Джанин Фрост – Связанные пламенем (ЛП) (страница 4)

Я была в костюме, но маскировка не надежна, враги Влада и прежде пытались убить меня. Одному, это даже удалось. После того, как я истекла кровью в руках Влада, он превратил меня в вампира, и лишь поэтому я все еще здесь и спорю с ним.

— Мне следовало быть осторожнее, — признала я, выдыхая. — Из-за желания скорее поймать Шилагая, я стала менее осторожной. Помимо того ада, через который мы с тобой прошли по его вине, моя сестра и отец вынуждены скрываться, пока все это не закончится. У нас может и есть всё время мира, чтобы добраться до этого козла, но они — люди, у них нет такой роскоши.

— Плевать, — сказал он с жестокой честностью. — Если они пожелают, я могу вернуть каждую минуту, которая твоя семья потеряла, скрываясь. Но тебя я вернуть не смогу.

Как у Влада получается говорить что-то столь милое и приводящее в ярость одновременно. Да, если моя семья выпьет достаточно его крови, это добавит к их жизням десятилетия. Вероятно, Гретхен, моя сестра, согласится, если охота за Шилагаем продлится еще какое-то время, но отец нет. Он даже не разговаривал со мной, когда узнал, что я больше не человек.

— Надеюсь, нам это не понадобится, но в любом случае, в следующий раз, я буду осторожнее. Обещаю. — Я дотронулась до его лица, мое прикосновение, по сравнению с его стальной хваткой на моих плечах, словно прикосновение перышка. — Я уже говорила раньше, ты не потеряешь меня…

— Ты права, не потеряю, — пробубнил он, обрывая все то, что я хотела сказать дальше.

У меня не было времени, чтобы удивиться резкой смене его настроения. Влад прижал меня к стене, убирая свои эмоциональные щиты, и разрывая спереди мой костюм. Ярость, страсть и любовь смешались с моими собственными чувствами в подсознании, пока я не могла отличить чувства Влада от своих. Хотя это и не важно.

Я любила его до того же самого глубокого безумства, жаждала больше крови, так необходимой теперь для выживания… и никто так не выводил меня из себя, как Влад. У нас эта общая черта.

Резкие перепады от гнева до страсти могли бы напугать меня месяцы назад, но сейчас, я могла чувствовать все то, что Влад мог выразить словами.

Ему было необходимо прикоснуться ко мне, почувствовать мой вкус, чтобы ослабить ненавистное чувство страха, пронизывающие его при мысли, что я могу быть в опасности. Действия Влада могли казаться больше зверскими, чем чувственными, но если я его оттолкну, он остановится.

Но с каждой эмоцией, переполняющей меня, Влад убеждал не делать этого.

Он провоцировал меня ответить с той же необузданной силой и откинуть запреты, так же, как он раскрыл своё неприкосновенное сердце.

Я с дерзостью ответила, запустив руку в его длинные темные пряди волос и притягивая к себе голову Влада. Твердые, но чувственные губы прикоснулись к моим и, прижимаясь, дразнили, пока даже стон не мог с них сорваться. Поцелуй походил на наказание удовольствием, а когда Влад разорвал свой смокинг и прикоснулся ко мне обнаженной кожей, я задрожала. У опасной силы Влада были неожиданные преимущества, когда оживали его способности или страсть, его тело походило на раскаленную сталь.

Я убрала руку от головы Влада и сорвала оставшиеся лохмотья рубашки с его тела. Горячий, мускулистый торс обжигал мою грудь, когда он теснее прижал меня к себе.

Влад порочно зарычал, когда я скользнула рукой по упругому животу и в его штаны.

Он обернул мои ноги вокруг своей талии, и прижимая меня своим телом к стене, сорвал остатки моего костюма.

Я оцарапала клыками язык Влада, приправляя наш поцелуй медным вкусом крови. Я высасывала ее из его языка, теревшись о твердую длину, прижимающуюся к моему бедру.

Хватка Влада усилилась и, когда он притянул мои бедра к своим, я выгнулась ослеплённая всепоглощающим желанием.

Первый толчок заставил меня вскрикнуть от чувства восхитительного жжения внутри. Ощущения были очень сильными, их можно было бы назвать болезненными, если бы я не царапала спину Влада ногтями, прося больше.

После, я кричала лишь от экстаза, до тех пор, пока рассвет не отключил мое сознание.

Проснувшись, через не зашторенное окно, я увидела розовые оттенки, окрасившие вечернее небо Румынии. По крайней мере, еще не слишком темно.

У меня появился прогресс в сопротивлении анестезирующему эффекту солнца.

Сторона кровати, на которой спал Влад, конечно же, оказалась пуста. Он одержал победу над контролем солнца века назад. Обычно, он считал обязательным для себя находится в спальне в момент моего пробуждения, но не сегодня. Что не удивительно, учитывая нового заключенного подземелья. Влад мог сомневаться, что вампир, переодетый в Кхала Дрого знал местоположение Шилагая, но все равно будет жечь его, держа на волосок от смерти, чтобы выяснить это. Однажды, Влад назвал это — комплексная проверка.

На тумбочке стояла накрытая крышкой кружка, от которой исходил теплый, богатый аромат крови. Я заставила себя взять ее медленно, а не бездумно схватить, как хотела сначала. Во-первых, я пыталась обрести абсолютный контроль над голодом, так что накидываться на кровь, словно животное, противоречит цели. Во-вторых, я разбила бы кружку вдребезги, не возьми ее с предельной аккуратностью, ведь я хотела выпить крови, а не умыться ею.

Выпив весь завтрак, мое внимание зацепило что-то блестящее на тумбочке. Верно, обручальное кольцо. Я сняла его накануне вечером, потому как широкое золотое кольцо с драконом из драгоценных камней сразу бы выдало меня, как Лейлу Далтон Дракулу.

Это кольцо Влад носил, когда был принцем Валахии, ныне именуемой Румынией. Я думала, что изменив размеры древней королевской семейной реликвии, сделав из него мое обручальное кольцо, Влад поступил очень романтично, но когда взяла кольцо, чтобы надеть на палец, застыла.

Я пробежалась пальцем правой руки по кольцу, прикасаясь к крошечному дракону из камней, но ничего не произошло. От украшения исходило ощущение холодного, безжизненного металла, а так быть не должно.

Трое из четырех принцев Валахии, которым принадлежало кольцо, были убиты, нося его, так что кольцо должно пульсировать отпечатками сущностей, но я ничего не ощущала. Будто бы древняя семейная реликвия оказалась мертва.

Только по одной причине, вещичка могла вызывать такие ощущения при прикосновении к ней правой рукой. Я уже была уверена, но подошла к камину и протянула руку к тлеющим дровам.

Вместо того, чтобы обжечь, пламя ласкало кожу, так происходило лишь с одним вампиром в мире.

Шок уступил место гневу, а за ним последовала ярость. В какой-то момент, покидая зал прошлой ночью, Влад накрыл меня мощной дозой своей ауры.

Конечно, как и в первый раз, я не заметила, как он это сделал.

Тогда я была сосредоточена на взрывающейся вокруг меня горе. В этот раз, моим вниманием завладела похоть.

Это не случайность. Не с невероятным контролем Влада над своими силами. Он не занялся со мной любовью вплоть до рассвета, не только потому что был охвачен желанием. Но еще, и чтобы отвлечь меня!

Осознание этого начисто стерло все теплые воспоминания о предыдущем вечере, становясь похожим на кольцо, с которого стерли все сущности бывших владельцев

Мы оба знали, что аура Влада не только оказывала на меня огнеупорный эффект, но и не давала пользоваться экстрасенсорными способностями. Теперь я не могла хоть как-то помочь в выслеживании Шилагая или его сподвижников. Из-за одного властного поступка Влада, моя сверхъестественная интуиция бесполезнее, чем "Шар Судьбы"[1].

— Чёрт бы тебе побрал! — выкрикнула я, мой голос эхом отразился от стен спальни. — Почему?

— Ты знаешь почему, — его спокойный голос прозвучал позади меня.

Я резко развернулась и заметила Влада в самом дальнем углу спальни. Он столь неподвижно стоял там, что практически стал похож на мебель. Я на секунду задумалась, стоял ли он там все это время, но потом заметила, что дверь позади него медленно прикрывается.

— Несмотря на твое обещание быть в следующий раз осторожнее, — продолжил он, взгляд медного цвета глаз не дрогнул. — Во многих отношениях, мудра не по годам, но нетерпеливость заставляет тебя совершать безрассудства. Однажды, когда враг воспользовался против тебя твоими же нетерпеливостью и чрезмерной самоуверенностью, ты будешь уже мертва. Я не позволю еще раз такому случиться.

Я набросилась на него — гнев вызвал искры, которые выстреливали из моей правой руки. Не важно, что произошло, казалось, ничто не могло заглушить эту способность.

— Знаю, что вчера вечером облажалась, но ты не можешь вот так взять и лишить меня экстрасенсорных способностей, Влад! Прежде они не раз спасали жизнь мне и тебе, к тому же в двадцать первом веке, к мужу нельзя применять синоним хозяин.

Когда я почти дотянулась до Влада, он схватил меня за руку. Ток, столь опасный для других, абсолютно без ущерба проникал ему под кожу. У огнестойкости, похоже, больше чем одно преимущество.

— Я очень хорошо понимаю, что я не твой хозяин. Если бы хоть один из моих людей высказал такое же неповиновение, как ты, то провел бы месяц на коле, учась покаянию.

Гнев сменился неверием.

— Ты угрожаешь насадить меня на кол?

Влад дернул меня к себе, его железная хватка резко контрастировала с нежностью, прикоснувшихся к моему лбу, губ.

— Наоборот, напоминаю, что такого никогда не произойдёт.