Джасинда Уайлдер – Захваченные (страница 32)

И да – его свободная рука поглаживает мой живот, находит кнопку джинсов. Расстёгивает её. Опускает молнию. Я не могу сглотнуть, не могу дышать. Дерек сжимает ткань одной штанины и тянет вниз. Моё бедро оголяется, оказывается видна резинка трусов.

— Сними их, — он касается поцелуем моих рёбер, чуть ниже чашечки бюстгальтера.

— Дерек, я… нет, я…

— Сделай это, Рейган. Пожалуйста.

Медленно, нерешительно, крепко сжав веки, я цепляю большим пальцем ноги манжету брючины другой ноги и поднимаю колено, чтобы вытянуть ногу. Но потом я трушу и начинаю бороться с ним, пытаясь освободить из его железной хватки руки, прикрыть живот, вертя бёдрами и поднимая их вверх, и всячески уворачиваться. Дерек слишком сильный. Нежный и сильный.

— Рейган, — его голос звучит резко и настойчиво, останавливая мою борьбу. Я открываю глаза и смотрю на него. — Ты прекрасна.

И, прежде чем у меня появляется возможность протестовать или соглашаться, или вообще что-то произнести, Дерек целует меня. Боже, этот парень умеет целоваться! Его губы мягкие и умелые, и двигаются на моих так, что перехватывает дыхание, и сердце в груди распирает, всё тело горит… А потом его язык проникает в мой рот, и скользит по языку, проходится по зубам, а потом Дерек отстраняется, обрисовывая кончиком языка сначала мою верхнюю, а потом нижнюю губу, и я совсем перестаю дышать.

Я всё ещё немного повёрнута от него в сторону, и джинсы на мне полуспущены. Его рука скользит по моей напряжённой ягодице, очерчивает её изгиб, сжимает бедро и спускается вниз. Я воспринимаю это как абсолютное удовольствие. Дерек повторяет движение, и я издаю стон от жара его ладони на моей плоти, а потом он перемещает руку на другую сторону моей задницы, туда, где штаны ещё не спущены. Он стягивает с меня джинсу целиком, а его поцелуй в это время оставляет меня без глотка воздуха, проглатывая протест, и я даже и не думаю переживать, пока его рука ласкает мою кожу, движется по бедру и дальше вверх по спине. Я неловко скрючилась, потому что телом повернута от него, а он целует меня, и я захвачена его поцелуем, заперта так, что моя шея изогнута назад.

Я хочу ещё больше его прикосновений. Его касания мне так нравятся! Поняв это, я лишилась силы сопротивляться.

Поворачиваюсь к Дереку, и он переносит вес моего тела на себя, располагая меня сверху, но всё ещё сжимает мои запястья, так что не могу убежать, и продолжает меня целовать, углубляя поцелуй, зажигая меня и пробуждая вожделение. Я стону и борюсь с ним, желая прикоснуться. Дерек не поддаётся; вместо этого он полностью прижимает меня к груди. Я чувствую грудью его сердцебиение, а низом живота – напряжённый член. Его рот – нуждающийся, неумолимый, настойчивый на моём, и я бессильна что-либо поделать, кроме как отдать ему всё, чего он требует от меня, и просить большего хныканьем из моего горла…

О, боже, его рука. Она на моей спине, между лопатками, ведёт ногтями по коже. Задерживается на застёжке лифчика. Расстёгивая её одним движением. Снимает бретельки с моих плеч. Направляя мои руки, и я охотно подчиняюсь, не понимая почему и как, а только ощущая, что он вызывает у меня безрассудную уступчивость. Затем он приподнимает моё туловище ровно настолько, чтобы снять с меня эту деталь нижнего белья и откинуть в сторону. Теперь я лежу на нём, одетая только в трусы, и он всё ещё целует меня как будто продолжающимся всю мою жизнь поцелуем.

А его язык буквально трахает мой рот.

Боже, как я это люблю!

О, чёрт. Очёрточерточерт! Он перекатывается вместе со мной, и я оказываюсь на спине, а Дерек опять держит мои запястья у меня над головой, только теперь его губы оставили мои, и он целует мою шею, ниже, между грудей, хватая одну из них, чтобы поднести её ко рту, и всасывает мой сосок, я взвизгиваю с изумлённым вожделением. С упоением. Я размякаю. Таю, а потом хнычу, и издаю стон, и ещё один, потому что он движется языком к моей другой груди и хватает ее, впиваясь в другой сосок с таким же страстным вниманием.

Он спускается вниз по моему телу, став на колени между моих ног, и теперь держа мои запястья над моей грудью.

— Дерек? — я не знаю, что хочу спросить, я как будто умоляю его.

Мне страшно, я исхожу желанием и я в огне, нервничаю, очень стесняюсь. Мое сердце трепещет. Его глаза смотрят в мои, не отрываясь и напряжённо. Дерек собирает в кулак мои бикини с высоким вырезом из тёмно-малинового шёлка и медленно, целенаправленно тащит их вниз, сколько получается.

— Приподнимись для меня, секси.

— Секси? — это полувопрос, полупротест.

Но всё же я приподнимаю бёдра, отрывая их от попоны, чтобы дать ему полностью стянуть с себя трусики.

— И это не достаточно сильное слово, — его глаза всё ещё смотрят в мои, не отрываясь.

И только теперь, когда я абсолютно обнажена перед Дереком, освещена лучами вечернего солнца, пробивающегося сквозь кроны деревьев и купающего меня в золотом свете, его взгляд начинает бродить по мне. Глаза Дерека исследуют меня, охватывают целиком и полностью, с ног до головы, перемещаясь то вверх, то вниз и обратно. И, возможно, больше всяких слов, доказывающих мою привлекательность в его глазах, как и лучшей мотивацией для меня, является вид его ширинки, которая натягивается наподобие палатки, подрагивающие ноздри, углублённое дыхание и язык, облизывающий в предвкушении пересохшие губы.

Вам говорят, что вы красивы? Разве что такого не было никогда, а иначе ценность этих слов быстро снижается. Любой охочий до секса парень скажет вам, что вы красавица. Друзья и семья говорят что-то типа «ну, ты же красивая женщина, поэтому…», и эта информация становится привычной, когда все признают твою привлекательность. Я знаю, как я выгляжу. Белокурая, привлекательная, стройная. Прекрасные изгибы, красивые глаза, густые волосы. Всё при мне. Но это не значит, что у меня нет неуверенности в себе. Смею утверждать, что каждая женщина, родившая ребёнка, не скажет, что не испытывала неловкости и смущения из-за своих растяжек. Некоторые используют масла и лосьоны, занимаются йогой, чтобы избавиться от них, некоторые ничего не делают. Как я. У меня не было на это времени. Некоторые учатся признавать их наличие, чтобы носить бикини и спокойно демонстрировать своё тело на пляже. Им это легко. Мне – нет.

На самом деле, у меня нет паранойи по поводу растяжек. Скорее, меня беспокоят не столько они, сколько тот факт, что я очень давно не чувствовала себя сексуальным объектом, и это незнакомо, пугающе. Дело в том, что до Тома у меня было только два партнёра, причём это были короткие подростковые романчики. А потом я была с Томом – и только с Томом, всю нашу совместную жизнь. А его не было рядом большую часть нашего брака. То есть, у меня были долгие периоды без секса. Том был моим лучшим другом и моим мужем, поэтому с ним было легко. Он знал меня, понимал меня. И, когда он в первый раз вернулся в отпуск, я волновалась.

Поэтому сейчас, когда Дерек меня так осматривает, я полна неуверенности и переживаний.

Но выражение его лица меня успокаивает. Я вижу, как Дерек тоже волнуется. И то, что он видит, осматривая меня, привлекает его. Пристальный взгляд Дерека накрывает меня, поглощая вниманием мою грудь, бёдра, живот, киску, мои глаза, моё лицо. Мои губы. И оттого, как он смотрит на меня, от той оценки, которая видна в его глазах, я чувствую себя красивой. Желанной.

Чувствую себя сексуальной.

Дерек отпускает мои запястья:

— Не убирай их оттуда, ладно?

Киваю. Я не сомневаюсь. Дерек улыбается мне. Снова облизывает губы и приближает их к моей груди, прикасаясь чуть ниже, к рёбрам. Потом к животу. А затем очень мягко, целенаправленно, он целует на нём каждую отметину. Каждый изъян, каждый белый шрамик на поверхности кожи. Ведёт языком по нему вверх и потом захватывает губами… каждый… все.

К тому времени, как Дерек заканчивает, я уже вся в слезах. И ему не нужно ничего объяснять, смысл моего состояния понятен.

Я позволяю течь этим слезам, мягким и нежным, полным признательности и благодарности. Дерек смотрит на меня, положив подбородок на мою тазовую кость.

— Всё хорошо?

Я в состоянии только кивнуть. Моё сердцебиение учащается, потому что его взгляд скользит по мне, по моему телу ещё раз, и опускается вниз, между моих бёдер. О-о-о-о… чёрт. Дыхание перехватывает. Я делала интимную гимнастику, чтобы поддерживать тонус мышц, поэтому насчёт «внутри» сомнений нет – в этой области всё прекрасно. И сейчас я просто волнуюсь. Дерек движется, его руки скользят по моим тазовым костям, ниже, по треугольнику постриженных волос – интересно, может мне их совсем сбрить для Дерека? – его палец скользит по щели между половых губ. Я дрожу. Выдыхаю. Не спускаю с него глаз, руки, как и просил, держу над головой.

Его палец внутри меня. Его рот сначала на моём животе, затем на левом бедре, потом на нежной коже внутренней стороны бедра, близко от колена. Всё это именно так, как я себе и представляла. Я закрываю глаза, сцепляю пальцы. Вздыхаю от ощущения нежного, влажного прикосновения его рта к складке у основания бедра, где оно переходит в ногу.

Но скольжение его языка в мою сердцевину неожиданно. Я ахнула, распахивая глаза и пытаясь свести колени, упёршиеся в его плечи: