Джасинда Уайлдер – Засранец Бэдд (страница 40)

- Я уже столько раз думал об этом, но ничего стоящего не придумал.

Брок фыркнул.

- Как насчет того, чтобы просто сказать ей правду? Привет Мара, отпустить тебя было огромной ошибкой. Может быть вернешься в Кетчикан со мной?

- Я не могу сказать ей такое, мы почти не знаем друг друга.

Брок пожал плечами.

- Да, но иногда не нужно знать человека годами, чтобы узнать друг друга, понимаешь, о чем я?

- Звучит очень глупо, но в этом есть смысл.

- Просто действуй по ситуации. Не думай об этом слишком много и не позволь своим мыслям встать у тебя на пути. Иногда то, что мы считаем верным, правильным или возможным, в реальной жизни не имеет никакого отношения к тому, что верно, правильно и возможно. - Он поправил рычаги и снова взглянул на меня. - Согласно Артуру Кларку, единственный способ определить рамки возможного - это рискнуть и выйти за эти рамки и войти в область невозможного.

- А вот и умная цитата, которую я так ждал. - Пошутил я.

- Так, никаких шуток про мой сборник умных цитат. - Сказал Брок. - Если подумать, то это не лишено смысла.

- Да, но как это поможет мне понять, что сказать Маре?

- Никак. Это просто значит, что ты никогда не узнаешь, что она тебе скажет, если ты не спросишь.

- Ох. - Нахмурился я. - И что если она откажется?

- Тогда напьешься в хлам во Франциско, а потом я подберу тебя на обратном пути в Кетчикан.

- Если что я разбил телефон, - сказал я.

- Очень по-взрослому. - Невозмутимо произнес он.

- Заткнись.

- Сам заткнись. - Ответил он в ответ. - Ты уже большой мальчик, сам разберешься.

Да даже мысль о том, чтобы еще раз пройти через учебку для котиков, кажется не такой отвратительной по сравнению с возможностью получить отказ, но я не из тех, кто бежит от трудностей, особенно связанных с такой женщиной, как Амаранта Куинн.

Я сам себе казался полнейшим идиотом. Ладони нервно сжимались в кулак, а в животе будто завелась стайка бабочек. Выйдя из лифта, я подавил в себе импульс развернуться и убежать, что было бы крайне глупо, так как я никогда ни от чего не убегал.

Медленно я дошел по коридору к квартире под номером 14Б и постучал в дверь.

- Мамочка! Кто-то пришел! - Я услышал женский голос.

- Я слышала, дорогая. Ты ешь, а я посмотрю кто там. - Другой женский голос ответил.

После нескольких секунд бренчания цепочек замков открылась дверь, и я увидел привлекательную молодую женщину лет тридцати в запачканных леггинсах и белой майке. На ней не было бюстгальтера и ее грудь и соски довольно отчетливо просвечивали через тонкий хлопок. Рукой она удерживала маленького ребенка на бедре. Ее волосы были убраны в неаккуратный пучок, и выглядела она довольно рассерженной.

Это была не Мара.

- Если это от Гарри, то можете передать ему, что он может засунуть их себе в задницу, - гаркнула женщина. - Если он хочет поговорить или увидеться со мной, то пусть тащит свою задницу сюда сам.

Я в непонимании уставился на нее.

- Эмм, простите, я не от Гарри.

Женщина ощутимо расслабилась.

- Ох, простите. Вам что-то нужно?

Мне было сложно понять, что вообще происходило.

- Это же квартира 14Б? - В замешательстве спросил я и уточнил адрес полностью. - Это же здесь?

Женщина кивнула, взглянув на дочь, которая заинтересованно выглядывала из-за ноги женщины.

- Да.

- И, по всей видимости, Мара Куинн здесь больше не живет?

Женщина с сочувствующим выражением лица покачала головой.

- Простите, ее здесь нет. - Вдруг она подмигнула мне. - Но ты можешь отдать эти цветы мне, и тогда я могу прикинуться ей минут на... двадцать. Ты горяч.

- Спасибо... но нет.

Она кивнула.

- Прости малыш. Мы здесь живем уде недели две. Наверное, предыдущему арендатору, твоей Маре, срочно пришлось съехать. Я все еще получаю письма на ее имя.

Я выдохнул, признав неудачу, и растер шею сзади.

- Понял. Простите, что побеспокоил вас.

- Прости, что не могу ничем помочь.

Я кивнул и развернулся, все еще держа в руках цветы. Остановился, замешкался на секунду и затем вернулся обратно, женщина в это время как раз закрывала дверь.

- Вот. - Сказал я. - Возьмите.

Она улыбнулась, и я увидел яркую, привлекательную женщину, на которую бы точно обратил внимание, если бы мои мысли не были заняты Марой.

- Спасибо. - Сказала она, приняв розы. Было видно, как женщина была рада получить их. - Мой козел бывший никогда не дарил мне цветов.

- Вы очень красивы. - Сказал я. - Ваш бывший идиот.

Она посмотрела на меня.

- Уверен, что не хочешь остаться? У нас скоро сонный час.

Я засмеялся.

- Нет, но спасибо за предложение. Я польщен.

- Мама, а что такое козел? - Спросила маленькая девочка.

Ее мать даже бровью не повела.

- Твой отец. И можешь сказать ему, что я так сказала, когда увидишь его в следующий раз, если он, конечно, решит навестить тебя.

Я попятился.

- Если вдруг у меня не получится, возможно, я еще вернусь.

Женщина тоскливо вздохнула, приподняв ребенка, которого поддерживала рукой.

- Буду ждать тебя здесь, думая о тебе, красавчик.

Я ушел, без телефона, без Мары и без надежды. Брок сказал, что вернется через три дня, что означало трое суток в одиночестве в Сан-Франциско. Возможно, будет весело, но сейчас явно не очень.

Я лишь хотел увидеть Мару, что, по всей видимости, не произойдет.

Затем купил билет в один конец до Кетчикана, место 16Д, у окна.

Реклама в самолетах полный отстой.

ГЛАВА 13

Шатаясь и едва держась на ногах, я вошла в сиэтлскую квартиру, которую снимала с Клэр. Было только начало двенадцатого утра пятницы, а я уже ушла с работы. Всю неделю боролась с приступами сильнейшей тошноты, а сегодня утром едва добралась до туалета, как меня вырвало. К сожалению, в унитаз попало не особо много, но я сочла за везение, что вообще добралась до уборной. Я, как могла, пыталась справиться с приступами на протяжении нескольких часов, но новый босс в итоге отправил меня домой. Хоть мы с Клэр и жили всего в трех кварталах от работы, я взяла такси, так как понимала, что пешком дойти не смогу.