Дж. Уайлдер – Порочные клятвы. Заманчивое предложение (страница 5)

– Серьезно? – уточняет Пайпер. – Что ж, давай подумаем: красивые, влиятельные и до неприличия богатые. И кому они могут не нравиться?

– Алексу и Риверу, например, – парирует Мия.

– Вот-вот, – торжествующе киваю я Пайпер.

– Это не считается, они не любят их только из-за истории с капитанством. Но они уже все давно уладили между собой.

– Так, подожди, почему ты вообще споришь на эту тему? – Я стараюсь скрыть обвинительный тон в моем вопросе.

– Могу спросить тебя о том же, – отвечает Пайпер, и при этом я замечаю подозрительный блеск в ее взгляде.

Но в тот же миг свет в главном зале тускнеет, и я успеваю спрятаться от ее испытывающих глаз. Внимание толпы устремлено на большую сцену в центре.

Вдруг тон женских голосов начинает нарастать, слышатся одобрительные хлопки и мечтательные вздохи. На сцену один за другим поднимаются братья Эверетты.

– Это Себастиан, – восхищенно шепчет одна из девушек. – Он самый младший из четверых.

– Я слышала, что его преследует мысль о суициде.

– Я тоже слышала что-то похожее.

Я пододвигаюсь ближе и пытаюсь рассмотреть младшего брата. У него песочно-светлые волосы. Челка свободно падает на глаза. Но улыбка Себастиана, в которой чувствуется некоторая резкость, подсказывает, что он не совсем такой, каким кажется на первый взгляд.

Внимание переходит к следующему брату. Он явно несколько старше. Волосы этого парня зачесаны назад, и он совсем не пытается скрыть скучающего выражения лица.

– Это же Ксандер! Черт возьми, как он хорош!

Но восторг длится недолго: при виде следующего человека на сцене толпа, как будто по команде, зловеще затихает. Такое ощущение, что от него веет холодом. Мне кажется, даже я поддалась общему настроению и невольно поежилась. Темные волосы мужчины закрывают его взгляд от толпы.

– Маттиас, – шепчет кто-то позади и тут же замолкает. По какой-то причине никто не решается комментировать его появление. Очень жаль, ведь мне стало действительно интересно, почему он держится так отстраненно.

Последним выходит Деймон, и уж, конечно, в его представлении я не нуждаюсь. Я и так знаю, насколько он высокомерен, заносчив и придирчив к своим подчиненным. Но, не буду отрицать, этот костюм ему явно идет. Безупречно сшитый, он подчеркивает широкие плечи Деймона и в то же время выделяет узкую талию. Он – само воплощение четких линий и совершенства. И это начинает раздражать. А человек, который может раздражать одним своим появлением, просто не имеет права быть таким привлекательным!

Я успеваю горько пожалеть о том, что стою у сцены настолько близко. Деймон расстегивает пуговицу на пиджаке, и мне становятся отчетливо видны кубики пресса под его рубашкой. Чтобы остановить неконтролируемое слюноотделение, я пытаюсь силой напомнить себе, что именно он позволил себе до последней точки раскритиковать мою презентацию для благотворительного вечера Мии. Но, кажется, сам Деймон, судя по его ухмылке, сейчас находится на пике блаженства.

Элегантно одетая женщина поднимается на сцену, опираясь на руку пожилого мужчины. Этот мужчина, несмотря на свой преклонный возраст, держится строго по-королевски. Он – правящий глава дома Эвереттов и по совместительству дедушка уже упомянутых четверых братьев. Эверетту-старшему не меньше восьмидесяти лет, и возраст определенно дает о себе знать. Интересно, почему он все еще не передал правление одному из внуков?

Ответ я услышала почти сразу от одной из девушек.

– Его сына убили. Дело до сих пор так и не раскрыто. Эверетт запретил освещать это в новостях.

Женщина отпускает его руку и нежно целует в щеку. Сходство между ней и братьями очевидно, хотя ее волосы уже тронула седина.

Эверетт-старший подходит к микрофону, и, будто только при одном его взгляде, в зале воцаряется звенящая тишина.

– Спасибо всем, кто посетил наш ежегодный бал. Я должен признаться: сегодня у меня особая миссия.

Люди с интересом переглядываются, предвкушая исторический момент.

Мужчина слегка улыбается:

– Увы, я постарел и больше не могу скрывать это от вас.

Толпа встречает его шутку одобрительным смехом. После чего мановением руки Эверетт-старший вновь требует тишины.

– Много лет назад я надеялся передать пост главы семьи своему единственному сыну. После его гибели стало ясно, что наше наследие должно перейти к его старшему сыну.

Я перевела взгляд на Деймона, который теперь стоит с таким отрешенным выражением лица, будто речь идет вовсе не о нем.

– Согласно нашим традициям, мой преемник – человек, которому я передам заботу о семье и компании, – должен быть женат. Это единственное условие, которое выполнит мой внук Деймон, перед тем как приступит к новым обязанностям.

Зрителей в зале охватило волнение, толпа загудела.

– Ты знала об этом? – спрашивает девушка за моей спиной.

Пытаясь перекричать других, ее соседка отвечает:

– Нет, меня и в планах-то не было, когда объявляли наследника в прошлый раз, но очевидно, что он был очень даже женат.

Эверетт-старший несколько повышает голос, вновь привлекая внимание зала.

– Деймон должен жениться как можно скорее. Ему поручено определиться с выбором до конца лета. Если он не выполнит условие, пост главы компании перейдет к его брату Маттиасу.

После этих слов мужчина отходит от микрофона и покидает сцену. Очевидно, он выполнил все, что задумал, и его желание присутствовать на вечере было не больше моего.

Зал погружается в смятение: повсюду раздаются отрывки разговоров, шепот домыслов и сплетен. Конечно, девушки позади меня вовсю поглощены новостями.

– Я слышала, что они принадлежат к Ордену Святых.

– Не просто принадлежат, они – магистры Ордена.

Я вновь прислушиваюсь к их разговору.

– Это всё слухи. Бабушкины сказки.

Я раздраженно выдыхаю. Неудивительно, что богачи играют в тайные общества. Разве это не обычное дело для таких семей? Хотя мне почему-то тяжело представить себе Деймона в мантии и с каким-нибудь посохом.

– Просто ты никогда не была на их собраниях.

– Как будто ты была там.

– Нет, конечно, ведь я не миллиардер! Просто я встречалась с одним парнем, который был их членом. Он вечно болтал о том, что он какой-то там Апостол, или что-то в этом роде, и скоро его причислят к лику святых. Что бы это ни значило. Он попросил меня хранить это в тайне. Но… мне, конечно, пришлось рассказать паре друзей. Но я не думала, что слухи поползут так быстро. А однажды он выследил меня у дома и начал обвинять в том, что я разрушила его жизнь, и в том, что отношения со мной стоили ему «святости». По-моему, члены Ордена даже провели над ним ритуал изгнания. Тот парень просто обезумел! Я даже подумала, что он готов меня убить. Ну а потом откуда ни возьмись появился Маттиас. Наверное, он следил за ним. В любом случае после того дня я больше никогда его не видела.

– А ты заметила, как на Маттиаса смотрят другие мужчины? Это зависть или страх?

– Что бы там ни было, я знаю одно: в рейтинге «Топ-5 влиятельных семей» Эверетты точно заняли бы первое место.

Что ж, это не новость. А судя по Деймону, он бы никогда не согласился на меньшее.

– Как считаешь, вся эта история с принудительным браком затеяна для того, чтобы женить его повыгоднее? И ему уже подобрали наследницу какой-нибудь другой крупной династии?

– Все может быть. У богачей всегда так. Их жадности нет предела.

– По крайней мере, мы знаем, что Деймона заставят жениться, хочет он того или нет.

Глава 4. Мисти

Жениться. Жениться.

У меня внутри все сжимается, и звуки вокруг теряют смысл. Деймон смотрит вслед Эверетту-старшему. Мне кажется, что сейчас он должен быть в ярости. Ведь он бы точно не позволил собою командовать. Но, к моему удивлению, он лишь широко улыбается и подходит к микрофону.

– Мой дедушка оказал мне большую честь, доверив такую ответственную задачу. Я действительно очень долго был холостяком. Мне пора остепениться и завести собственную семью.

Деймон бегло оглядывает толпу, и мне начинает казаться, что он ищет кого-то конкретного.

Вряд ли это я. Что бы ни произошло между нами прошлой ночью, это было неправильно. Со всеми ли он так жесток?

– Я четко знаю, какой в моем представлении должна быть будущая миссис Эверетт: это храбрая и сильная, но одновременно с тем добрая и щедрая девушка. – Вдруг его взгляд остановился на мне. – Она будет с достоинством выполнять свои обязанности, а моя семья всегда поддержит ее.

Я слышу громкое биение своего сердца. Платье вдруг становится настолько тесным, что мне тяжело дышать.

Тонкими пальцами Мия обхватывает мое запястье:

– Эй, ты в порядке?

– Да, конечно, – но мой голос дрожит.

Неудивительно, что Мия не верит мне.