Джасмухин – Королева Матрицы. Настройщики Полей (страница 4)

– Думаю, что не будет ни того, ни другого, а что будет, я пока не знаю, – отвечал Тан, снова думая о последнем задании Хошо и своей заключительной инициации в Академии, которой он целиком посвятил последние годы. – Каждому настройщику полей дано предписание применять всю теорию и подвергать еще более глубокой и скрупулезной проверке все, что мы усвоили из общения с Хошо. Его истории всегда преисполнены глубокого смысла. Надеюсь, я уже достаточно научился не отвлекаться, поскольку Матрица Зачарованного Королевства содержит очень много параллельных миров, сотканных сновидениями. Оставаться в основном поле обычного сновидения – это искусство.

Они вдвоем сидели и размышляли над всем сказанным, а также над тем, что Зачарованное Королевство – также результат людских грез о лучшем мире.

– Если бы Хошо решил, что у тебя ничего не получится, то не дал бы тебе такого задания, – уверяла его Рани. – Его истории так захватывали нас, потому что он прожил их сам и они реальны. Его учения – это воспоминания в полях жизни, пропитанные глубоким опытом, и каждая история зиждется на определенных фактах! Как бы то ни было, Тан, Изида сказала мне, что любые изменения, осуществляемые твоим присутствием, проявятся в некоем параллельном мире и вольются в наблюдаемый тобою мир только в том случае, если результат их будет благоприятен для всех. Она просила не забывать о том, что это – главное правило истинного алхимика-настройщика полей.

– Знаю, Хошо говорил мне то же самое, – ответил с улыбкой Тан, взглянув на нее и тут же осознав, насколько она повзрослела. Иногда она все равно продолжала ощущать себя его сестрой, но что-то изменилось между ними. Глядя на нее в мягком свете ее комнаты, он замечал блеск ее волос, сияние глаз, особенно когда она говорила о своей любимой работе. Его внимание останавливалось то на плавных линиях ее фигуры, то на ее улыбке, то на ее запахе, и в нем что-то начинало шевелиться и требовать возвращения домой.

– Ты была такой милой, когда я видел тебя спящей в Зачарованном Королевстве. Знаешь, что Записи позволяют тебе увидеть очень интересные моменты, и пусть я слишком многое забыл, они все это хранят в себе.

Говоря о том, что пока ему раскрылось в Записях, Тан все больше и больше оживлялся. Он знал, что ему предстояло увидеть еще очень многое, поскольку Акаша хранила в себе все события, которые разворачивались на протяжении всего творения.

– Нет сомнений, что твое пребывание после возвращения станет проверкой твоей способности считывать поля, а также всего того, чему Хошо тебя научил. Рани поделилась с ним своими соображениями, а затем добавила: «Я могу понять, если бы все это касалось опытного настройщика полей, но забрать двоих невинных детей из поля их дома, затем выпустить в поля Зачарованного Королевства – мне этого никогда не понять…!

Тан прервал Рани и, понимая, что она находится в некотором замешательстве, сказал:

– Рани, просто отправься в Акашу и посмотри, что там записано. Только тогда ты все поймешь. Я говорил тебе, что Кристалина вернулась?

Глаза Рани сразу засияли, и она радостно ответила:

– Я предполагала, что завесы спадут!

– Кристалина! Кристалина! Где ты опять? Кристалина, Кристалина, приди со мной поиграть! – напевала Кристалина весь следующий день, искренне радуясь тому, что их поля снова соединились. – Я думала, что ты бросила нас! – воскликнула Рани, когда Кристальная Фея, притянутая сильным желанием в поле Рани, предстала перед ее взором. Королевство Фей никогда не отказывалось, когда кто-то своими песнями приглашал его обитателей пересечь поля и предстать наяву.

– Я всегда здесь, – ответила с улыбкой Кристалина. – Это ты забыла, как услышать мой голос.

– А также как видеть и воспринимать твой мир, – с грустью добавила Рани. – Поля за пределами Зачарованного Королевства слишком тяжелые и плотные, и чем больше мы остаемся в них, тем слабее становится наша связь!

Кристалина это понимала, поскольку в тех полях всегда преобладали более плотные лучи.

– А Тан? – спросила Кристалина, несмотря на то, что уже все знала о нем. – Что ты думаешь по поводу его нового путешествия назад во времени?

– Хошо разрешил мне наблюдать, и поэтому я буду рядом с Таном, где бы он ни находился.

Ты имеешь в виду, что будешь наблюдать за Таном, просматривающим то, как вы вместе, когда вам было десять и двенадцать лет, впервые обнаружили мой мир?

– Да, – ответила Рани. – Довольно сложно, не правда ли?

– Ну, это уж как ты сама считаешь, – возразила Кристалина и, встретившись глазами друг с другом, они обе разразились громким смехом и их поля заискрились фиолетовым светом.

– К.С.Н. (Космическая Сеть Нирваны)? – поинтересовалась Кристалина, намереваясь проверить, поддерживают ли эти двое связь между собой в сети внутреннего плана, получен ли доступ к космическому каналу, через который осуществляется телепатическое общение.

– К.С.Н.? Определенно. – Усмехнулась Рани, добавив: «Хошо говорит, что нужно всегда следить за тем, чтобы каналы, через которые осуществляется руководство, всегда оставались открытыми, и это – правило для всех настройщиков полей. Если Тан откроется общению и захочет слушать, то с общением проблем не будет.

Кристалина смеялась, вспоминая двенадцатилетнего мальчика, который никак не хотел считаться со словами своей десятилетней сестры, до тех пор, пока поля не доказали ему, что сестра его часто бывает права. И даже теперь, десять лет спустя, эта игра почти не претерпела изменений, за исключением того, что они уже больше не были детьми.

Кристалина буквально впивалась глазами в поля этой девушки и радовалась тому, насколько Рани изменилась. Теперь ее былая детская робость сменилась уверенностью. Ведь Рани, как и ее мать, прошла обучение у Изиды. Кристалина знала, что Изида сильно рисковала, взяв Рани под свое крыло. И какую же роль предстояло сыграть Рани? Кристалина размышляла об этой молодой женщине, которая теперь всегда отвечала ей улыбкой. На этот раз участие Рани в игре было крайне важно для всех.

Кристальная Фея танцевала в полях Королевства, отворяя при помощи своей магии любые двери, и радуясь тому, что ее протеже, наконец, вернулись к ней. Разумеется, тогда еще Тан не знал, что это новое задание Хошо будет связано с невероятными испытаниями, но они вместе с Рани предчувствоали это.

В тот день, когда Тан приступил к выполнению задания, Хошо пригласил его в Священную Комнату. Там было множество кристаллов, испускавших радужные светлые лучи, они плясали по стенам словно живые. Ученики любили эту Комнату, она давала им поддержку, которую могли принимать лишь немногие. Каждый из них выходил из этой Комнаты преисполненный чувства радости и оживления. Благоухание ладана и мирра в сочетании с божественными звуками арф и колоколов вселяло в каждого из пришедших чувство покоя и безопасности.

Частью подготовки Тана являлась биолокация, то есть, способность покидать тело, совершать космические путешествия, а также находиться в двух местах одновременно. Искусство трансмиграции, которым также должны были овладеть Космические Рыцари, пока еще не было освоено им: нужно было научиться дематериализовать и заново материализовать свое тело усилием воли, путешествовать на большие расстояния, пересекая сферы.

– Ну что, садись, устраивайся поудобнее, – произнес с усмешкой маг. – А теперь постарайся почувствовать, не желаешь ли ты покинуть на некоторое время свое тело. Если у тебя есть такое желание, то тебе, возможно, придется отрегулировать свои внутренние системы питания и гидратации.

Пользуясь возможностью блеснуть напоследок перед учителем своими знаниями, Тан спросил Хошо:

– Можно я просто растяну время и сделаю так, чтобы дни, и даже месяцы, проходящие в Зачарованном Королевстве, имели место для нас здесь и сейчас? Мне не хочется проводить там целых три года, как мы это делали в прошлый раз.

Хошо снова ухмыльнулся, затем улыбнулся, кивнул, пожав плечами и подмигнув своими премудрыми глазами. Хотя он гордился сообразительностью Тана, он осознавал, что свою роль учителя он сыграл до конца, признавая то, что если Тан о чем-то помыслит, то он это сможет создать, ибо такова природа полей.

Тану нравилась идея о расширении времени. Поэтому он растер свои ладони, сложил их как для молитвы, а затем медленно раздвинул их, словно растягивая между ними невидимую резинку.

В образовавшееся между его ладонями поле альфа-энергии он отдал команду «Время, растянись!», а затем перенес в это пространство образ своего и Рани детского времяпрепровождения в Зачарованном Королевстве. «Пусть это новое приключение состоится в наиболее подходящее время и будет синхронизировано со старым приключением, хотя в настоящем поле пусть оно завершится в минимальный срок». Он отдал несколько дополнительных команд, а затем, трижды пропев: «Да будет так!», запечатал эту просьбу и свою визуализацию в кокон из фиолетового света и передал все это Повелителям Времени. Затем он приказал элементарной структуре своего тела увеличить поглощение космических частиц, чтобы обеспечить организму должное питание и снабжение влагой на то время, пока он будет находиться вне своего тела.

Хошо тихо рассмеялся, а затем похлопал Тана по спине и произнес одну из своих любимых поговорок, которой он завершал каждый урок со своими подопечными: «Благоденствуй в поле Благодати». Вместе с отзвуками этих слов Хошо растворился в пространстве, не оставив ни единого следа.