Джефф Гелб – Вкус ужаса. Коллекция страха (страница 30)

Позже

Ближе к вечеру я снова отправился на вылазку. Нигде не было признаков подготовки к пиршеству, ни костров, ничего. Поразмыслив, я понял, что ни разу не видел здесь костра. Может, они не пользуются огнем? Не могу сказать, что являюсь ценителем сырой кабанины!

Тем не менее охотников тоже нигде не было видно, а те несколько «розовых», которые встретились мне на пути, выглядели такими же доброжелательными и безвредными, как и раньше. Они практически не обращали на меня внимания. Но скоро мне все равно пришлось заканчивать свою ночную экскурсию, так как снова пошел дождь.

Пятница уже спит (я так думаю) на куче старой одежды в своем углу. Неплохая идея.

Так что спокойной ночи, парнишка Джим…

День шестой (позднее утро)

Я не выспался, и поэтому у меня плохое настроение. Вчера среди ночи «розовые» снова устроили свое представление с завываниями, барабанами и погремушками, и Пятница тоже участвовал. Я проснулся (очень быстро) и обнаружил, что он ушел, а мой защитный периметр отключен. Маленький розовый мерзавец! Я поднялся и включил его обратно, затем снова лег спать. Необходимо найти способ объяснить ему, что так делать нельзя. Или он Поймет, или же мне просто придется запретить ему приходить сюда.

У всей пищи отвратительный вкус, даже у кофе. Должно быть, дело в воде: она слишком чистая, слишком сладкая! Мои бедные старые вкусовые рецепторы гораздо больше привыкли к переработанной Н2О на борту «Альберта Э.». Может, стоит посетить его в последний раз и слить то, что осталось в системе? И еще нужно поискать дистанционный пульт управления для моего защитного периметра; в комплекте с модулем его не оказалось.

Надо сказать, что в инструкции к модулю упоминаются многие вещи, которых здесь на самом деле нет. Непростительная недостача! Один тупой продавец на Большой Марсианской заслуживает, чтобы его задницу выкинули из шлюза в открытый космос!

И насчет вчерашнего ночного ритуального дебоша.

В невысокой растительности на краю поляны появилась новая могила. Полагаю, это кабан. Съев его — или хотя бы те части, которые им по вкусу, — «розовые», должно быть, похоронили все, что осталось. Их ритуалы распространяются даже на добычу. Это, конечно, догадка, но, как и в случае с дельфином, я не вижу здесь ничего странного. Кажется, я читал где–то, что многие примитивные земные племена относились подобным образом ко всем созданиям Матери Природы: они ценили, почитали и уважали животных, от которых зависели как от источника пищи и одежды.

Позже

Мне удалось собрать дистанционный пульт из электронных деталей, взятых на «Альберте Э.». Теперь я могу активировать защитный периметр, когда нахожусь снаружи. Нет, человекообразные не пытались ко мне залезть — ну, кроме Пятницы, — но меня греет мысль, что мои личные вещи теперь в безопасности и что у меня появилось хотя бы подобие уединения…

Сегодня я ходил на рыбалку с удочкой, которую смастерил из бамбукового шеста и лески. Пятница составил мне компанию и показал личинок в песке, которых я использовал в качестве наживки. Я вытащил восьмидюймового краба, обратившего Пятницу в бегство. У него было невероятное количество ног и скверное с виду жало, поэтому я выбросил его обратно в море. Вся рыба, которую удалось поймать, слишком мелкая и напоминает угрей, однако довольно вкусная в жареном виде. Она стала приятным дополнением к корабельному рациону. Я предложил одну из рыбин Пятнице, он не стал отказываться и съел ее. Видимо, эта мелкая рыба тоже является одним из продуктов питания «розовых».

Позже (вечер)

Я поспал, проснулся днем, чувствуя себя значительно лучше, и отправился на прогулку с Пятницей. Мы выбрали лесную тропу, по которой я раньше никогда не ходил. Пятница был спокоен, так что я предположил, что она безопасна. Когда мы проходили мимо группы «розовых», собирающих какие–то корнеплоды, я остановился и показал пальцем на кучку этих фиолетовых, похожих на морковку овощей и вопросительно поднял бровь. Пятница, должно быть, понял меня, так как показал на свой рот и сделал вид, что жует. Подойдя к ним, он даже съел три такие морковки. Так что, полагаю, эти клубни тоже входят в рацион «розовых».

Затем мы отправились домой, так как начало темнеть. Я сказал «домой»? Видимо, я становлюсь здесь своим!

Возле жилища, когда мы уже собирались в него входить, я стал свидетелем чего–то новенького. Точнее, не совсем нового, но раньше все происходило иначе. Я пошел за дистанционным пультом, чтобы отключить защитный периметр, и увидел, что Пятница смотрит в небо над поляной. И он был не один такой. Я неожиданно заметил, что в тени обрамляющих поляну кустов затаились все остальные человекообразные. Некоторые из них раздобыли копья, и все они не сводили глаз с неба.

Мы с Пятницей вошли в жилой модуль и наблюдали за происходящим из–под навеса. Сначала я не увидел ничего интересного. Но затем заметил небольшую фигуру, бесцельно мечущуюся в воздухе, на уровне самых высоких верхушек деревьев. Это был молодой летающий «розовый» (мне он сразу напомнил птенца, и если бы у него были перья, то он бы им и являлся). Тем не менее юный летун вел себя так, словно не знал, куда деваться, и выглядел крайне озадаченным и потерявшимся.

Затем, значительно выше, я увидел кое–что еще. С темнеющего фиолетового неба по широкой спирали спускалась темная точка, быстро увеличиваясь в размерах. Ястреб–гриф–стервятник все сильнее складывал крылья — на это раз настоящие, — ускоряя падение, и в последний момент камнем обрушился на добычу… и сам стал добычей!

За миг до того, как он успел нанести смертельный удар юному летуну, из укрытий на деревьях выскочила большая стая взрослых летунов, набросилась на стервятника и ударила его со всех сторон. Вопя от боли и хлопая сломанным крылом, птица свалилась на поляну. Но еще до того, как она коснулась земли, ее шею пронзила стрела, и крики утихли. А вверху устроившие засаду летуны уже разлетались по своим насестам.

Если бы я не видел все собственными глазами, то никогда не поверил бы, что взрослые летуны могут так чертовски быстро двигаться и так решительно действовать. Кроме того, я провел параллель между этим происшествием и тем, что случилось раньше, с черным кабаном. Оба эти случая были примерами намеренного заманивания в ловушку. И раздавшиеся в очередной раз посреди ночи ритуальные завывания, треск, бой барабанов и звуки флейт меня нисколько не удивили…

Еще один источник пищи? Возможно. И еще одна свежая могила утром? Я бы поставил на это последнюю рубашку, если бы уже не отдал ее Пятнице…

День девятый (полдень)

Я становлюсь ленивым. Чем меньше мне нужно делать, тем больше мне нравится бездельничать! Последние два дня я занимался тем, что ловил рыбу на пляже, спал и обзаводился загаром, ради которого мои товарищи, не задумываясь, пошли бы на убийство. Невероятно, до чего бледными мы становимся в космосе, стараясь держаться подальше от солнечного и звездного света и гамма–излучения. Но здесь солнце дружелюбное, и я защищен атмосферой. Должно быть, у Пятницы кожа куда чувствительнее моей: он соорудил себе укрытие из колючих пальмовых листьев и большую часть времени сидел в тени.

Кроме того, в последнее время он не слишком хорошо выглядит, весь дрожит и постоянно потеет. Так как мои человеческие дела и занятия для него непривычны, думаю, что Пятница проводит слишком много времени в моей компании и это начинает на нем сказываться. Однако я не могу просто прогнать его, так как, кажется, привык к его лицу. (Фу!)

День двенадцатый (позднее утро)

Я порезал и поджарил себе на завтрак несколько фиолетовых морковок, которые принес мне Пятница. Сначала я осторожно попробовал небольшой кусочек. Совсем неплохо, он на вкус как нечто среднее между острым перцем и зеленым луком, но, подобно индийскому карри, вызывает жар и обильное потение. Наверное, Пятница ими злоупотребляет, потому что с каждым днем становится все более потным! Но я часто встречал человекообразных в таком же состоянии: у них блестит кожа, а с пальцев, заканчивающихся длинными ногтями, падают капли пота, особенно когда они сидят, прижимая к себе мертвых, перед погребением.

И кстати, о мертвых.

Около часа назад группа охотников отправилась в лес. Спустя немного времени четверо из них вернулись, неся с собой пятого. Он был серьезно ранен — со вспоротым животом (полагаю, что здесь не обошлось без черного кабана) — и умер прямо здесь, на поляне. Его товарищи сразу забрали его тело и унесли с собой. За ними также последовали плакальщики и «музыканты». Так что у «розовых» определенно есть специальное место захоронения только для представителей их вида, которое находится где–то в лесу…

Позже (ближе к полудню)

От овощей, принесенных Пятницей, у меня началось сильное расстройство желудка. Может, мне и не стоило их есть, но я хотел показать, как ценю его щедрость. Тем более что рано или поздно мне все равно придется перейти на местную пищу, поэтому есть смысл дополнять быстро уменьшающийся запас принесенных с корабля продуктов всем, что я смогу добыть, — или тем, что Пятница сможет добыть для меня.

Позже (день)

В полдень, после того как Пятница куда–то ушел, я воспользовался возможностью и прокрался в лес, по той самой тропе, по которой ушла похоронная процессия человекообразных. Это было уже после того, как они вернулись, ведь мне не хотелось, чтобы они решили, будто я за ними шпионю, чем я на самом деле и занимался. Пройдя около мили, я наткнулся на их поселение и открыл нечто странное и удивительное!