Джанин Фрост – Обжегшись однажды (ЛП) (страница 8)

Вампир, схвативший меня, был мускулистым афроамериканцем, которого я видела чуть раньше, говорящим с Владом. Подумать только, воспламенитель прибыл с подмогой, но сдерживание меня в заложниках не было частью уговора. Парень осмотрел меня сверху донизу, поморщившись, когда его взгляд прошелся по зигзагообразному шраму от моего уха до моей правой руки.

Я так привыкла к жалости, что его реакция не вызвала у меня даже приступа ярости. Прямо сейчас, я была благодарна за любую симпатию, дающую мне преимущество.

— Думаю, я вывихнула лодыжку, — сказала я, поднимая для эффекта одну ногу. Эй, я все еще отлично умею врать! — Не могли бы вы взглянуть?

Вампир отпустил меня, начиная вставать на колени, как я и надеялась. Его внимание полностью было обращено к моей ноге, я стала накреняться вперед, словно не могла удержать равновесие. Одно касание правой руки к голове должно было вывести его из строя на достаточное время, чтобы я успела убежать. Я вытянула руку…

— Прикоснись к нему, и я отзову свое обещание не вредить тебе.

Голос Влада прорезал ночной воздух, замораживая в оцепенении мою руку в сантиметре от моей цели. Другой вампир сразу же встал, уже в полной боевой готовности. Дерьмо! Я тихо вскрикнула. Как Влад догадался, что я собиралась сделать?

— Точно так же, как узнал, что ты шпионила за мной, — ответил он с сардоническим смешком. — У тебя есть необычные способности. У меня есть свои, и одно из них чтение чужих мыслей.

Ну, если учесть чтение мыслей. Не удивительно, что он мог слышать меня, когда я устанавливала с ним связь! Я медленно повернулась в сторону его голоса. Пламя по-прежнему вылетало из окна гостиницы, освещая Влада в оранжевом свете. Он шел к нам, таща кого-то в саже и струпьях, сложно сказать, кто именно из моих бывших похитителей это был.

— Где остальные? — спросила я, стараясь выглядеть спокойной.

Черты его лица по-прежнему были туманными от дыма и темноты, но я видела его белые зубы, когда он улыбнулся.

— В пепле.

Его пленник попытался вырваться, но это лишь ужесточало хватку Влада, пока его пальцы совсем не скрылись в почерневшем теле. Я отвернулась в сторону, мой живот сжался. Сирены прорезались сквозь бормотание людей, вышедших из своих номеров, поглазеть на пожар. Влад оставался невозмутимым, словно поджигание гостиничных номеров и сдерживание обугленных вампиров было тем, чем он занимался ночью по четвергам.

— Ты получил то, что хотел, — сказала я, мне по-прежнему удавалось звучать спокойно. — Теперь сдержи наше соглашение до конца и отпусти меня.

Его изумрудный взгляд, казалось, задевал меня за живое.

— Я согласился, не вредить тебе, и только. Что же касается того, чтобы позволить тебе уйти, я это сделаю… после подробного с тобой разговора.

Я отчаялась. Идея детального разговора с Владом, вероятно, подразумевала пытки. Стоило догадаться, что тот, кто грубо сжег несколько человек, приговаривая их к смертной казни, не сдержит своего слова о том, что отпустит меня. Но затем, невероятно, но я услышала сквозь рев сирен голос Марти.

— Беги, Фрэнки, Беги!

Влад повернулся на звук, как раз вовремя, чтобы заметить мчавшегося Марли, словно тем выстрелили из пушки. Я задавалась вопросом, почему он ничего не сделал, когда меня похитили, но должно быть он следил за мной и скрывался, пока не выдалось лучшего шанса спасти меня. Проблема была в том, что это был не лучший момент.

Казалось, все происходило в замедленной съемке, а не как тогда на быстрой перемотке. Друг Влада достал серебряный нож и оттолкнул меня на землю. Влад не предпринял даже попытки, чтобы избежать нападения Марти, он лишь продолжал держать обугленного вампира и раскрыл свои объятия так, будто смело хотел принять удар Марти. Было довольно темно, но мне кажется, я видела, как Марти изогнулся в лице за мгновение до того, как врезался во Влада. Я наблюдала за всем, словно попала в кошмар, Влад принял удар, оставаясь на месте, его свободная смертоносная рука покрылась огнем, когда он направился к моему другу.

— Нет! — закричала я.

Вместо того, чтобы поступить, как велел Марти, я набросилась на Влада. Моя правая рука коснулась его ноги, я отчаянно пыталась выпустить ненавистный мне внутренний ток, и пустить его в него с гораздо большей мощностью.

От моей панической реакции и напряжения, направленного из моего электроцентра, Влада должно было сдуть через всю автостоянку. Вместо этого он оставался там, где и был, единственным эффектом была дрожь, нарушающая его покой и запах озона, кратко прорывающийся сквозь запах дыма. Он схватил пламенной рукой Марти, прежде чем я заметила, что он отошел, а затем темная голова Влада качнулась в мою сторону, его ярко изумрудные глаза встретились с моим шокированным взглядом.

— Это, — сказал он, — было грубо.

Его образ, сдерживающего двух борющихся вампиров, было последним, что я увидела перед тем, как все стало серым от моего видения. Автостоянка и горящий отель исчезли, заменившись высокими деревьями и покрытой льдом реки.

Я опустилась на колени на скалистом берегу, моя одежда была влажной, но я не обращала внимания на холод. Я не могла чувствовать ничего, кроме боли, я рычала, словно ад струился по моим венам, пока не отбросила свою голову назад и не завыла, подавляя эту боль.

Женщина в моих руках никак не реагировала на это. Ее губы не двигались, у нее не было дыхания, а ее глаза все также продолжали смотреть бессмысленно вперед. Я прижала ее поближе, агония взорвалась во мне, словно это было мое тело, а не ее, уничтоженное и не подлежащее восстановлению. При всей моей силе, я никогда еще не была более беспомощной. Смерть унесла ее прочь, она навечно останется вне моей досягаемости.

Осознание этого вызвало новый вой, извергнувшийся из моего горла, отчаяние смешалось с моим горем, угрожая разорвать меня на части. Это была моя вина. Даже река не могла смыть след ее крови, я всегда буду носить ее на руках.

— Держи их, — услышала я голос.

Женщина, река, лес исчезли, сменившись развевающимся дымом и автостоянкой на Ред Роф Инн. Марти все еще был жив, к моему огромному облегчению, хоть он и выглядел так, словно его хорошенько подпалили. Влад вручил его и другого, гораздо более обугленного вампира, своему другу. Я оставалась на месте, стоя на коленях, по моим щекам текли слезы от пережитого темного воспоминания Влада. Честно говоря, я ожидала гораздо более ужасного образа от прикосновения к воспламенителю, но это оказался шрам в его душе от потери, а не его убийства.

Как только Марти и другой вампир были вручены, Влад опустился рядом со мной на колени. Его руки уже не охватывало пламя, но возможно лишь потому, что к нам подъехала пожарная машина, и это могло бы привлечь слишком много внимания. Вопль сирены, казалось, с визгом пробивался в череп, но хоть у вампиров и был слух получше, Влада, казалось, это не беспокоило.

— Перестань плакать, — сказал он. — Я не убью тебя, если конечно твоя истерика из-за этого.

Он думал, что я упала рыдать на колени, потому что боялась умереть?

Затяжное эхо от тоски сделало мое ироническое фырканье больше похожее на сопение.

— Эти слезы твои, а не мои. Кем бы она ни была, ты действительно расклеился из-за ее смерти.

Его брови нахмурились. Он находился достаточно близко, чтобы мне удалось заметить, что, несмотря на поджог множества вещей и людей, на нем не было и обугленного пятнышка.

— Что за чушь?

— Не говори ему ничего, Фрэнки, — зашипел Марти.

Я посмотрела на своего друга, но холодный голос Влада отвлек мое внимание к нему.

— Уведи их, Шрапнель. Я догоню вас попозже.

Я остановила себя, прежде чем инстинктивно коснулась Влада. Еще один электрический разряд не поможет делу.

— Не убивай его, он всего лишь пытался защитить меня. Это Марти, он не знал, что я позвала тебя. Он, наверняка, подумал, что ты с теми, кто похитил меня.

Бедный Марти. Он преследовал Шакала и других, выжидая, пока не решил, что ему выпал шанс. Как он мог знать, что Влад был сильнее, чем те четыре вампира вместе взятые? Конечно же, если Влад уже решил убить Марти, то моя просьба все равно, что сказана глухому. Он был способен убить, но воспоминание, которое я вытащила из него при касании, заставило меня надеяться, что он был чем-то большим, чем Влад со склонностью устраивать из людей горящие факелы.

Его черты ужесточились.

— Какое воспоминание?

Ах да, его способность чтения мыслей. Это делало призыв Марти не говорить ничего Владу, весьма спорным.

— Ты и мертвая женщина на берегу реки, — ответила я. — Я уже говорила тебе, что вытягиваю образы от людей или вещей, которых касаюсь. Я видела ее, когда коснулась тебя, и плакала, потому что чувствовала все тоже, что и ты чувствовал в тот день.

Он посмотрел на меня с таким упором, ни разу не моргнув, что мне стало даже больно смотреть в эти яркие глаза. Я также как и он не отводила взгляда. Он мог читать мои мысли, но я знала о его разрывающей ране, занимающей самое близкое место от его души. По крайней мере, я не стану трусихой, опуская взгляд в землю.

— Оставь их в живых, Шрапнель, — сказал, наконец, Влад. — Я вернусь позже.

Уголком своего глаза, я заметила кивок другого вампира. А затем он просто… исчез. Либо телепортация была еще одной способностью вампира, о которой забыл упомянуть Марти, либо Шрапнель двигался быстрей, чем удар молнии.