Дж. Уорд – Тени (ЛП) (страница 96)

– Какая честь, такой командный прием. Чем обязан?

– Рив? Начнешь, раз ты понимаешь, о чем речь.

Пожиратель грехов отошел от камина, улыбаясь так, словно собирался сожрать что-нибудь.

– У нас есть основания полагать, что ты промышляешь на Коллдвеловском рынке наркоторговли.

Эссейл не повел и бровью.

– Я никогда не скрывал своих дел.

– Видел это прежде?

Когда Рив подбросил пакетик в воздухе, Эссйел поймал его и окинул взглядом.

– Героин.

– Символ принадлежит тебе, не так ли?

– С чего вы взяли?

Рейдж вступил в разговор.

– Мы нашли кучу таких на убийце в клубе, который по чистой случайности принадлежит нашему другу.

Роф холодно улыбнулся, протягивая руку, чтобы погладить светлую голову пса.

– Значит, ты понимаешь, что ставишь нас в неловкую ситуацию. Ты распространяешь товар с помощью врага. Ведь так?

Эссейл опять не выказал ни капли эмоций.

– Если и так, то в чем проблема?

– Ты снабжаешь их деньгами.

– И..? Что с того?

– Не будь, мать твою, так наивен. Как, по-твоему, они распорядятся ими?

– Прошлой ночью, – начал Рейдж. – Мы попали в серьезную перестрелку между Шайкой Ублюдков и убийцами. Угадай, из чего палила нежить? Сорок седьмые калаши. Это первые адекватные пушки, которые мы видим в городе со времен набегов.

Эссейл пожал плечами, вскидывая ладони.

– Какое это имеет отношение ко мне? Я простой бизнесмен…

Роф подался вперед на кресле.

– Твой бизнес делает работу моих парней еще более опасной. А это, упырь, касается лично меня. Поэтому твой бизнес стал моим делом.

– Ты не имеешь права препятствовать мне.

– Если вы трое выберетесь отсюда живыми, думаю, это будет конец игры, тебе так не кажется?

Все братья одновременно выхватили кинжалы.

Рейдж приготовился к своеобразному взрыву, но Эссейл оставался спокойным, как удав. Он не дернулся, не моргнул, не начал мямлить.

Может, у придурка совсем не было нервной системы.

– Что, по-твоему, должно было произойти? – протянул Роф. – Когда я все узнаю. Ты думал, что я просто спущу на тормозах подобный конфликт интересов?

Повисла долгая пауза.

Наконец, Эссейл склонил голову.

– Хорошо. Я перестану продавать им.

Ноздри Рофа расширились, словно он изучал запах мужчины. Мгновение спустя, он сказал:

– Хорошо. А сейчас проваливайте. Но знайте, если я найду это дерьмо хоть у одного лессера, то я приду за тобой, и уже не для разговора.

Рейдж нахмурился, но, когда Роф кивнул на дверь, он открыл ее и, стоя на пороге, наблюдал, как троица выходила. Они вернулись к своему ассорти из пушек и ножей, и восстановили коллективный недостаток железа в организме. Потом они оказались за порогом дома и двинулись к выходу с территории.

– Он солгал, – мрачно сказал Роф.

– Я знал, что все слишком просто, – пробормотал Рейдж. – Почему ты отпустил его?

– Я хочу, чтобы вы проследили за ним, – сказал Роф Ви и Рейджу. – Вы оба. Если мы убьем Эссейла сейчас, то не сможем выйти на его поставщика и убедиться, что общество Лессенинг потеряет доступ к товару. Проследуйте за ублюдком, выясните, где он берет дерьмо, а потом сделайте так, чтобы врагу было нечего продавать в Колдвелле. – Король подался вперед. – А потом всадите по пуле в грудь каждого из этой троицы.

– Без проблем, мой господин. – Рейдж перевел взгляд на Ви, который кивнул в ответ. – Считайте, что уже выполнено.

Глава 49

Двигаясь быстро, но не слишком, майкен кралась по коридорам дворца, направляясь к ритуальным покоям Королевы. Время от времени она проходила мимо стражей, других служанок, даже мимо нескольких Старейшин. Никто не обратил на нее внимания.

Потому что она передвигалась в личине своего скромного альтер-эго.

Если бы кто-то узнал, кто скрывается под бледно-голубыми одеждами, поднялась бы большая суматоха.

Но вместо этого, когда она достигла пункта назначения, стражи, стоявшие слева и справа, едва ли одарили ее взглядом. К концу своей смены они были измотаны, поэтому она выбрала время как нельзя кстати.

– Омовения для Королевы, – сказала она, покорно кланяясь.

Они открыли ей дверь, и она проскользнула внутрь.

Священное место было выложено черным мрамором от пола до потолка, и ничто не принижало сокрушительного эффекта, который ты испытывал в окружении блестящего нуара: ни ковров, ни мебели, всего несколько встроенных шкафов в углу, где хранился провиант, обновляемый периодически. Свет испускал только открытый огонь на концах фитилей, специальные масла, сгорая, рождали бело-зеленое сияние.

Она не оглянулась по сторонам. Она давно узнала, что этого делать нельзя.

Было что-то ужасающее в этом помещении, особенно когда проводишь здесь значительное время. Чем дольше ты сидишь в этих стенах, тем больше теряешь чувство ориентации, и начинает казаться, что четыре стены и потолок с полом исчезли, оставив тебя зависшим в огромном ночном небе¸ подвешенным в отсутствие гравитации, в другом измерении, и ты не знаешь, отпустит ли оно тебя.

Она ненавидела эту комнату.

Но ее заставляли приходить сюда.

Ее мать, Королева, сидела в центре комнаты, лицом к северу, черная мерцающая мантия спускалась на пол вокруг нее, с ее укрытой головы, сливаясь с мрамором.

Казалось, что камень стал жидким и пытался поглотить ее.

Ее мать сидела неподвижно, даже не дышала.

Она погрузилась в траурную медитацию.

Хорошие новости.

майкен прошла в угол и бесшумно открыла один из шкафчиков. К лежавшей там еде не прикоснулись. Еще один хороший знак.

Меньше чем через час, верховный жрец, АнсЛаи придет вместе с Главным Астрологом для проведения ритуалов, осколки метеоритов измельчат и поглотят со священными чаями, дабы приобщиться к звездам, которые определяли жизнь Теней. Потом шло кровопускание и ритуальный секс. После которого Королеву снова оставят одну, чтобы она ушла в транс, удаляясь от земли и находя утешение своего горя.

Точнее так называемого «горя».

Сложно поверить, что женщина на самом деле чувствовала хоть что-то к тем, кого произвела на свет.

Убедившись, что ритуал был в самом разгаре, майкен вернулась к двери. Прежде чем выйти, она посмотрела на свою мать. Она видела женщину только на официальных событиях, когда майкен приводили ко двору в благородных одеяниях, как обычно дразнят прекрасной вазой или произведением искусства. Не считая подобных показов, что шло на пользу Территории, она жила в священных покоях, окруженных стражей.

Ее никогда не навещала женщина, которая, сразу после ее рождения, передала ее в руки специально обученного персонала в эти покои, служившие ей тюрьмой.

Такой была жизнь Принцессы с’Хисбэ.