Джефф Грабб – Лазурные оковы (страница 50)
– Да, человеческий яд, – согласилась Оливия, покрываясь испариной. И яд для хафлингов. Быстродействующий. Смертельный. Это может убить меня. И тебя тоже. Хотя я, конечно, не знаю, какая доза нужна для зверя твоих размеров.
– Очень отчаянный поступок.
– Отчаянные времена. Оливия прикрывалась маленькой бутылочкой, как щитом.
«Теперь спокойно, ты не можешь ошибиться, Оливия», – успокаивала она себя, готовясь применить аргументы, которым научилась от Элии.
– Ты ведь не слишком высокого мнения обо мне? – спросила она дракониху.
– Прошу, прощения? – смущенно ответила Дымка, не отрывая глаз от бутылочки.
Дракон обнажил меч, но оставался в укрытии. Оливия ненадолго успокоила дракониху. В конце концов, Дымка может решить, что она недостаточно голодна, чтобы глотать певицу вместе с ядом, и просто превратит ее в пепел. Дракон почувствовал, что Оливия приготовила какой-то хитрый план. «Вероятно, стоит дать хафлингу возможность сделать то, что она задумала, перед тем, как я вступлю в сражение с драконихой», решил ящер.
– Что ты собиралась делать, когда нашла здесь меня и Элию? Сесть и потребовать песен, пока разрывала на части ее любимую лошадь?
– Извини, – сказала Дымка. Она кивнула в сторону останков Убийцы. Это был твой друг?
– Это была лошадь Элии, – ответила Оливия. – Но дело не в этом. Ты же не думала, что Элия упадет перед тобой на колени.
– Нет, – согласилась Дымка. Она на секунду задумалась. Я собиралась сразу убить ее огнем, клыками, когтями или еще как-нибудь.
– Совершенно верно, – сказала хафлинг. – Ты не собиралась терять время, пока… Оливия остановилась. Певица хотела сказать: «Пока она ждет помощи, которая прибудет и спасет ее»; но это было слишком похоже на ее собственное положение. Дымка могла оглянуться и заметить Дракона. Она сглотнула и продолжила:
– Пока закончится ночь, требуя песен, как пьяница в трактире требует еще меду.
– Ну хорошо, если ты оскорблена тем, что я пощадила твою жизнь, то могу это исправить. Дракониха улыбнулась, открывая острые зубы.
– Оскорблена, – задумалась Оливия. – Да, это так. Задета моя честь. И я не вижу иного выхода, кроме как прибегнуть к Кодексу Чести.
– К Кодексу… – громко повторила дракониха, случайно толкнув плечом повозку. Она перевернулась, Дракон полетел на землю. Ящер приземлился на все четыре и попытался прижаться к земле.
Дымка раскачивалась вперед и назад, издавая громкие звуки. Оливия решила, что дракониха смеется. Она подвинулась влево, чтобы отвлечь внимание драконихи от того места, где находился Дракон.
«Как он получил это дурацкое имя – Дракон? – задумалась певица, заметив, что ящер крадется вперед. Что-то он маловат для дракона».
Когда Дымка успокоилась и внимательно посмотрел на нее, Оливия раздраженно спросила:
– Ты закончила?
– Дорогое дитя, – защелкала языком дракониха, – ты держишь меня за дуру?
Быть побежденной хорошо обученной амазонкой для меня вполне достаточно. Быть обманутой еще раз, хафлингом, будет непростительно.
– Ты снова оскорбила меня, – Оливия поднесла бутылку к своей груди, определенно собираясь облить себя.
– Согласно Кодексу Чести вызываю тебя, Дымканарпераднайклз, на поединок.
Дракониха снова засмеялась.
– Твое призвание комедия, а не музыка.
– Мы обсудим это после, – Оливия упорствовала, не обращая внимания на Дымку. – Я предлагаю три удара, без использования огня и когтей, но можно кусаться. Если появятся друзья, они могут принять участие в драке.
Дымка встала на задние ноги. Между ее огромных клыков шел дым.
– Маленькая дура. Есть важная часть в Кодексе Чести, о которой ты, несомненно, не знаешь. Вызов должен исходить от хорошего бойца и должен быть правильным. Ты не боец, тем более не хороший, и я сомневаюсь, что вызов правильный. Ты начинаешь надоедать мне, поэтому ты должна умереть.
Солнце пробилось сквозь туман, и дракониха стал огромной черной тенью, окруженной полосой света. Оливия поняла, что пришла ее смерть. Она вздохнула и крепко закрыла глаза. Певица гадала, погибнет ли от огня или, если Дымка не испугается перанокса, от острых, как бритва, зубов.
Она подождала немного, затем, все еще не дыша, открыла один глаз, готовая снова зажмуриться, если Дымка нападет на нее.
Но Дракон закрывал ей Дымку. Ящер стоял перед драконихой, размахивая мечом.
Оливия не верила своим глазам. «Он собирается защищать меня». Но Дракон оставался неподвижен. «Что он делает? Молится? Слишком поздно для этого», – решила она, припав к земле и отползая в сторону. Дракониха не смотрела на нее.
Ее янтарные глаза были прикованы к ящеру.
«Почему они не нападают друг на друга?» – удивлялась Оливия. Оба стояли без движения. Ее любопытство взяло верх над здравым смыслом, Оливия стояла, наблюдая за противником.
Клубы пара шли от шеи и груди Дракона. Оливии почему-то представился кусок свежего хлеба. Затем она поняла, что эта мысль не случайна. Она почувствовала запах свежей булочки, только что из печи, которая так и просит, чтобы ее намазали маслом и вареньем. У Оливии потекли слюнки. Вообще-то время завтракать.
Пока ящер и дракониха были заняты своим поединком воли, дневной свет стал ярче, и Оливия поняла, какой ущерб нанесла Дымка, пока она спала. Земля вокруг лагеря и там, где были привязаны лошади, изрыта драконьими когтями.
– И я все проспала, – в недоумении пробормотала Оливия.
– Хорошо, благородный воин. Каковы твои условия? – громыхнула Дымка.
Оливия в изумлении уставилась на Дракона. Дымка понимает его? После всех глупостей, которые я делала, пытаясь понять его, он заговорил с драконихой.
Хотя, впрочем, они оба ящерицы.
Но что еще больше удивило Оливию, так это учтивость, с которой Дымка приняла вызов. Так вежливо она не разговаривала даже с Элией.
Дымка смотрела на Дракона, время от времени кивая, как будто соглашаясь с чем-то, хотя хафлинг не слышала ни звука. «Может, это телепатия? – предположила она. Нет. Тогда бы он мог разговаривать с нами».
Наконец Дымка сказала:
– Очень интересно. Я согласна. Если ты победишь, я помогу тебе в сражении против этого чудовища, о котором ты говорил. Но после того, как оно будет убито, наш договор окончится. Если я выиграю, ты скажешь, где можно найти Элию, прежде чем я убью тебя и твоего союзника.
Оливия выругалась. «Его союзник – это я. Он решил пожертвовать мной?» Она не понимала, что это и так случится, если Дракон проиграет битву.
Ее первым побуждением было бежать. Она схватила свои вещи, но когда она подняла мешок, у нее заледенела кровь. Платиновые монеты зазвенели, ударяясь друг о друга, напомнив Оливии о ее договоре с Фальшем. Она надела цепочку с кольцом Фальша на шею, рядом с кольцом, которое определяло волшебство. Если она покинет сейчас ящера, она не сможет найти Элию, тогда друзья Фальша подумают, что она нарушила соглашение и поступят с ней соответственно. Но если Дракон победит, то отведет ее прямо к Элии.
– Что же мне делать? – вздохнула Оливия. Она попыталась придумать что-нибудь, чтобы помочь Дракону в его сражении с Дымкой.
– Начинаем при счете три, – объяснила дракониха. – Раз…
Дракон пригнулся. Оливия раздумывала, как бы кинуть яд в пасть чудовищу.
– Два… – сказала Дымка, раскрывая крылья. В солнечном свете они казались красными, как кровь, кровь хафлингов. Дракониха поднялась в воздух, размахивая огромными крыльями.
– Три! – прорычала Дымка, и Дракон спрятался под нее.
Дымка дохнула огнем – яркое пламя ударило в землю там, где только что был ящер. Дракон был под Дымкой, но дракониха ударила своим хвостом, толкнув ящера вперед.
«Она играет с ним», – поняла хафлинг и начала отчаянно искать по карманам что-нибудь, что могло бы помочь. Яд? Нет, он может позже понадобиться ей самой.
Кроме того, ей не кинуть его так высоко. Монет будет недостаточно, чтобы подкупить дракониху. Ее короткий меч и кинжалы бесполезны против огромного чудовища.
Ударом хвоста Дымка выбила у Дракона оружие. Тот увернулся от еще одного огненного плевка и побежал к своему мечу. В это время дракониха кинулась вниз и зацепила его рубашку. Завязки на ней уже были разрезаны раньше, и Дракон выскользнул из своей одежды. Он упал на землю и потянулся за оружием.
Дымка прижала своей лапой его ногу к земле, прежде чем ящер успел схватить меч. Дракониха наклонилась к нему, злорадно усмехаясь.
– Что это, маленький дракон? – широко улыбнулась Дымка. – Я думаю, что уже видела эти знаки у твоей хозяйки. Ты отмечен с ней вместе? Очень жаль будет тебя убивать.
У певицы перехватило дух. Дракон отмечен теми же знаками, что и Элия.
«Кольцо, – возбужденно подумала Оливия. – Знаки, как у Элии!» Оливия вытащила из-под рубашки цепочку и надела волшебное кольцо. Она подбежала к сражающимся, размахивая руками и тыча пальцем в Дракона.
Лазурные символы на груди ящера ярко засветились.
Дымка дернулась назад, ослепленная сиянием. Закрываясь, дракониха подняла передние лапы, подбросив свою жертву в воздух. Дракон, перевернувшись в воздухе, приземлился, как акробат, и побежал к задним лапам драконихи.
Закрывая лапами глаза, Дымка отчаянно хлопала крыльями, поднимая тучи пыли. От сильного ветра одеяла и плащи летали в воздухе, как привидения, мешки катились по земле, рассыпая содержимое по лагерю. Дымка ревела, и из ее рта валил дым.