Джефф Грабб – Последний Страж (страница 38)

– Зачем вы показали оркам дорогу сюда? – повторил Кадгар.

– Не смей пререкаться со старшими! – рявкнул маг.

– Зачем вы привели орков в Азерот? – вновь спросил Кадгар, на этот раз жалобным голосом.

– Это не твое дело, мальчишка! Ты подойдешь или нет? Ну, быстро! – Лицо мага стало пепельно-серым.

– Со всем моим почтением, господин, – ответил Кадгар, и его слова звучали резко, как кинжальные удары, – нет, я не сделаю этого.

Медив взорвался:

– Мальчишка! Да я тебя… – И он шагнул внутрь комнаты.

Мгновенно вокруг него взвились искры, окутывая старого мага ливнем света. Медив пошатнулся, отступил, подняв руки к лицу, и пробормотал проклятие.

– Что? – начала Гарона.

– Охранный круг – вот что, – отрезал Кадгар. – Чтобы не впускать вызванных демонов. Маг не может перейти его.

– Но если он действует только на демонов, то почему… Если только… – Гарона перевела взгляд на Кадгара. – Нет, – вымолвила она. – Сможет ли круг удержать его?

Кадгар подумал о соломинке, лежавшей поперек охранного круга в Штормграде, и о вихре энергии, расцветавшем теперь у входа в зал, и покачал головой.

– Так вот что вы сделали с Хугларом и Хугарином? – крикнул он магу. – И с Гузбой? И со всеми остальными? Они тоже узнали правду?

– Они были дальше от правды, чем ты, дитя, – произнес озаренный сиянием Медив сквозь стиснутые зубы. – Но мне надо быть осторожным. Я прощал тебе твое любопытство, помня о твоей молодости, и думал, что твоя преданность… – Он двинулся вперед и хмыкнул, почувствовав сопротивление охранных заклинаний. – Я думал, что преданность еще что-то значит в этом мире.

Невидимая защита круга засверкала, когда Медив пошел сквозь нее, и Кадгар видел, как поля энергии искажаются вокруг простертых вперед рук мага. По-видимому, вспыхивающие искры подпалили бороду Медива, и над ним закурился дымок, образуя рога над головой.

И тут сердце Кадгара упало, поскольку он понял, что видит уже совсем другой образ, наложенный поверх лица его любимого учителя. Тот образ, которому принадлежала вторая тень!

– Он идет насквозь! – воскликнула Гарона.

Молодой маг скрипнул зубами:

– И пройдет рано или поздно. Он расходует огромную энергию, чтобы разорвать круг.

– Разве он может?

– Он Страж Тирисфаля, – отозвался Кадгар. – Он может все, что захочет. Просто на это потребуется время.

– Хорошо, а сумеем ли мы как-нибудь выбраться отсюда? – В голосе Гароны звучала паника.

– Единственный выход – за его спиной, – вздохнул Кадгар.

Гарона огляделась вокруг:

– Тогда разбей стену. Сделай другой выход.

Кадгар взглянул на каменную кладку и покачал головой.

– Хорошо, тогда попробуй хоть что-нибудь!

– Я попробую… вот что!

Перед ними, ставшая теперь выше, оплетенная молниями, маячила в дыму фигура Медива.

Сосредоточившись, Кадгар потянул в себя магическую энергию. Он вновь повторил магические пассы, которые производил несколькими минутами раньше, и произнес слова на незнакомом языке; и когда энергии сгустились в яркий шар света, он отпустил его.

– Принеси мне видение, – проговорил Кадгар. – Видение того, кто уже бился с этой тварью прежде!

Последовала короткая минута замешательства, когда Кадгар думал, что заклинание не сработало. Но нет: теперь их окружала ночь, и повелительный, гневный женский голос внезапно рассек воздух.

– Ты осмелился поднять руку на собственную мать? – прокричала Эгвин с лицом, бледным от ярости.

Она стояла на одном конце площадки для наблюдения, Медив – на другом. Это был тот же самый Медив, которого он знал, – высокий, гордый и, судя по всему, чем-то озабоченный. Ни она, ни Медив из прошлого не обращали ни малейшего внимания на Кадгара с Гароной. Кадгар с испугом осознал, что настоящий Медив также присутствовал при этой сцене, его силуэт искрился в глубине одной из стен. Парочка из прошлого игнорировала и его тоже, но настоящий Медив внимательно наблюдал за спектаклем, разыгрывавшимся перед их глазами.

– Мне показалось, что у тебя начинается истерика, мама, – произнес Медив из прошлого.

– И ты решил, что мистический удар приведет меня в чувство? – фыркнула та. Кадгар заметил, что она выглядела теперь намного старше. Ее светлые волосы стали седыми, а вокруг глаз и рта собрались глубокие морщины. Тем не менее, она по-прежнему сохраняла горделивую осанку. – Ну хорошо, – произнесла она, – а теперь ответь на мой вопрос.

– Мама, ты неверно смотришь на вещи, – сказал Медив из прошлого.

– Отвечай, – сурово приказала Эгвин. – Зачем ты привел орков в Азерот?

– Ничего удивительного, что он так занервничал, когда ты задал ему этот вопрос, – заметила Гарона.

Кадгар шикнул на нее и покосился на настоящего Медива – тот прекратил свои попытки пробиться сквозь невидимую стену охранного заклятия; и, кажется, успокоился.

– Мама? – проговорил настоящий Медив. На его лице возникло по-детски доверчивое выражение.

– Тебе нечего ответить, не так ли? – продолжала Эгвин. – Это просто такая игра, верно? Вызов Ллейну с Лотаром, чтобы было чем позабавиться? Но могущество Тирисфаля – не забава, дитя мое. Все новые и новые орки прибывают в страну, и я уже слышала о налетах на караваны возле Черных топей. Проследить их путь назад до твоих врат смог бы и новичок, но лишь твоя мать способна узнать ту силу, что окутывает их. Еще раз спрашиваю, дитя мое, чем ты объяснишь свои действия?

Кадгар съежился, слушая ее речь. Он ожидал, что Медив из прошлого опрометью ринется прочь из комнаты. Однако тот удивил его: в ответ на ее обвинения он лишь раскатисто захохотал.

– Значит ли это, что неодобрение твоей матери забавляет тебя, дитя мое? – сухо спросила Эгвин.

– Нет, – отвечал Медив, блеснув широкой хищной улыбкой. – Но вот глупость моей матери – забавляет!

Кадгар кинул взгляд через комнату и увидел, как настоящий Медив дернулся при этих словах.

– Да как ты смеешь? – загремела Эгвин, поднимая руку. Шар ослепительно-белого света вырвался из ее ладони, устремившись к Медиву из прошлого. Тот, в свою очередь подняв руку, с легкостью отбил его в сторону.

– Смею, мама, – произнес призрак. – И у меня есть для этого сила. Та сила, которую ты вложила в меня при зачатии; сила, которой я не желал и о которой не просил. – Медив-фантом взмахнул рукой, и верхняя площадка башни озарилась блистающей вспышкой.

Эгвин сумела удержать удар, но Кадгар заметил, что для этого ей пришлось поднять обе руки, и, несмотря на это, она пошатнулась и отступила назад.

– Но все же, зачем ты пустил орков в Азерот? – прошипела женщина. – В этом не было нужды. Ты поставил под удар весь мир – для чего?

– Чтобы разбить круг, разумеется, – проговорил Медив из прошлого. – Чтобы уничтожить эту искусственную вселенную, которую ты выстроила для меня. Все на своих местах – включая твоего сына! Если уж ты не можешь продолжать исполнять роль Стража, это сможет рожденный и воспитанный тобой преемник – но при этом он будет прикован к своей роли так же надежно, как и любая другая из твоих пешек!

Настоящий Медив опустился на колени, его глаза не отрывались от развертывавшейся перед ним сцены. Он шевелил губами, беззвучно повторяя слова, произнесенные им в прошлом.

Гарона потянула Кадгара за рукав, и он кивнул. Вдвоем они тихо вышли из центра охранного круга и принялись пробираться вдоль стены, пытаясь незаметно проскользнуть за спину настоящего мага.

– Но такой риск, дитя мое… – начала Эгвин.

– Риск? – перебил Медив. – Риск для кого? Не для меня, владеющего всей силой Тирисфаля. Для остальных членов Ордена? Их больше заботят внутренние политические игры, чем демоны. Для наций, составляющих человечество? Этих жирных счастливых идиотов, надежно защищенных от всех опасностей, о которых они даже представления не имеют? Есть ли здесь риск для кого-то, кого действительно следует беречь?

– Ты играешь с силами, гораздо более могущественными, чем ты, сынок, – вздохнула Эгвин.

Кадгар с Гароной стояли уже почти у двери, но настоящий Медив был всецело захвачен видением.

– О, разумеется! – с язвительной усмешкой произнес Медив из прошлого. – Думать, что я смогу управиться с подобными силами, было бы грехом гордыни! Не меньшим, чем мысль, что ты сможешь помериться силами с повелителем демонов и выйти победителем.

Они были уже за спиной Медива. Гарона потянулась к ножу, спрятанному в ее блузе, но Кадгар молча притронулся к ее руке и покачал головой. Они проскользнули мимо Медива – в глазах старика стояли слезы.

– Что будет, если орки победят? – спросила Эгвин. – Они поклоняются темным богам и теням. Зачем тебе отдавать им Азерот?

– Когда они победят, – ответил прежний Медив, – они сделают меня своим вождем. Они почитают силу, мама, в отличие от тебя и всех остальных обитателей этого достойного жалости мира. А благодаря тебе я являюсь в этом мире сильнейшим. И тогда я сломаю оковы, которые ты и остальные наложили на меня, и буду править!

Внутри видения воцарилась тишина, и Кадгар с Гароной замерли, задерживая дыхание. Заметит ли настоящий Медив в этой тишине их отсутствие?

Но его внимание было приковано только к Эгвин, говорившей из глубины прошедших лет.

– Ты не мой сын, – сказала она. Настоящий Медив уткнулся лицом в ладони. Его фантом ответил:

– Нет. И я никогда не был твоим сыном – во всяком случае, по-настоящему твоим.