Джанет Оак – Вечное наследство любви (страница 22)

Марти перебила ход мыслей Лейна. Она спрашивала, многоли они нарубили дров. Лейн ответил. Он надеялся, что далразумный ответ, и украдкой взглянул на Элли. Казалось, еесовершенно не волнует то, что он сидит напротив нее за столом. Она была поглощена тем, что разрезала кусок мяса.

– Элли сказала, ты хочешь забрать последнего щенка, –заговорил Кларк.

Лейн взглянул на Кларка и поковырял в тарелке вилкой.

– Верно, – наконец ответил он. – Я всегда мечтал иметьсобаку, но у меня не было такой возможности.

– По-моему, ты выбрал хорошего щенка, – продолжилКларк. – У нас отличные овчарки, а этот увалень – лучший впомете. Немного дрессировки, и он научится читать твоимысли, когда вы будете вместе пасти скот.

Лейн покраснел. Зачем ковбою дрессированная овчарка?

Не будет же она загонять табун лошадей! Никто этого незаметил. Лейн зашаркал ногами и откашлялся.

– Да, сэр, – подтвердил он, – щенок выглядит умным, выправы.

Элли поставила на стол яблочный пирог. Это любимый десерт Лейна, но сегодня вечером у него не было аппетита. Онедва проглотил кусочек, запив его второй чашкой кофе, и ещераз взглянул на Элли. Она казалась холодной и отчужденной.

Кларк отодвинул стул:

– Хочешь сыграть в шахматы?

Лейн с трудом собрался с мыслями:

– Нет... нет... пожалуй, нет. Не сегодня. Я должен идтидомой...

– Но я все сделал, – напомнил ему Кларк. – Я уже съездил на ферму и закончил все дела. Тебе некуда спешить.

Но Лейн уже вскочил на ноги, собираясь уходить.

– Спасибо, – сказал он, – но мне все равно нужно идтидомой. Праздники немного утомили меня, и к работе возвращаться нелегко. Я, пожалуй, поеду домой и немного посплю.

Лейн был рад, что Кларк не стал его удерживать. Он ещераз поблагодарил за ужин и повернулся, чтобы надеть пальто, которое висело на крючке.

– Да, что касается утомления после Рождества, – сказала Марти, подходя к Лейну, который надевал пальто, – я подумала, что Элли тоже не помешает отдохнуть от тяжелойработы. Я случайно услышала, как парни говорили о катаниина коньках, которое в субботу устраивают на пруду Миллера.

Элли знает, где он находится. Не будешь ли ты так любезен,чтобы проводить ее туда?

Элли, повернувшись к ним спиной, наливала в раковинугорячую воду.

– С удовольствием, – ровно ответил Лейн.

Марти улыбнулась.

– Нет, – отрезала Элли, даже не повернувшись, – нет.

Марти оглянулась на дочь. Улыбку на ее лице сменилатревога.

– Нет, – повторила Элли. – Я никуда не пойду.

– Почему? – в замешательстве спросила Марти. – Тебеследует чаще общаться со сверстниками. Ведь у тебя так редко выдается свободная минутка...

– Мама, разве ты не знаешь, насколько они молоды? –перебила ее Элли. – Мне там не место! Все девушки моеговозраста давно уже замужем и заняты собственным хозяйством! Эти сверстники... Они просто дети! А я не ребенок и,кроме того, я не хочу идти... правда... – Элли опять отвернулась. – Давайте больше не будем об этом говорить.

Марти была поражена. Она беспомощно взглянула на Лейна и пожала плечами.

– Наверное, провожать ее не потребуется, – тихо сказала она и положила руку на плечо Лейна. – Но все равноспасибо.

Затем она подошла к шкафу.

– Вот, – предложила она, – возьми с собой свежего хлеба. Его пекла Элли. – Она быстро завернула буханку и передала ее Лейну.

Он в последний раз с тоской взглянул на Элли. Она, склонив голову, стояла у стойки с посудой. Возможно, ему показалось, но на ее щеке блеснула слеза. Впрочем, наверняка емупомерещилось. Лейн пробормотал: «Спокойной ночи!» – ивышел.

Кларк проводил Лейна до конюшни, где стояла его лошадь.

Молодой человек сказал, что это ни к чему, но Кларк настоялна своем. Он объяснил, что хочет проверить двери.

Когда Лейн подошел к лошади, он повернулся к Кларку:

– Я подумал, – сказал он, – что мне пора плотнее заняться делами. Ведь Вилли прислал меня для того, чтобы я смотрел за фермой, и я чувствую себя виноватым из-за того, чтовзвалил это на вас. Скажите парням, что мы встретимся утром. Мне удобнее ездить от фермы Ла Хэй. А если я будувозвращаться туда сразу из леса, у меня останется полно времени, чтобы позаботиться о коровах.

Кларк понял, что Лейн твердо решил самостоятельно работать на ферме Ла Хэй. Он не знал, почему молодой человек принял такое решение, и отогнал эту мысль, поскольку причина егоне касается. Он был уверен, что причина серьезная. Никто неупомянул о том, что в доме Дэвисов Лейна всегда ждал ужин.

– Конечно, – согласился Кларк, – раз ты так решил. Приходи, когда сможешь. Мы всегда рады тебя видеть.

Лейн попрощался с ним и уехал.

Кларк вернулся в теплую кухню. Элли деловито отскребала сковороду, а Марти расставляла чистые вытертые тарелкипо полкам.

Кларк прислонил костыль к стене и, опираясь на одну ногу,стал снимать тяжелое пальто:

– Лейн не придет завтракать, – сказал он женщинам.

Обе подняли голову и посмотрели на него. Но только Марти задала простой вопрос:

– Почему? Что мешает Лейну позавтракать с нами?

– Он считает, что должен сам работать на ферме Ла Хэй.

– Возможно, – растерянно произнесла Марти, – но я недумаю, что кого-то волнует, кто именно там работает, покавсе идет нормально.

Помолчав, она повесила чашки на крючки.

– Наверное, он неважно себя чувствует, – размышлялаона. – Я заметила, что сегодня он ел без аппетита. Пожалуй,ему стоит несколько дней отдохнуть от рубки леса.

– Нет, он собирается работать в лесу, – объяснил Кларк, –но будет ездить туда от фермы Ла Хэй, вот и все.

Марти недоуменно взглянула на него. У нее осталось много вопросов. Затем она опять повернулась к шкафу:

– Ну что ж, мы увидимся с ним завтра вечером. Вероятно, он...

– Боюсь, что нет, – заметил Кларк. – Он сказал, что теперь после работы в лесу будет сразу уезжать домой, так чтобольше не станет с нами ужинать.

Марти поставила тарелки, которые держала в руках, и нахмурилась, положив руку на бедро.

– И как это понимать? – начала она, но Кларк остановил ее.

– Лейна прислали для того, чтобы он позаботился о фермеЛа Хэй, а не рубил дрова для Дэвисов. Видимо, ему неудобноиз-за того, что так получилось, вот и все. Мне нравится, чтопарень помнит о своем долге.

Марти, по-прежнему хмурясь, вновь занялась тарелками.

– Я не спорю, – заметила она, а затем продолжила: –Но мы так радовались, когда он приходил в гости. Ведь Люки Арни уехали. А теперь у меня как будто появился еще одинсын, а у Элли – старший брат.

Элли резко повернулась. В ее округлившихся глазах застыли слезы:

– Мама, прошу тебя! – взмолилась она и заплакала.

– Что такое? – взволнованно спросила Марти и с встревоженным лицом приблизилась к дочери.

– П-прости, – отходя назад, побормотала Элли. – Я нехотела... Я не имела в виду... – она небрежно вытерла слезыконцом передника, – мне не нужен... мне не нужен еще одинстарший брат.

Сказав это, она выбежала из кухни. Глаза Марти выражали беспокойство.

– Я волнуюсь за нее, Кларк, – сказала она, медленноопустившись на стул. – Я никогда не видела Элли такой подавленной. Никогда бы не подумала, что она так тяжело воспримет прощание с Люком и Арни.

Кларк тоже не знал, как объяснить ее поведение.

Марти стала пристально следить заЭлли. Она по-прежнему казалась бледнойи вялой, но занималась многочисленнымидомашними делами с такой же решимостью и энергией, как и раньше. Ее какбудто лишили веселья, которое было ейсвойственно, но Марти надеялась, что оновернется, когда Элли привыкнет к тому,что осталась единственным ребенком вдоме.