт на холме, почти нечем ЗАНЯТЬСЯ. Если тебе захотелось поиграть в мячик, то можешь об этом забыть.

Ребятам, которые живут ПОД холмом, ПОВЕЗЛО. У них РОВНАЯ часть улицы, и они могут делать на ней что хотят. Вот почему спортсменами становятся только ребята с НИЖНЕЙ Суррей-стрит.