Дж. Конрат – Виски с лимоном (страница 14)

Я думаю, они перед зеркалом тренировались кивать с этой щеголеватой важностью.

Я потерла глаза, отчего часть подводки для глаз оказалась у меня на пальцах. Учитывая, сколько я заплатила за эту косметику, она могла бы и не облезать с такой легкостью.

– Господа, у меня еще масса работы. Если вы оставите мне эти бумаги, я ознакомлюсь с ними при первой возможности.

– Ваш капитан заверил нас, что вы в полной мере окажете нам сотрудничество, лейтенант.

– Именно так, агент Дейли.

– Мое имя Кореи.

– Именно это я и собираюсь сделать, агент Кореи. Но мой капитан также ожидает, что я в срок буду представлять ему все отчеты. У меня задолженность по шести делам, которые предстоит передать прокурору, а кроме того, минувшей ничью в моем районе были застрелены два человека, и этим мне тоже предстоит заняться.

– Из дробовика? – приподнял брови Кореи.

– Нет. А теперь благодарю вас за помощь, но сейчас мне нужно заняться другими делами.

Я поднялась со стула. Дейли с Кореи еще раз проделали этот свой трюк с одновременным переглядыванием и тоже встали.

– Остается только надеяться, что, когда это дело будет передано в наше ведение, мы отнесемся к вам со всей возможной учтивостью, – коротко кивнул Дейли.

Кореи воспроизвел за ним этот лаконичный кивок.

– Убеждена в этом. – Я обошла вокруг стола и села в свое кресло, оказавшееся неприятно теплым. Гости собрали свои бумаги и направились к двери, но одна засевшая в голове мысль побудила меня их окликнуть: – Коллеги… ваш компьютер, «Викки», в нем содержится что-нибудь еще, кроме терминальных инцидентов?

– Да. Он содержит также общенациональную базу данных по таким уголовным преступлениям, как изнасилования, поджоги и банковские ограбления.

– А как насчет намеренной порчи продуктов? Подмешивания инородных тел?

Они в унисон кивнули. Тогда я рассказала им о гостинце, завершив повествование показом рентгеновского снимка смертоносных конфет.

– Мог бы ваш компьютер установить места других преступных забав в этом же роде?

– Уверены, что да. Можно нам взять это?

Я кивнула, пояснив также, как пройти в лабораторию, чтобы они могли самолично ознакомиться с изделием, о котором шла речь. Как знать, может, впервые ФБР окажет помощь, вместо того чтобы путаться под ногами. Надежда умирает последней.

Я не лгала насчет задолженностей по делам и, сделав ряд звонков и заполнив нужное количество отчетных форм, передала дела дальше по инстанции – с тем чтобы потом целиком посвятить себя делу об убийстве Джейн Доу. Повторное тщательное изучение дела не принесло никакой новой информации, но помогло систематизировать и выстроить уже имеющуюся.

Теперь, ожидая отчета из лаборатории, я была уже на 99 процентов уверена, что доктора Бустера и нашу Джейн Доу убил один и тот же нелюдь. Он называл себя Пряничным человеком и, вынудив Бустера выписать ему рецепт на секонал, использовал этот препарат для того, чтобы напасть на Джейн Доу.

Записка и пряник были сообщениями, обращенными к полиции, и были все признаки того, что на этом он не остановится: будут новые убийства. Шестьдесят миллилитров секонала – этого количества достаточно для того, чтобы обездвижить от двадцати до тридцати человек. Зачем было ему столько запрашивать, если он не собирался его употребить?

Я нацарапала себе памятку позвонить в Администрацию по контролю за применением законов о наркотиках и выяснить, есть ли у них какая-нибудь статистика насчет передозировки секонала. Я также намеревалась позвонить в полицейский Отдел нравов и узнать, не фигурировал ли секонал в последнее время в каких-либо делах об изнасиловании. Что, если Джейн Доу не первая жертва, на которой наш преступник применял это снадобье?

Я взяла пачку фотографий с места происшествия и в сотый раз просмотрела их. Что-то мелькнувшее в подсознании заставило меня задержаться на снимке с телом девушки в мусорном контейнере. На том, как торчит из грязного бака ее зад. Я некоторое время внимательно вглядывалась в снимок. Там было полно мусора, который полностью покрывал все тело – все, кроме ягодиц. Но откуда сверху столько мусора, если она находилась в баке не более часу или двух?

Может, он специально навалил мусор таким образом. Как если бы хотел сказать этим, что просто вышвырнул на помойку кусок дерьма. В ФБР это называли «расположить тело демонстративным образом», и я удивлялась, что мне до сих пор не прочли лекцию по этому поводу. Для преступника это был способ продемонстрировать, какой он хитроумный и с каким презрением относится к жертве. Настолько, что даже позволил себе потратить время, чтобы проделать практически у всех на виду или…

Я нашла ту часть отчета, где был поштучный перечень отбросов, обнаруженных в баке вместе с телом. Вперемешку с банками, пакетами, обертками и бутылками было несколько магазинных чеков. В перечне были означены проставленные на чеках цены, но не это я искала.

Я сняла телефонную трубку и позвонила в отдел материальных улик.

– Билл? Джек Дэниелс.

Билл был смотрителем склада вещдоков, еще когда я только поступила на службу. Он был старше самого Бога.

– Джек? Как поживаешь? Я вспоминал о тебе сегодня утром, когда стоял под душем.

– Постыдился бы, в таком-то возрасте.

– Крис сейчас на обеде. Ты могла бы ко мне спуститься. Мы бы нашли укромный уголок за шкафами.

Я рассмеялась:

– Ты для меня слишком горячий мужчина, Билл. Но я могла бы принять от тебя одну услугу. Я хочу, чтобы ты посмотрел кое-что для меня по делу номер 93-10-06782. Чеки, обнаруженные в мусорном баке вместе с телом.

– Это та Джейн Доу, что вся располосована?

– Угу.

– Жди, не бросай.

Он положил трубку, и я услышала звук отпираемой раздвижной двери и представила, как он идет по складскому помещению, по проходам между полками с вещественными доказательствами, выискивая нужный номер. Пока ждала, я допила налитый мне кофе, а потом пожалела о своей торопливости: теперь мне придется пить ту отраву, что продают в нашем участке. В конце концов я все-таки сломаюсь и куплю себе кофеварку, потому что жуткое пойло из кофейного автомата больше смахивало на вареные помои.

Я отложила поход за кофе и стала просматривать последнюю распечатку, оставленную федералами. Согласно этому списку, наибольшим сходством с нашим преступником обладал подозреваемый с вероятностью совпадения 48,6 процента. Убийство и расчленение охотничьим ножом трех женщин так и осталось нераскрытым, и я уже готова была позвонить в Бюро и запросить более подробную информацию, когда заметила, что все это произошло в 1953 году. В Номе, штат Аляска. Я швырнула бумагу в корзину, отправив вслед за ней пустой стаканчик из-под кофе.

– Джек?

– Да?

– У-ух, от твоего голоса меня всего так и пробирает. Я нашел для тебя чеки, козочка моя. Что с ними сделать?

– Посмотри на какой-нибудь. Кроме даты, там есть еще какие-нибудь цифры или номера вверху?

– Да. Два. В левом углу – 193, в правом – 227.

– Посмотри на другой чек.

– Слева – 193, справа – 310.

– Продолжай.

Он зачитал мне все двенадцать чеков, и оказалось, что на одиннадцати из них левый номер был 193. Один чек выбивался из общего ряда: на нем слева стоял номер 102.

– Что еще для тебя сделать, голубка? Проси что хочешь.

– Этого достаточно. Спасибо, Билл.

– Не за что.

Я связалась с информационной службой и, обобрав государство на тридцать пять центов, получила телефонный номер магазина «Севен илевен» на углу улиц Монро и Диарборн. Этот номер уже был где-то у меня записан, но, как и всех государственных служащих, меня неукоснительно учили тратить деньги налогоплательщиков при каждой возможности.

– «Севен илевен», – ответил голос с индо-пакистанским акцентом.

Я отыскала у себя на столе показания управляющего, который смотрел телевизор в то время, как Джейн Доу запихивали в мусорный бак перед его магазином.

– Мистер Абдул Хаким?

– Нет. Это Фазиль Хаким. Абдул – мой брат.

– Говорит лейтенант Дэниелс, полиция Чикаго, отдел особо тяжких преступлений. Уверена, что ваш брат рассказал вам о теле, найденном в вашем мусорном контейнере.

– Он только об этом и говорит. Это правда, что он прогнал убийцу, показав несколько приемов карате, что выучил по фильмам Ван-Дамма?

– Насколько я поняла, он все это время сидел и смотрел телевизор.

– Так я и думал. Чем могу быть полезен?

– Объясните мне, пожалуйста, что за два номера проставлены в верхних углах ваших чеков.

– Это очень просто. Верхний правый номер – это номер покупки. Верхний левый – номер магазина.

– У вашего магазина номер 193?

– Нет, лейтенант. У нас магазин номер 102. Мне кажется, магазин номер 193 находится на углу Линкольн и Норт-авеню. Позвольте, я справлюсь в телефонной книге.

Он замычал себе под нос что-то немузыкальное, а я ощутила в животе укол возбуждения, потому что моя догадка оказалась правильной.