Джастин Ричардс – Сказки Повелителя времени (страница 13)

Джек всю жизнь работал на ферме и был далеко не слабаком, но, увидев, как рогатая тварь надвигается на беззащитную пленницу в оковах, он ощутил прямо-таки небывалый прилив силы. Размахнувшись железной палкой, он, словно топор, обрушил ее на рогатую голову.

Страж зарычал от боли и упал. Джек постоял над ним, готовый нанести второй удар, если понадобится, но упавший еще раз коротко простонал и затих. Убедившись, что тот если и поднимется опять, то не скоро, Джек повернулся к девушке. Теперь, когда он смог разглядеть ее хорошенько, то понял, что они одного возраста. На ней было рваное платье, все в пятнах, а ее лицо, которое при иных обстоятельствах вполне можно было назвать хорошеньким, покрывали копоть и грязь.

– А ты не похожа на принцессу, – сказал Джек.

– Ты тоже не похож на героя, – ответила она. – Но, кажется, ты только что спас мне жизнь.

Джек еще раз посмотрел на упавшего врага.

– Кажется, да. – Опустив палку, он протянул девушке руку. – Меня зовут Джек.

– Джаханна, – ответила она. – И я правда принцесса – по крайней мере была ею, пока не появились наймоны. – Тут Джек сообразил, что так, должно быть, назывались твари с бычьими головами.

– Нам надо убираться отсюда, пока не пришел еще один, – сказал он принцессе.

Джаханна посмотрела на него грустно:

– И куда мы пойдем? Эти монстры уничтожили весь мой мир. Так что нам некуда больше идти. Ты только что спас мне жизнь, но, боюсь, это ненадолго, и скоро мы оба умрем.

Джек схватил ее за руку и потащил к двери. Может быть, это был и не самый лучший способ обращаться с принцессой, но ему сейчас было не до хороших манер.

– Мы пойдем в мой мир, – сообщил он ей. – Заодно спасем его.

Времени на объяснения у него не было, но Джаханна, ввиду того что он только что избавил ее от смерти, ему верила. Она не стала сопротивляться, когда он крепко сжал ее руку, и они вместе выбежали из камеры. Правда, ненадолго пришлось все же задержаться: Джек закрыл обе двери и всунул на место железную палку. После чего повел принцессу широким главным коридором назад. Он надеялся, что наймоны, которые прошли мимо него недавно, выберут для возвращения какой-нибудь иной путь; как бы то ни было, он знал – до того, как исчезновение принцессы обнаружат, пройдет совсем немного минут.

Им везло до тех самых пор, когда они почти добрались до места, где впервые оказался в этом мире Джек. Большая развилка была у них уже перед глазами, когда где-то позади них раздался яростный рев. Джаханна взвизгнула от испуга. Джек обернулся посмотреть и увидел огромного наймона: тот несся по коридору прямо на них, опустив для нападения голову. Его рога горели тусклым оранжевым огнем. Вдруг из них вырвался сноп ослепительного света, и пол между Джаханной и Джеком взорвался.

Джаханна продолжала бежать, Джек за ней. Слишком поздно он сообразил, что в панике Джаханна свернула не туда: коридор вел их к огромному окну, из которого открывался вид на остатки ее мира. Это была ловушка.

Лихорадочно соображая, что делать, Джек сорвал с себя куртку и расправил ее у себя над головой в тщетной попытке замаскировать окно, к которому они приближались.

Наймон снова взревел и наддал, видимо, намереваясь вздеть Джека на рога. Они снова светились. В самый последний миг Джек отшвырнул куртку в одну сторону, а сам прыгнул на Джаханну и оттолкнул ее в другую. Вместе они упали на пол.

Рога наймона метнули пламя. Огненный заряд промчался над Джеком и Джаханной и врезался в стекло, которое разлетелось на тысячи осколков, а те дождем посыпались вниз. Разогнавшийся наймон отчаянно сбавлял ход. Джек надеялся, что сила инерции выбросит его в разбитое окно, но тот сумел-таки затормозить прямо перед разверстой рамой. И стал грузно поворачиваться к Джеку и Джаханне.

Девушка вскочила на ноги. Она бросилась на наймона и изо всех своих слабых сил с разбегу толкнула его плечом. Тот стал заваливаться назад и какое-то мгновение балансировал на краю пропасти. Потом, ревя от ярости и страха, все же рухнул. Джек едва успел ухватить за руку Джаханну, иначе и она улетела бы следом за ним. Какое-то время они еще стояли, шумно переводя дыхание и глядя вниз, туда, где скрылся наймон.

Клубящаяся тьма черной дыры еще заполняла коридор. Джек, взяв Джаханну за руку, заверил ее, что все будет хорошо, хотя самого его разбирали сомнения. Девушка смотрела в темноту, нахмурив лоб. Казалось, она раздумывает о том, сможет ли она ступить туда и покинуть свой мир, изуродованный насовсем. Но тут в дальнем конце коридора появились два наймона, и времени на раздумья не осталось. Рука в руке, Джек и Джаханна вбежали в темноту. Из кротовой норы они вывалились в поле позади дома Джека, перепутавшись руками и ногами.

– Наймоны наверняка прыгнули прямо за нами, – задыхаясь, проговорила Джаханна. – А теперь, когда они знают, где нора, остальные тоже последуют за ними. Они хотят уничтожить твой мир так же, как уничтожили мой.

И она стала отчаянно озираться.

– Почему она здесь? Как она здесь появилась?

– Мне дали такую штуковину, из металла, – объяснил Джек. – Я должен был ее уничтожить, но не смог. И решил закопать здесь.

Тут из самого сердца черного вихря до них долетел раскатистый рев.

– Надо достать эту штуку, – сказала Джаханна. – Пока наймоны не появились.

И они ногтями начали рыть землю под черной дырой. Земля была рыхлой, ведь ее перекапывали совсем недавно, так что они выбрасывали ее целыми пригоршнями. Скоро, все в грязи и пыли, они увидели на дне блеск металла. Зато в черной воронке у них над головами начал вырисовываться рогатый силуэт.

Джаханна выхватила у Джека металлический предмет.

– Это генератор черного света, – буркнула она. Очень быстро она надавила на несколько шпеньков, усеивавших его поверхность, металлическое яйцо щелкнуло и раскрылось. Девушка бросила его на землю и принялась топтать ногой, а напоследок еще и растерла каблуком содержимое.

Огромная черная рука вынырнула из дыры, схватила Джека – и вдруг исчезла. Раздался жуткий визг, скрежет, вопли боли, и вся чернота испарилась. Джек и Джаханна с молчаливым облегчением смотрели в пустое небо. На краю поля последняя корова Джека задумчиво жевала траву, как будто ничего не случилось.

Мать Джека, которая была в доме, похоже, тоже ничего не заметила. Она занималась тем, что пересчитывала деньги, которые дал Джеку канцлер Джеван; по ее словам, их должно было хватить на много лет безбедной жизни на ферме. И они даже смогут оставить у себя Джаханну. Если матушка Джека и удивилась появлению девушки, то про себя, вслух она ничего не спросила. Она поверила Джеку на слово, когда тот сказал, что девушка осталась без дома и нуждается не только в крове, но и в их заботе и ласке.

Джек показал Джаханне комнату, которая отныне должна была стать ее собственной. Он сказал ей, что ему очень, очень жаль, что ее мира больше нет, и что он очень благодарен ей за помощь в спасении его собственного.

Джаханна грустно улыбнулась в ответ.

– А я рада, что мы оба уцелели, – сказала она. И поблагодарила его за то, что он спас ее из камеры, где ее держали в плену. И хотя боль от потери своего мира была еще свежа, она все же чувствовала себя намного счастливее здесь, где ей не надо было постоянно бояться присутствия наймонов.

Выспавшись и приняв ванну, Джаханна надела платье, которое мать Джека хранила с тех самых пор, когда сама была девушкой. Сойдя вниз, к ужину, Джаханна спросила у Джека и его матушки:

– Как я выгляжу?

Джек с головы до ног оглядел молодую женщину, вместе с которой он спасся из враждебного мира.

– Как принцесса, – сказал он ей.

Снежка Уайт и семь ключей Судного Дня

Давным-давно, в дальнем космосе, на Винтер пришла смерть. Мир на планете Винтер царил тысячи лет, все ее обитатели, от рослых аристократов до миниатюрных рудокопов, жили в гармонии друг с другом. Всем всего хватало, и нечего было больше желать, вот почему население планеты оказалось беззащитным перед тираном, который возник вдруг среди них, и не могло ему противостоять.

На Винтере всегда были короли и королевы, лорды и аристократы, но они правили от имени народа и во благо народа; сохранение мира и благополучие граждан оставались их главной заботой. К несчастью, все переменилось, когда король Дрекстор вступил на престол.

Дрекстор был сыном короля Маттиаса, великого и благородного правителя, которого любили все. Но Дрекстор оказался совсем иным, чем его отец. С самых ранних лет он жаждал власти. Больше всего на свете он любил помыкать людьми и не останавливался ни перед какими жертвами, лишь бы получить свое – стоит ли говорить, что жертвы при этом приносили другие люди.

Короля Дрекстора не любили в отличие от отца. В прошлом в тех редких случаях, когда правители Винтера нарушали пределы отпущенной им власти или начинали считать себя важнее народа, которому они служили, их смещали. Аристократы и простые люди договаривались между собой о том, что правитель должен уйти, и тогда делегация из аристократов являлась к монарху и просто извещала его о том, что он больше не король.

Однако король Дрекстор принял меры; он заранее обезопасил себя от такого исхода. Еще не придя к власти, Дрекстор с помощью изобретателей своего отца начал работать над машиной, которая, как он был уверен, позволит ему безнаказанно править по его желанию. Машина была завершена в самый день его коронации, и первым деянием Дрекстора на посту верховного правителя было показать ее совету, указания которого должен был соблюдать каждый король. Члены совета в ужасе слушали короля, а тот с удовольствием рассказывал им о том, как его Машина Судного Дня может превратить в огонь воздух. Все, что для этого требовалось, – вставить в семь скважин семь ключей, которые хранились в семи потайных местах дворца, известных лишь самому королю Дрекстору. Так что любое сопротивление его власти, любая попытка сместить его – и Машина Судного Дня уничтожит Винтер.