Джастин Кронин – Перерождение (страница 55)
Уолгаст выехал в начале восьмого утра. После трехнедельного простоя запорошенная пылью «тойота» долго и протестующе хрипела, но в итоге завелась. Дымка, что за ночь приползла с озера, еще не рассеялась. Брэд включил передачу, и машина медленно покатила по подъездной аллее.
До ближайшего города было миль тридцать, но так далеко Уолгасту ехать не хотелось. Если «тойота» сломается, что случится с ним, а главное, с Эми? Да и бензина почти не осталось. Брэд фактически ехал по собственным следам, но в обратном направлении, на каждой развилке тормозил и сверялся с памятью. Других машин он не увидел, что в этом захолустье считалось почти нормальным, но все же определенное беспокойство вызывало. Создавалось впечатление, что мир, в который он возвращался пусть даже на пару часов, за три недели изменился до неузнаваемости.
К счастью, впереди замаячила вывеска: «Бакалея Милтона. Лицензии на охоту и рыбалку». В ночь приезда магазинчик показался большим, хотя на деле располагался в двухэтажном домике с крытой гонтом крышей. Домик в лесной чаще – сказка, да и только! В глубине стоянки тосковал древний, собранный в конце двадцатого века фургон. Уолгаст выбрался из салона и подошел к двери магазина.
Из пяти газетных автоматов, установленных на крыльце, четыре пустовали – купить можно было лишь «Ю-эс-эй тудэй». Сквозь пыльное окошко, которое почему-то не закрыли, проглядывал крупный заголовок. Уолгаст вытащил газету – в ней оказалось лишь четыре страницы – и прямо у двери прочел передовицу.
ХАОС В КОЛОРАДО
Скалистые горы во власти смертельного вируса.
Границы закрыты.
Вспышки вируса зарегистрированы в Небраске, Юте и Вайоминге.
Президент приводит войска в состояние повышенной боевой готовности.
Население просят сохранять спокойствие перед лицом «беспрецедентной террористической угрозы».
Восемь дней назад президент впервые с начала кризиса обратился к нации и, в частности, сказал:
«Мы располагаем неопровержимыми доказательствами того, что страшная эпидемия вспыхнула не стихийно, а стараниями антиамериканских экстремистов, действующих на территории Соединенных Штатов при поддержке наших врагов из-за рубежа. Это преступление не только против американского народа, но и против всего человечества».
Выступление состоялось через день после того, как первые случаи заболевания были зафиксированы в соседних с Колорадо штатах. Несколькими часами ранее Хьюз приказал закрыть границы Колорадо и привел войска в состояние повышенной боевой готовности. Президентским приказом были также отменены все международные и внутренние авиарейсы. В результате на железнодорожных и автовокзалах возникла паника: тысячи авиапассажиров бросились искать другие средства транспорта.
Стремясь успокоить сограждан и обезоружить тех, кто критикует его запоздалую реакцию, Хьюз велел готовиться к бескомпромиссной борьбе: «Сегодня мне, как никогда, нужны ваши доверие, решимость и молитвы. Ради свершения правосудия мы не остановимся ни перед чем».
Президент не уточнил, представителей каких экстремистских групп или государств коснется федеральное расследование, и отказался обнародовать доказательства того, что эпидемия – дело рук террористов.
На вопрос о возможном начале военных действий Тим Ромер, пресс-секретарь президента, ответил: «В данный момент мы не исключаем ничего».
По сообщениям представителей местной власти, число погибших в Колорадо составляет свыше пятидесяти тысяч человек. Остается невыясненной статистика смертных случаев, вызванных как самим заболеванием, так и нападениями инфицированных. Первые симптомы заражения: тошнота, рвота и высокая температура. После короткого, не более шести часов, инкубационного периода болезнь вызывает заметное увеличение физической силы и агрессивности.
«Инфицированные сходят с ума и убивают всех, кто попадется под руку, – заявил доктор из Колорадо, не пожелавший назвать своего имени. – Больницы превратились в зону военных действий».
Шэннон Фриман, пресс-атташе Центра по контролю и профилактике заболеваний в Атланте, назвала эти заявления «истерией», однако признала, что связь с представителями власти в карантинной зоне нарушена.
«На данный момент установлено, что коэффициент смертности среди заболевших достигает пятидесяти процентов, – сообщила Фриман. – Другой достоверной информацией из Колорадо мы не располагаем. Самое разумное в данной ситуации – реже выходить из дома».
Фриман подтвердила новости о вспышках заболевания в Небраске, Юте и Вайоминге, но подробности сообщить отказалась.
«Инфекция проникла на территорию этих штатов, – сказала Фриман, добавив: – При обнаружении симптомов следует немедленно обратиться в больницу или ближайшее отделение полиции. В настоящий момент другого совета дать не могу».
Денвер, Колорадо-Спрингс и Форт-Коллинс, где во вторник было введено военное положение, сегодня практически опустели. Местные жители проигнорировали приказ губернатора Фрица Милле «Об организованной эвакуации» и в панике покинули родные города. Слухи о том, что войскам Департамента внутренней безопасности приказано уничтожать беженцев, пытающихся пересечь границу штата, подтверждения не получили, равно как и сообщения о том, что бойцы Национальной гвардии Колорадо начали вывозить пациентов местных больниц в неизвестном направлении.
Уолгаст снова и снова перечитывал статью. Больных собирали, вывозили из городов и расстреливали – именно об этом говорилось в передовице, пусть даже между строк. «Газета от восемнадцатого мая, – про себя отметил Уолгаст, – трех, нет, четырехдневной давности». Они с Эми приехали в лагерь утром второго мая, значит, все, описанное в статье, случилось за восемнадцать дней.
В магазине послышался шорох, и Брэд понял: за ним следят. Зажав газету под мышкой, он обернулся и распахнул сетчатую дверь. Тесный, пропахший пылью торговый зал чуть ли не до потолка забили походной утварью, одеждой, консервами и инструментами. Над дверью в подсобку, завешенной длинными бусами, красовалась голова крупного оленя. Уолгаст вспомнил, как мальчишкой приходил сюда с приятелями за сладостями и комиксами. В ту пору комиксы держали на вращающейся стойке у двери – «Байки из склепа», «Фантастическую четверку» и его любимую серию о Темном рыцаре.
За прилавком сидел крупный лысый мужчина в клетчатой фланелевой рубахе и джинсах, которые держались на большом животе благодаря красным подтяжкам. В набедренной кобуре лежал револьвер тридцать восьмого калибра. Мужчины обменялись осторожными кивками.
– Газета стоит два доллара, – сказал продавец.
Уолгаст выложил на прилавок две купюры.
– Посвежее ничего нет?
– Ничего свежее я не получал, – объявил хозяин магазинчика, положив деньги в кассу. – Парень, который их привозит, со вторника не показывался.
«Значит, сегодня пятница, – подсчитал Брэд. – Впрочем, неважно!»
– Мне нужны патроны, – без обиняков заявил Уолгаст.
Продавец оглядел его с головы до ног, задумчиво нахмурив седые кустистые брови.
– Какой у вас ствол?
– «Спрингфилд» сорок пятого калибра.
Толстые пальцы хозяина забарабанили по прилавку.
– Можно взглянуть? Он ведь у вас наверняка с собой.
Уолгаст вытащил из-за пояса «спрингфилд», тот самый, что Лейси бросила на пол «лексуса». Расстреляла ли патроны монахиня или кто-то другой, Брэд не знал. Возможно, Лейси что-то говорила на этот счет, но в царившем вокруг хаосе он не запомнил. Так или иначе, «спрингфилды» для агентов ФБР – дело привычное. Уолгаст вынул пустой магазин, поставил пистолет на затворную задержку – смотрите, мол, не заряжен – и положил на прилавок. Судя по тому, как продавец рассматривал пистолет, как поворачивал, ловя свет его блестящим корпусом, он отлично разбирался в оружии.
– Вольфрамовая рама, удлиненное экстракционное окно, титановый затвор с короткой возвратной пружиной. Не ствол, а конфетка! – Он смерил Уолгаста проницательным взглядом. – Поневоле напрашивается вывод: вы – агент ФБР.
– Правильнее сказать, я был им в прошлой жизни, – с невинным видом пояснил Брэд.
Продавец невесело усмехнулся и вернул пистолет Уолгасту.
– В прошлой жизни… – Он сокрушенно покачал головой. – Видимо, у всех нас есть прошлая жизнь! Сейчас посмотрю патроны. – Он исчез за занавесом из бус и через минуту вернулся с картонной коробочкой. – Вот, сорок пятого калибра только эти. Держу для приятеля, он тоже в правоохранительных органах служил, любит пиво в банках и утиль-тир. Это его ноу-хау: возьмет в лес банок двенадцать, а как выпьет, в меткости упражняется. Только он уже давно не показывался… Вы вообще первый, кого я вижу за целую неделю. – Хозяин выложил на прилавок коробку: пятьдесят патронов, пули с полыми наконечниками. – Ну, заряжайте, что им в коробке пропадать!
Уолгаст вставил патроны в магазин.
– Где я могу достать еще?
– Ближайшее место – Уайтривер. – Продавец ткнул себя в грудину, потом еще и еще. – Говорят, стрелять нужно сюда, всего один раз. Попадешь – они валятся замертво, промажешь – свалишься сам. – Ни отчаяния, ни злорадства в его голосе не было, он говорил сухо, словно прогноз погоды читал. – Даже если это твоя любимая бабуля, стреляй не раздумывая, иначе оглянуться не успеешь, бабуля всю кровь высосет.