Джасинда Уайлдер – Засранец Бэдд (страница 44)

Она немного, почти незаметно дернула плечом.

- Я... ты... Я имею в виду, как все сложится?

Я почувствовал, как непонятные сильные эмоции, подобно волне, захлестнули меня. Я приподнял ее, усадил себе на колени и обнял.

- Мара. Я полетел в Сан-Франциско, чтобы найти тебя, потому что хотел быть с тобой.

Она шмыгнула носом и посмотрела на меня.

- Правда? 

- Конечно, правда. - Я улыбнулся. - Я хочу быть с тобой. Я не знаю, как все должно быть, Мара, но я хочу попробовать и понять как. Я хочу... Я хочу, чтобы мы были вместе. Хочу тебя.

- Ты не остановил меня, когда я уезжала.

Я тяжело выдохнул.

- Я был идиотом. И все еще не уверен, достоин ли я тебя, но попытаюсь. Я ничего не могу поделать - ты нужна мне. Я попытался жить без тебя, но не вышло.

- Почему ты считаешь, что недостоин меня? - спросила Мара.

Я не мог посмотреть на нее, признаваясь в том, в чем едва признался сам себе.

- Я не должен быть здесь. Не должен был выжить. Тот выстрел, который убил Марко, предназначался мне. Он должен был выжить, должен был быть со женой и сыном, но этого не случилось, а я здесь и понимаю, что это не имеет никакого смысла, но... черт побери. Мне кажется, что я не достаточно хорош для тебя. Не достоин был выжить тогда, и тем более не достоин кого-то как ты.

Она взяла мое лицо в свои руки.

- Я знаю, что не могу стереть твои чувства, сказав что-то мудрое, Зейн. Но... я рада, что ты здесь. Мне очень жаль, что твой друг погиб, и знаю, что тебе придется жить с этой болью всю жизнь. Но тебе не нужно этого делать, не стоит. Он погиб, естественно ты можешь скорбеть и скучать по нему. Но он погиб не из-за тебя. Ты не заслуживал смерти только потому, что у него жена и сын. Ты жив, и ты мне нужен. Я рада, что ты жив, рада что... что у нас есть шанс. Шанс на то, что то, что есть между нами, сработает. Я хочу, чтобы у нас все получилось.

Я посмотрел в ее глаза.

- Сейчас я лишь могу пообещать тебе, что попытаюсь.

- Зейн, я беременна. У меня будет ребенок. - Она пересела с моих колен на кровать, повернулась ко мне и с уверенностью посмотрела на меня. - Я не избавлюсь от него. Этот вопрос никогда даже не стоял. Надеюсь, ты это понимаешь.

- Даже и не думал, Мара. - Я взял ее за руку. - Нам нужно все обдумать.

- Я только-только переехала в Сиэтл.

- Я не могу уехать из Кетчикана.

- Ну и что же нам делать?

Я покачал головой.

- Милая, я не знаю. Я пока в шоке, но знаю, что мы что-нибудь придумаем.

- Ты не злишься? Не расстроен из-за меня?

Я нахмурился.

- Мара, мы создали жизнь. Та неделя, что мы провели вместе... она многое значит для меня. Те моменты, когда мы были вместе, были самыми лучшими в моей жизни. Кто-то решит, что все это безответственно и безрассудно, но мне наплевать. - Я обхватил ее щеку ладонью и большим пальцем очертил ее скулу. - Ты беременна. Нашим ребенком. Мы зачали ребенка в лучший момент нашей жизни. Как я могу злиться, или расстраиваться из-за этого?

Мара шмыгнула носом.

- Я... Мне было так страшно, Зейн. И мне все еще страшно. Не знаю, как справиться с этим! Не знаю, как быть матерью. Черт, я даже не знаю, как быть чьей-то девушкой. - Она повернулась ко мне, приникла лицом к моей груди и задрожала. - Я думала, ты будешь в ярости. Боялась... что ты больше не захочешь видеть меня.

- Какого черта, я должен быть в ярости?

Она пожала плечами, бормоча мне куда-то в грудь.

- Я не знаю. Потому что связываю тебя по рукам и ногам. Отягощаю тебя ребенком, которого ты не хочешь. Ловлю тебя в ловушку. И... когда ты позволил мне уехать, не позвонив и не написав потом... Мне показалось, что с нами все кончено.

- Позволил уехать?

- Да, позволил мне уехать. Я провела всю ночь в надежде на то, что ты передумаешь. Знаю, это было глупо, но если бы ты попросил меня остаться с тобой, я бы осталась. Я ничего не сказала, потому что знала, насколько это глупо, но... мне так этого хотелось. Даже когда проходила контроль в аэропорту, то надеялась, что ты остановишь меня, но ты уехал, и я больше не получила от тебя весточки. Знала, что это глупо. Глупо было допустить даже мысль, что то, что было между нами, действительно... Я не знаю, стоило чего-то? Зачем я такому как ты? Зачем тебе привязываться к одной женщине на всю жизнь, когда ты можешь встречаться с новыми хоть каждый день?

- Мара, это не...

Она продолжила, проигнорировав мое возражение.

- И потом... потом мне было плохо, я подумала, что подхватила грипп или простудилась. А потом мне пришлось уйти раньше с работы потому, что меня тошнило весь день, я вернулась домой и увидела, как Клэр трахалась на нашем диване в гостиной с Броком. Твой брат. Моя лучшая подруга. Занимались сексом на моем диване. - Она вздрогнула. - А затем выяснилось, что это не грипп, а я беременна. Поэтому я должна была приехать. Мне нужно было тебя увидеть. Мне нужно... мне нужно было сказать это тебе лично. Потому что я... я должна была сказать тебе об этом лицом к лицу.

Я приобнял ее, когда она начала плакать. Дал ей выплакаться, поглаживая ее по голове. В конце концов, она успокоилась и отодвинулась от меня.

- Спасибо за то, что побыл жилеткой.

Я фыркнул.

- Мара, плакать из-за этого всего - это нормально. Я - мужчина, поэтому не плачу, но спроси всех моих братьев... последние два месяца я был несчастным засранцем.

- Отчасти мне жаль, что ты так себя чувствовал, но отчасти я рада, что тебе тоже было плохо, как и мне. Это странно?

- Ничуть не странно.

Она подняла голову, чтобы посмотреть мне в глаза.

- Не могу понять, прикалываешься или ты серьезно?

- Я бы никогда не стал так шутить, Мара.

- Я не против, чтобы надо мной подшучивали, просто мне так... плохо, как от эмоций, так и от гормонов, иногда мне кажется, что я вообще ничего не понимаю. Все эти мысли, что появляются в голове... Так будет все оставшиеся семь-восемь месяцев?

Я пожал плечами.

- Понятия не имею, я вообще ничего не знаю о том, как проходит беременность. - Я наклонил ее, чтобы она прилегла на кровать, приподнял ее толстовку повыше и взглянул на живот. - Сколько уже?

Она смотрела на меня, смущенная тем, что я положил руку на ее живот.

- Не думаю, что сейчас можно что-то почувствовать или увидеть, - ответила она. - Восемь недель. Очевидно, что это был тот раз, когда мы забыли про презерватив.

- Я думал, что ты на противозачаточных, или как их там называют.

Мара тяжело выдохнула.

- Я была. Но ни одно противозачаточное средство не работает на сто процентов. Всегда есть минимальный шанс забеременеть. Я даже слышала, что девушки беременели, принимая противозачаточные, а парень использовал презерватив.

- Жизнь всегда найдет способ появиться, - подытожил я.

Она закатила глаза.

- Как скажешь, Ян Малкольм.

Я засмеялся.

- Но правда ведь?

Теперь, когда Мара лежала на кровати, я заметил, что она была физически истощена. Темные круги под глазами, ее веки при моргании казались припухшими. Я потянулся, чтобы опустить свитшот, но она вцепилась в мое запястье и прижала руку к ее животу.

- Ты не расстроен? - Прошептала она, подглядывая сквозь полуопущенные веки.

Я отрицательно покачал головой.

- Нет, Мара, ничуть. - Я улегся на краю кровати возле нее. - Немного напуган, переживаю, не имею ни малейшего понятия о том, как быть нормальным парнем, и тем более отцом... Но я принимаю в этом участие, буду с тобой.

- Только пообещай мне... - Она замолчала на мгновение. - Пообещай мне, что если ты... если ты не захочешь иметь с этим дело, то не будешь притворятся и врать мне, ты не останешься со мной только потому, что будешь считать, что должен. Лучше уж не быть вместе, чем ты в какой-то момент сбежишь от меня... от меня и ребенка...

Я укрыл ее одеялом.