Дж. Конрат – Веб Камера (страница 28)
― Кто-то был в моей комнате, ― сказала Кендал. Ее голос прозвучал тихо.
― Что?
Кендал повернула голову, смотря на кровать.
Перо исчезло.
Она потянулась за своим телефоном, подбирая его.
Сообщения исчезли.
Линда наклонилась, искривив губы в улыбке. ― Ты все еще под кайфом?
Она подумала о том ужасном терапевте, когда она была в лечебнице. О той, которая обвинила ее в том, что она все это выдумала.
Кендал начала что-то говорить, но слова застряли в ее горле, а она начала плакать. Когда он всхлипывала, Линда погладила ее по волосам.
― Все хорошо, детка. Ты просто напугана.
Напугана это еще мало сказано. Казалось, реальность Кендал начинала разрушаться. Из-за этого она снова себя почувствовала восьмилетней девочкой. Напуганной. Беспомощной. Жертвой.
И не было в мире чувства ужаснее, чем это.
― Ложись в кровать, дорогая, ― сказала Линда, помогая ей встать.
― Я слишком напугана, чтобы спать.
― Я останусь с тобой. Устроим что-то типа девичника. Помнишь, как те в детстве?
― У меня такого никогда не было.
― Никогда? Считай тогда, что у тебя и детства не было.
― Ну, примерно так и было.
Кендал легла в кровать, а Линда забралась рядом с ней.
― И что сейчас? ― спросила Кендал.
― Ну, когда у меня были девичники, мы обычно делали всякую фигню. Болтали о мальчиках, от которых были без ума. Играли в игры. Я была просто суперзвездой в китайских шашках и в Безумии в торговом центре. Тырили у родителей виски. Читали журналы. Тогда-то я и увидела своего первого идеального мужчину, когда подруга достала Плейгерл. Думаю, это выглядело глупо, ― Линда засмеялась. ― Я до сих пор думаю, что это выглядит глупо. Ну, то есть, как парни ходят с этой болтающейся штукой между ног?
― Я не знаю, ― честно сказала Кендал.
― Иногда мы делали друг дружке макияж. Или сплетничали о команде по лакроссу. Или танцевали под какой-нибудь бойзбенд. Я таааак сильно была влюблена в Ника Джонаса.
― Я не знаю, кто это.
― Ты не знаешь Джонас Бразерс? Они были в Ханне Монтане, еще до того, как Майли начала делать всякие ужасные вещи с ее языком и постоянным раздеванием. Хотя, она клевая. Все в ее руках, ты знаешь? Ее тело, ее правила, а все прочие просто идут к черту. Я тоже хотела быть такой самоуверенной, как она.
― Что еще вы делали?
― Ну, вот когда первая девочка засыпала, мы клали ее руку в чашку с теплой водой.
― Зачем?
― Чтобы она описалась.
― Зачем?
― Это весело, я думаю. Хотя никто никогда не писался. Они всегда просыпались из-за того, что мы слишком громко смеялись. И не волнуйся, с тобой я этого не сделаю. Я имею в виду, что нам уже не по десять лет. И тем более, я сплю с тобой в одной кровати. Это было бы бессмысленно.
― Линда? ― Кендал произнесла ее настоящее имя, поскольку знала, что камеры были выключены.
― Да, шлюшка?
― Спасибо.
― Да без проблем. Сладких снов, окей?
Но у Кендал не бывало сладких снов. И как только она уснула, ей начали сниться монстры.
24 глава
Эринии сидит в фургоне неподалеку от сестринского дома и наблюдает.
Сегодня не та ночь. Кендал еще не готова.
Но будет. Очень скоро.
Приложение Эринии показывает, что телефон Кендал спрятан. То же самое приложение Эринии загрузил и на телефон копа. Это приложение совершенно бесплатное в Эппл Стор. Элементарная теннисная игра, похожая на Понг. Но это лишь снаружи. На самом деле же это приложение позволяло получить удаленный пользовательский доступ к телефону. Поэтому у Эринии был доступ к камерам телефона, и к прочим другим вещам.
Эта Кендал намного слабее, чем предыдущие ее тезки. Эринии еще не видел, чтобы эта Кендал снимала свою одежду, но это лишь вопрос времени. Она шлюха, как и остальные. Плохая девочка. Любая женщина, которая раздевается перед камерой для мужчин, должна быть наказана.
Ты не должна соблазнять мужчин. Это грех.
Нечестивый грех.
Епитимья уже в пути.
Эринии переключился на телефон Тома. Темнота, но слышится похрапывание.
Епитимья идет и за ним.
Эринии заводит фургон, выезжает на улицу и начинает свою поездку по темным, чикагским улицам.
Он взволнован.
Он был в домах Кендал несколько раз. И у них не было соседей по комнате.
У этой Кендал было пять соседей. Все шлюхи.
Поэтому Эринии задумался. И он так задумался, что практически не заметил у обочины женщину.
Худая. Взрослая. На ее плоских бедрах юбка болтается как квадратный абажур. Ее каблуки такие высокие, что она походила на проститутку. И неспроста. Она и была проституткой.
Он подкатил и опустил окно.
― Сколько?
Она наклонилась, заглядывая в салон фургона. В задней части было темно, так что она не смогла разглядеть, что там.
― Двадцатка за отсос.
Он кивнул и открыл ей дверь. Она забралась.
Взглянув на нее поближе, Эринии думает, что она моложе, чем он предполагал ранее. Возможно, даже подросток.