Джакомо Наталья – Ночь, в которой лает зло (страница 2)

Про странную оранжевую полосу на дороге никто не вспоминал. Так они провели весь день.

На столе давно остыл чай, но никто не спешил. Время будто замерло, решив дать им передышку. Родители не спрашивали, почему в углу кровати стоит скелет в халате, а вместо подушки – анатомический атлас. Они просто были рядом со своим голубоглазым Вовчиком и этого было достаточно.

III

Домой родители возвращались уже в темноте. Доехав до того самого кривого участка дороги они снова увидели знакомую оранжевую массу. Только теперь она не растекалась по горизонту, как в прошлый раз, а стелилась прямо по асфальту, будто кто-то расстелил на трассе ковёр из солнечного сиропа. Мужчина включил дальний свет и тут же возникло странное ощущение, будто машина въехала в сгусток света и застыла в нём, как муха в янтаре. Всё вокруг замерло. Казалось, даже время решило взять паузу. Только спидометр упрямо продолжал показывать цифры – один-единственный храбрец в парализованной реальности.

Через пару минут женщину пробрал холодок. Страх подкрался не человеческий, а какой-то первобытный, липкий, с лапами, как у паука. Хотелось выть или хотя бы включить свет в туалете. Но как только машина вывернула из тумана, всё вновь ожило. Противотуманные фары привычно рассекали темноту синеватым светом, в салоне снова стало тепло, уютно, из радиоприёмника лениво тянулась музыка, как будто кто-то гладил по голове: «всё хорошо, ты дома, ничего не бойся».

– Странно, – через десять минут промолвила женщина, чуть вздрогнув. – Почему на этой дороге никогда не бывает собак? Вот когда мы едем в деревню к твоим родителям, каждый раз какая-нибудь псина с суицидальными наклонностями выскакивает. А тут – тишина, ни одного хвоста в округе.

И словно её слова кто-то услужливо подслушал и тут же решил исправить статистику – из тёмного леса неспешно вышел пёс. Высокий. Чёрный. Массивный. Не дворняга, не овчарка, что-то среднее между ними. Был в нём какой-то неподобающий человеческий надлом. Походка, как у прокурора на приговоре. Взгляд такой, будто он знал, за что вы сегодня ночью проснётесь в три утра. Всё его существо излучало презрение, как будто он смотрел на этот мир и думал: «Вы все в этом мире – ошибка природы».

Мужчину бросило в пот. В руках чуть задрожали пальцы, и он машинально сильнее сжал руль.

– Только бы не выкинул чего, – пробормотал он, будто про ребёнка, который вот-вот шлёпнется в грязь.

Машина поравнялась с псом…и тот метнулся под автомобиль. Резко. Без предупреждения. Будто его позвала сама автокатастрофа.

Мужчина ударил по тормозам с такой силой, что ремень едва не рассёк его пополам, как недожаренную котлету. В тот же миг раздался глухой, короткий звук, будто кто-то со всей силы шлёпнул кулаком по старому чемодану, набитому кирпичами. Машину дёрнуло, сердце мужчины жалобно пискнуло где-то под рёбрами и, кажется, попыталось эвакуироваться через пятку. Пёс исчез под капотом.

Наталья с Василием замерли. Салон наполнился напряжением, как пузырь, готовый лопнуть от одного вдоха.

И тут женщина вскрикнула. Её тут же охватила жалость к собаке, и рука сама потянулась к дверной ручке проверить, жив ли пёс и не нужен ли ему йод. Но, не успела она дотронуться до замка, как кобель с неожиданной грацией леопарда взлетел на капот. Женщина взвизгнула снова, уже громче, и интонацией «это точно не йодом лечится».

Пёс зарычал. Морда перекосилась, как будто ему подали чужой счёт в ресторане. Из пасти стекала густая слюна, сверкнули жёлтые клыки, а глаза… глаза налились такой кровью, что даже у любой женщины с месячными это вызвало бы уважение. Он уставился прямо в душу мужчины без намёка на смущение, с пугающей осознанностью, будто пришёл взыскать долг за все грехи, включая просроченные кредиты и забытые дни рождения.

И тут, как по команде, из леса начали выходить другие. Не собаки, а клоны. Свора выглядела так, будто кто-то увлёкся функцией "копировать-вставить" в адском фотошопе. Шерсть у всех была, как под копирку, движения синхронные, как в хореографическом аду. Без звука, плавно и жутковато, они окружили «Хонду», как будто репетировали это месяцами.

Лидер гордо спрыгнул с капота, словно сказал: «Сейчас покажу фокус». И тут же снова взмыл вверх, но уже с явным намерением прошить лобовое стекло лбом, как влюблённый дятел.

Женщина заорала. Кричала она так, как будто на её глазах пересняли все сезоны «Санта-Барбары», но с собаками. Впрочем, её голос терялся среди ударов пса по стеклу. Они были настойчивыми, ритмичными, почти музыкальными.

Тем временем свора набросилась на колёса. Слаженно, как при нападении зомби в бюджетном фильме она вгрызалась в резину с таким азартом, будто это был последний чизбургер в мире. Машина ощутимо просела, и мужчина сдавленно застонал, но не от боли, а от осознания, что запаски-то нет.

Лидер продолжал свою безумную атаку. Японское стекло, многослойное, закалённое жизнью пока ещё держалось, но на нём уже расплывались полосы крови, как готическая живопись. Пёс рассёк морду, но даже не моргнул, возможно, у него уже не было век или нервов, или мозга.

Женщина осипла, её голос превратился в скрип, глаза остекленели, разум явно упаковал чемодан и уехал на курорт, оставив тело на автопилоте.

Мужчина яростно давил на газ. «Хонда» визжала, как поезд при экстренном торможении, но машина крепко стояла на ободах, резина валялась вокруг в виде клочков, похожих на мокрые носки после апокалипсиса.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.