Джанин Фрост – Дважды соблазненный (ЛП) (страница 41)

Я посмотрела на него, отметив крошечный шрам на носу, который раньше не замечала. И не только его. Его кожа больше не казалась бледной, она выглядела слабо люминесцентной, словно он нес в себе свет. Его волосы были не просто темно-коричневыми, а богатой палитры черного, темно-коричневого и каштанового. Воздух вокруг него потрескивал энергией, и когда он снова погладил мою шею, его руки дрожали, словно его пронзало током.

— Теперь ты другой, — сказала я с удивлением.

Его рот изогнулся, наполовину с насмешкой, наполовину с удивлением.

— Ты вампир. Ты видишь детали, которые люди не видят, чувствуешь силы, которых они не понимают, и ощущаешь эмоции сильнее, чем они даже могут себе представить.

Затем он схватил меня за волосы, притягивая голову вперед и опуская к своему рту.

— Теперь почувствуй это, — прошептал он.

Грубая ласка его щетины и чувственная гибкость его губ бледнели рядом с взрывом эмоций в моем подсознании. Похоть пронзила меня, словно вспышка огня, почти заставив упасть на колени. Она зажгла мои нервные окончания так же требовательно, как голод, но без боли. Я была поражена потребностью отдаваться удовольствию до тех пор, пока восторженные крики не раздадутся в моих ушах, и делать это прямо сейчас. Мой рот открылся, язык сплелся с его, и я схватила Влада за рубашку. Она разорвалась в моих руках также легко, как мокрая бумага, а потом, когда он дернул меня к себе, его тепло заставило меня замереть. Он всегда был теплым, но теперь ощущался подобно пламени, заключенному в плоть. Он сорвал мое платье, лифчик, трусики и сделал это также безжалостно, как я разорвала его рубашку, и бросил меня на соседний матрас.

Когда его тело покрыло мое, я застонала, шокированная тем, как это отличалось от того что было раньше. Каждое прикосновение его кожи усиливало ощущения и заставляло меня выгибаться в первобытном желании. Каждая ласка, казалось, проникала в скрытые частички меня, которым не давали пищи в виде его прикосновений. Все выцвело и стерлось из памяти, все психические проблески, увиденные в прошлом. Это было, словно мы впервые занимались любовью, а когда он раздвинул мои бедра и опустил рот между ними, вспышка экстаза заставила меня закричать.

Я не знала, как долго извивалась под ним, удовольствие раздирало меня на части от каждого движения его жгучего языка. Когда Влад встал и разорвал верх своих штанов, я все еще содрогалась от оргазма, но увидев его толстую длинную плоть, ощутила острую нужду в нем, снова и снова. Я скользнула вниз, потянув его на себя.

Когда его рот стиснул мой, от силы его поцелуя моя голова откинулась назад. Его вкус стал острее и слегка соленым, и это явно плотское ощущение заставило заболеть то место, где я уже была влажной. Его тело было огненным, и в ожидании сокращения эмоции в том месте, он протянул между нами руку. Я разорвала наш поцелуй и, не задумываясь, укусила его плечо, шокированная тем, насколько естественно это ощущалось. Удовольствие пронзило меня, как только я погрузила клыки глубже. Была ли это я или он, я не знаю, но когда он дернул свои бедра, встретив мою тягу к нему, мне стало все равно.

Я прекратила кусать его от крика, вырвавшегося у меня, когда он толкнул внутрь меня палящую плоть. Неужели я не чувствовала этого раньше?

Нет, я не могла. Я не была в состоянии выдержать изысканное сжатие своих внутренних мышц, когда он вошел на всю длину до упора, останавливаясь лишь потому, что не мог войти глубже. Или блаженство, когда его рот накрыл мое горло, и он прикусил то место, где был когда-то мой пульс. Затем Влад двинулся вперед, мое горло все еще было в плену его клыков, и ощущение его полного доминирования никогда еще так властно не срывало мои запреты.

Я оторвала его рот прочь, едва заметив жало клыков, разрывающих кожу. Потом обернула руки вокруг него и укусила его в то же место. Удовольствие от связи с его чувствами перегрузило мои нервные окончания, доводя до исступления. Он двигался быстрее, глубже, его хватка вызывала кровоподтеки, и я гордилась этим, запуская свои клыки ему в шею, чтобы соответствовать каждому тяжелому толчку. Мои ногти рвали его спину, разрисовывая гладкость, которая не была покрыта потом. Экстаз нарастал вместе с внутренней болью, требующей большего, не заботясь, что этого было уже слишком много. Влад был слишком горячим, слишком большим, слишком грубым — и я бы умерла, если бы он остановился.

Я оторвала рот от его шеи, выдыхая: «Я так сильно тебя люблю», прямо перед тем, как следующий оргазм оставил меня содрогаться от его интенсивности. Через полуоткрытые глаза я увидела голову Влада, отброшенную назад, алые полосы портили гладкие линии его горла. Затем он опустил голову и посмотрел на меня, а его жгучие руки погладили по лицу.

— И я люблю тебя, моя жена.

У меня не было возможности ответить. Он скользнул вниз, его рот зарылся между моих ног со страстной жестокостью. Я выгнулась к нему навстречу со стоном, наполовину восторженным, наполовину разочарованным. Это чувство было невероятным, но я хотела снова ощутить его внутри себя…

Все мысли очистили мой разум, когда его клыки сменили язык, пронзая клитор, а не полизывая его. Раскаленное добела удовольствие разрывало меня, заставляя энергию выстреливать из моей правой руки. Дымок завивался над дырой, зиявшей в нашем ложе, но все, что я могла сделать — это вцепиться в простыни, когда он начал сосать длинными глубокими потягиваниями.

Его имя вырвалось из моего горла в сдавленном всхлипе. Еще одно посасывание — и я закричала, а потом больше не могла думать. Все, что я могла сделать, это схватить его, когда из меня вырвался бессловесный крик, а он облизал меня после еще одного последнего умопомрачительного высасывания. Я не могла даже пошевелиться.

Влад потянул меня за бедра, от сильного удара у меня вырвался еще один сдавленный крик. Моя плоть пульсировала и покалывала, судорожно обхватывая его, когда он отдалялся. Он поднял меня, притягивая к себе на колени. Еще один выпад бедрами снова сцепил меня с ним. Я вцепилась ему в бедра, начиная раскачиваться на нем, ощущая на своей шее его обжигающие губы, когда он откинул мне волосы в сторону, чтобы целовать в этом месте. Затем не осталось ничего, кроме жесткого ритма, который привел меня к кульминации за мгновение до того, как он достиг своей, и мы вздрогнули, сотрясаясь внутри и снаружи.

Глава 37

Когда Влад отпустил меня, я рухнула на матрас, не задыхаясь только потому, что мне больше не нужно было дышать.

Я никогда раньше не курила, но если бы тут была пачка сигарет, я бы попробовала. Затем мой желудок сжался. Насыщение исчезло, сменившись голодом настолько сильным, что я начала трястись. Влад дернул меня, прижимая одной рукой к стене, а другой набирая цифры на клавиатуре, которую я не заметила раньше. Из каменной поверхности выскользнул ящик, и мне хватило одного взгляда, чтобы он затуманился непреодолимой потребностью.

Следующие несколько минут были вихрем на карусели из боли и облегчения. Когда рассудок вернулся, я все еще была прижата к стене, высасывая остатки из пластикового пакета, пока Влад смотрел на меня. Он протянул руку, и я заставила себя отдать пакет, хотя там еще и осталось несколько сочных алых полос. Тем не менее, я не стану вести себя как животное дольше, чем это необходимо. Он забрал его и кинул к моим ногам, помещая в ту же кучу, где были другие.

— Как ты узнал? — удалось мне спросить спокойно.

Он пожал плечами.

— Это бывает со всеми новообращенными вампирами. Секс, гнев и насилие будут вызывать твой голод. До тех пор, пока ты не сможешь это контролировать, тебе необходимо научиться предвидеть это.

Я посмотрела вниз. Кровь забрызгала меня спереди, когда я безумно разрывала пакеты с ней, делая меня похожей на актрису из порнографического фильма ужасов. Впереди меня ждали еще несколько дней бессмысленного безумного кормления, но некоторые вещи не могли ждать, пока я подчиню мой новый голод.

Я подошла к кровати и обернула вокруг себя простыню. То, что я собиралась сказать, было слишком серьезным, чтобы говорить это обнажённой.

— Так как ты понял, что Шрапнель предатель, — начала я.

Его смешок прервал меня.

— Не думаю, что ты изрезала бы его на кусочки из-за того, что он случайно скатил вас со скалы.

Я посмотрела ему в глаза.

— Он был единственным предателем в твоем доме, но он был не один.

Взгляд Влада стал ярко-зеленым.

— Объясни.

— Сандра передала сообщение…

Я не успела договорить, как Влад обернулся, прижимая меня к стене, которая ничем не отличалась от остальных, но там внезапно появилась дверь.

— Уотерс, — рявкнул он в открытое пространство. — Немедленно схватить Сандру.

Нет, закричала я мысленно. Это не ее вина!

Он не ответил. Правда, он больше не мог слышать моих мыслей. Вкупе с захватывающим сексом, это было приятным бонусом к тому, чтобы быть вампиром.

— Она не знала, — сказала я вслух. — Шрапнель под гипнозом заставил ее сделать это. Я видела, когда коснулась ее.

Влад повернулся, выражение его лица не смягчилось, но он добавил:

— Схвати ее мягко, Уотерс, — после чего закрыл дверь, нажав на еще одну незаметную панель.

— Что еще ты видела?

Я не могла сказать, мною или Шрапнелем вызвано неудовольствие в его эмоциях.