Джефф Грабб – Последний Страж (страница 14)

– Кого это ты видел прежде? – переспросил Медив, глядя сквозь огромную лупу на то, чем были заняты его руки. На пальцы старого мага были надеты маленькие заостренные, словно иголки, наконечники. Он настраивал нечто напоминавшее механического шмеля, который при прикосновении иголок сгибал и разгибал тяжелые крылья.

– Орков, – объяснил Кадгар. – Я уже видел прежде таких орков, как те, с которыми мы сражались.

– Ты не упоминал об этом, когда пришел в башню, – рассеянно заметил Медив, пальцы которого порхали с поразительной точностью, пронзая иголками ключевые точки механизма. – Помнится, я спрашивал тебя о том, встречал ли ты представителей других рас. Ты не упомянул о них ни словом. Где ты с ними встречался?

– В видении. Это случилось вскоре после моего прибытия, – пояснил Кадгар.

– А, вот оно что. У тебя было видение. Что же, здесь разное мерещится. Мороуз, наверное, предупреждал тебя. Он ведь любит болтать.

– Со мной это случалось всего один, может быть, два раза. То, о чем я говорю, было действительно настоящим видением. Я оказался на поле битвы, и эти существа – орки – тоже были там. Они нападали на нас – то есть они нападали на людей, среди которых я находился.

– Хм-м, – протянул Медив и высунул кончик языка, осторожно двигая иголкой вдоль медной грудины насекомого.

– И это было не здесь, – добавил Кадгар. – Не в Азероте и не в Лордероне. В том месте, где бы оно ни находилось, небо было красное, как кровь.

Медив дернулся, словно его ударило электрическим током. Хитроумное устройство, пронзенное иголками совсем не там, где было нужно, ярко засияло в его руках, издало короткий вопль и затихло.

– Там было красное небо? – воскликнул маг, отворачиваясь от рабочего стола и устремляя на Кадгара пронзительный взгляд. В его насупленных бровях, казалось, плясали молнии, яростные и неукротимые, а зеленые глаза потемнели, словно море, рассерженное штормом.

– Красное. Как кровь, – растерянно подтвердил юноша. Ему казалось, что он уже привык к внезапным и резким сменам настроения своего учителя, но такая реакция поразила его, как удар грома. Медив испустил тихое шипение.

– Расскажи мне все. Об этом мире, об орках, о небе – все, что помнишь, – каменным голосом скомандовал маг. – Я хочу знать все до последней мелочи!

Кадгар пересказал видение, явившееся ему в его первую ночь в башне. Медив постоянно перебивал – он хотел знать, как были одеты орки, на что был похож тот мир. Что виделось в небесах и на горизонте. Были ли у орков какие-нибудь знамена. Кадгар чувствовал себя так, словно ему вскрыли черепную коробку и копаются в его мыслях. Медив без труда вытянул из Кадгара информацию – тот рассказал ему все, что помнил.

Все, за исключением показавшихся ему так странно знакомыми глаз воина-мага, предводителя отряда. Ему казалось, что не стоит рассказывать об этом, да и вопросы Медива касались в основном орков и мира под красными небесами, а не защищавшихся людей. По мере того как он описывал свое видение, старый маг понемногу успокаивался, однако бурное море по-прежнему плескалось под его кустистыми бровями. Кадгар не видел необходимости еще больше расстраивать учителя.

– Забавно, – медленно и задумчиво произнес Медив, когда Кадгар замолчал. Откинувшись на спинку своего стула, старый маг побарабанил по губе пальцем с иголкой на конце. Наступившая тишина пеленой окутала комнату. Наконец маг проговорил: – Это что-то новое. Совершенно новое.

– Господин… – начал Кадгар.

– Медив, – напомнил ему учитель.

– Господин Медив, – послушно повторил Кадгар. – Откуда приходят эти видения? Это призраки прошлого или предвестники будущего?

– И то и другое, – ответил Медив. – И ничего из этого. Принеси-ка с кухни кувшин вина. Боюсь, на сегодня моя работа закончена. Скоро ужин, а твой рассказ потребует некоторых объяснений.

К тому времени, как Кадгар вернулся, Медив уже развел огонь в камине и сидел перед ним в одном из глубоких кресел. Он протянул Кадгару две кружки, тот наклонил кувшин, и пряный аромат красного вина смешался с дымом горящего кедра.

– Ты ведь пьешь вино? – спросил Медив, словно бы спохватившись.

– Бывает, – ответил Кадгар. – В Аметистовой цитадели обычно подают вино к обеду.

– Ах да, – заметил Медив. – В этом не было бы нужды, если бы вы попросту избавились от свинцовой обшивки вашего водопровода. Итак, ты спрашивал о видениях.

– О да, я действительно видел все то, о чем рассказал вам, и Мороуз… – Кадгар замялся, не желая еще более очернять репутацию управляющего, которого Медив и так уже считал болтуном, но все же решил продолжить: – Мороуз говорил, что я не один такой. Что люди постоянно видят здесь подобные вещи.

– Мороуз прав, – кивнул Медив, делая большой глоток из своей кружки и причмокивая. – Вино последнего урожая совсем неплохо! То, что эта башня является местом скопления энергии, не должно удивлять тебя. Маги вообще тяготеют к таким местам. Подобные места встречаются там, где ткань вселенной истончается, в результате чего могут образовываться складки, и иногда это позволяет даже входить в Круговерть Пустоты, а оттуда в совершенно иные миры.

– Так что же, – перебил Кадгар, – значит, то, что я видел, был другой мир?

Медив поднял руку, успокаивая молодого собеседника.

– Я говорю лишь, что существуют места с сильной энергетикой, которые по той или иной причине становятся средоточием великого могущества. Одно из таких мест находится в Красногорье. Когда-то давным-давно здесь взорвалось нечто обладавшее неимоверной мощью, в результате чего образовалась эта долина, а окружающая ее реальность была ослаблена.

– И поэтому-то вы и поселились здесь, – предположил Кадгар.

Медив покачал головой:

– Можно сказать и так.

– Но вы сами говорили, что когда-то давно произошел взрыв, создавший это место и наделивший его магической силой. И тогда вы пришли сюда…

– Да, – перебил его маг. – Все это верно, если смотреть в линейной последовательности. Но что, если взрыв произошел вследствие того, что я должен был, в конце концов, прийти сюда и это место должно было быть готово к моему приходу?

Кадгар сдвинул брови:

– Но ведь события не происходят подобным образом!

– В обычном мире – нет, не происходят, – согласился Медив. – Но магия – это искусство уходить от обыденного. Вот почему философские дебаты в залах Кирин-Тора представляют собой сплошное напыщенное хвастовство. Они пытаются заключить мир в рамки рациональности, стремятся упорядочить его движения. Звезды перемещаются по небу в должном порядке, времена года сменяют друг друга своей чередой, люди рождаются, живут и умирают. Если же порядок нарушается, то это уже магия! Первая складочка в ткани мироздания, первая планочка в стене, покривившаяся и потерявшая стандартную форму, ждущая, пока ее выломает умелая рука.

– Но если, как вы утверждаете, это место было специально подготовлено для вас… – начал Кадгар.

– Очевидно, мир должен быть чем-то совершенно отличным от того, чем он кажется, – закончил Медив. – И это в конечном счете действительно так. Как, по-твоему, работает время?

– Время? – Кадгар слегка удивился, что Медив вновь переменил тему.

– Мы используем его, доверяемся ему, измеряем с его помощью череду событий, но что это такое? – Медив хитро глядел поверх своей кружки.

– Время – это упорядоченная последовательность мгновений. Как песчинки в песочных часах, – ответил Кадгар.

– Превосходная аналогия! – воскликнул маг. – Я сам как раз собирался воспользоваться ею, а затем провести сравнение между песочными часами и механическими. Ты видишь, в чем разница?

Кадгар медленно покачал головой и взглянул на Медива, который не спеша прихлебывал вино.

Наконец старый маг сказал:

– Нет, мальчик мой, не считай себя совсем уж тупым. Это слишком трудная тема, для того чтобы сразу уместиться в мозгах. Часы – это механическая имитация времени, где каждое биение контролируется поворотом механизма. Глядя на часы, ты знаешь, что поступательное движение мира соотнесено с поворотом колеса, с движением пружины. И ты заранее знаешь, что произойдет с ними в следующий момент, потому что так решил мастер, делавший эти часы.

– Очень хорошо, – кивнул Кадгар. – Время – это часы.

– Да, но это также и часы песочные, – возразил старый маг, протягивая руку к песочным часам, стоявшим на каминной полке, и переворачивая их.

Кадгар уставился на них, пытаясь припомнить, стояли ли они там до того, как он пошел за вином, или хотя бы за минуту до того, как Медив протянул к ним руку.

– Песочные часы тоже измеряют время, верно? – спросил Медив. – И, однако, ты никогда не знаешь, какая именно песчинка упадет в данный момент из верхней половины в нижнюю. Если бы ты пронумеровал их, порядок каждый раз был бы несколько иным. Но конечный результат всегда один и тот же – весь песок перемещается сверху вниз. В какой последовательности это происходит, не имеет значения. – Глаза старого мага поблескивали. – Итак? – спросил он.

– Итак, – откликнулся Кадгар, – вы имеете в виду, что неважно, вы ли построили свою башню в этом месте, поскольку взрыв создал эту долину и исказил реальность вокруг нее, или сам этот взрыв произошел потому, что вы, в конечном счете, должны были прийти сюда, и природа мироздания должна была снабдить вас необходимыми условиями.