Дж. С. Андрижески – Пророк (страница 80)
— Элли, — произнёс он. — Всё хорошо.
— Но что с тобой случилось? Что не так с твоей спиной?
Пару секунд он просто смотрел на меня, словно думал. Затем выдохнул, опустил свой вес на бок и улёгся рядом со мной.
— Ты ходил к Юми, верно? — повернув голову, я посмотрела на циферблат, тускло светившийся на краю его органического стола. — Ты всё это время был с Юми?
Мягко прищёлкнув языком, он поудобнее устроил своё тело на кровати. Проведя пальцами по волосам, он снова вздохнул, словно смиряясь, что придётся иметь дело со мной.
Где-то в этой паузе свет в его глазах приглушился, так что я могла видеть только его.
Его силуэт очерчивался бледным бело-зелёным светом, который лился от контура двери в основном для того, чтобы мы ни во что не врезались, если посреди ночи захотим встать в туалет. В этом слабом свечении Ревик выглядел лишь тёмной фигурой, а чёрные волосы казались лишь чуточку темнее его кожи.
— Ты действительно хочешь поговорить об этом сейчас? — спросил он.
Я уставилась туда, где находилось его лицо, и почувствовала, как боль в моей груди усиливается.
— Поговорить о чём? — переспросила я. — О чём мы говорим?
— Элли.
Он потянулся ко мне, взяв за руку. Переплетя наши пальцы, он послал в меня тёплый свет вместе с очередным импульсом боли. Я ощущала там более глубокие эмоции — печаль, нечто похожее на беспокойство, может, даже чувство вины, напряжённая насторожённость, граничащая со страхом.
— Элли… Пожалуйста. Сегодняшний день был для тебя непростым. Пожалуйста. Позволь мне попробовать помочь тебе с этим. Даже если ты до сих пор злишься на меня из-за Даледжема… или из-за того, что я не рассказал тебе, как познакомился с Кали и твоим отцом много лет назад. Тебе нужно открыть свой свет, дорогая. Это всё, чего я хочу. Я хочу ради разнообразия быть тем, кто поможет тебе. Как ты помогаешь мне.
Я пыталась впитать его слова, хоть как-то их осмыслить.
— Но где ты был? — спросила я наконец. — Куда ты пошёл?
Отпустив мою ладонь, он перекатился на спину.
Я видела, как он при этом вздрогнул.
А может, я почувствовала это в своём свете.
— Элли, — повторил он. — Пожалуйста.
— Просто скажи мне, — ответила я.
Мягко щёлкнув языком, он покачал головой, но не в знак отрицания. Я почувствовала в нём обречённость, но не угрызения совести, уже нет. Скорее, я уловила ощущение, будто он считал, что я его игнорирую, нарочно отвлекаю, избегаю того, что он говорил мне.
Но избегала ли я? Я честно не могла сказать.
Я знала лишь то, что чем дольше он лежал, ничего не говоря, тем сильнее становилась боль в моей груди. Она начала распространяться, просачиваясь ниже и глубже, проникая в мой живот. К моему горлу подступила желчь, тошнота, боль, сквозь которую сложно было думать.
Эта боль не ощущалась как разделение.
— Ты когда-нибудь занимался сексом с моей матерью? — выпалила я. — С Кали?
Я не осознавала, что собиралась задать этот вопрос.
Я правда не хотела слышать ответ.
Шок выплеснулся из его света.
— Что? Нет!
Я покачала головой, пытаясь выбросить эту мысль из головы.
— Забудь. Я просто…
— Элисон.
Я не ответила на оба вопроса. Вместо этого я постаралась думать, контролировать свой свет.
— Юми причинила тебе боль? — спросила я наконец. — Ты попросил её об этом?
Несколько секунд Ревик не шевелился, не отводил взгляда от моего лица. Затем он покачал головой, снова прищёлкнув и проводя пальцами по волосам.
— Нет, — поколебавшись, он пожал одним плечом, поднимая взгляд на меня. — Уллиса. Я попросил её. Ну, — он слегка фыркнул. — На самом деле, я нанял её. Она не хотела брать деньги, но я настоял…
Он умолк, словно почувствовав что-то в моём свете.
Я чувствовала, как он смотрит на меня в темноте.
— Элли, — произнёс он. Его голос сделался осторожным. — Она ко мне не прикасалась.
Когда я по-прежнему не заговорила, он выдохнул, и его голос звучал почти раздражённо.
— Я оставался полностью закрытым, — сказал он. — Я чувствовал, как ты закрываешься, особенно после того, как ушла поговорить с Кали. После этого я вообще тебя не чувствовал. Это напугало меня. Так что я поговорил с Юми, а когда это не помогло, я попросил Уллису. Она прежде уже делала это для меня в Сиэтле, так что я знал, что она сумеет сделать это, не сдерживаясь.
Я так и не пошевелилась, и чувствовала, как он наблюдает за мной.
— Элли, — произнёс он мягче, повернувшись на бок и подвинувшись ближе ко мне на постели. — Я сделал это для тебя. Для нас… для Лили. Мы не можем и дальше так кружить друг вокруг друга. Когда это делаю только я, уже плохо. Но теперь ты тоже делаешь это. Я подумал, что это поможет. Что я сумею помочь тебе, если сам больше откроюсь.
Он потянулся к моей руке.
Но что-то в этом было уже чересчур.
Это наконец-то выдернуло меня из того состояния, в которое погрузился мой разум.
Я не хотела, чтобы он прикасался ко мне.
Не знаю, то ли я отстранила свою руку, то ли всё своё тело. В любом случае, я пошевелилась и почувствовала, как Ревик вздрогнул. Затем я ощутила, как он пристально смотрит на меня в темноте, хотя я его всё ещё не могла видеть.
Я отодвинулась назад на кровати, сделав это прежде, чем мой разум поспел за моим светом, мыслями или его словами. Я не знаю, думала ли я вообще о чём-то в тот момент.
Та боль в моей груди теперь уже пульсировала.
Она ранила, затмевая всё остальное.
Я не осознавала, что выбралась из кровати, встала и направилась к двери, пока Ревик не очутился передо мной, загораживая мне путь.
Я посмотрела на него и вновь увидела его глаза, светящиеся в темноте. Я слышала, как он произносит слова, но не могла ничего осмыслить. Он на мгновение схватил меня за руку, но я что-то сделала… возможно, толкнула его… честно, не знаю.
Я лишь знаю, что каким-то образом обошла его и ввела код.
Я ясно помнила лишь одну вещь, которую сказала ему. В какой-то момент, дожидаясь, когда они откроют дверь и выпустят меня оттуда, я почувствовала необходимость предупредить его.
Не знаю, беспокоилась ли я, что причиню ему боль.
Не думаю, что я в тот момент достаточно ясно соображала для данной мысли, но какая-то часть меня, видимо, всё равно ощутила потребность предупредить его.
Так что я посмотрела на него, когда услышала, как дверь открывается снаружи.
Я помню, как он молча стоял там, с распахнутой рубашкой и светящимися в темноте глазами. Я помню, что он тяжело дышал, глядя на меня, и я чувствовала в нём страх. Может, нечто большее, чем страх, хотя мой разум и это не мог осознать.
— Не ходи за мной, — сказала я ему. — Отпусти меня, Ревик.
Когда через несколько секунд я покинула комнату, он так и не пошевелился, так и не заговорил.
По крайней мере, так, чтобы я услышала.
Глава 35
Надломленная
Не знаю, как я добралась наверх.
На мне не было обуви.