Дж. Конрат – Веб Камера (страница 25)

Том запомнил кое-то сказанное Гектором на улице. Он повернулся к Рою. ― Рация с собой?

― Ага.

― Узнай, не увезли ли они еще Гектора. У меня к нему один вопрос. И добудь АЛС и люминол.

Рой поговорил с Разрушителем, Гектор все еще был в полицейской машине, припаркованной впереди. Рой попросил их оставаться на месте на минутку, и они стали ждать пока придет человек с кинескопом, чтобы обрызгать и осветить.

― Он же сказал, что был в кровати? ― спросил Том Роя. ― Когда лишился своих пальцев?

― Именно. Вся эта зона, ― сказал Рой технарю.

Криминалист начал разбрызгивать люминолом кровать Валентайна, а так же пол вокруг нее. Затем он использовал альтернативный источник света для поиска крови. Если бы здесь что-то было, оно бы засветилось.

Здесь не было никакого ярко выраженного свечения. Том с Роем переглянулись.

Они спустились на первый этаж. Ночь, казалось, стала холоднее, пощипывая щеки и шею Тома. Он отвернул воротник на его пальто в горошек и засунул руки в карманы, затем они направились в полицейскую машину.

Гектор оживился, снова видя Тома. ― Вы меня отпускаете?

― Ты рассказал нам, что ничего не мог сделать, даже если бы хотел. Что ты под этим имел в виду?

Гектор прикинулся глуповатым. ― Я имел в виду, что я не хотел влезать в неприятности.

― Рой, какое у этого джентльмена досье?

― Он насильник с восемнадцати лет. Возможно, даже с еще раннего возраста, но в колонии зарегистрирован с этого.

― Так почему же ты остановился, Гектор? Потому что побоялся вернуться обратно в тюрьму? Потому что потерял несколько пальцев?

Гектор замолчал и вернулся к своему характерному положению – изучения своих ботинок.

― Когда ты лишился этих пальцев, ты был в больнице? Ну, знаешь, зашить их?

Снова тишина.

― Если ты ходил, то есть записи. Было ли, что ты ходил к доктору, Гектор?

― Я хочу своего адвоката, ― пробормотал он.

― У тебя есть полное право звонить своему адвокату, Гектор. Но я здесь пытаюсь помочь тебе. Ты сказал мне, что лишился своих пальцев, когда был в кровати, но в твоей комнате никакой крови нет. После этого случая ты вызывал горничную, чтобы все там прибрать? Или ты что-то недосказал?

Тишина.

Том надавил. ― Это ты сам отрезал свои пальцы, Гектор? Отрезал их, чтобы скрыть убийство?

Движение Валентайна было таким быстрым, что рука Тома автоматически схватилась за его пистолет. Гектор Валентайн встал, его лицо исказилось в ярости, а слезы потекли по щекам.

― Ты думаешь, что я сам это сделал, тупая ты свинья?! ― закричал он, со скованными в наручниках руками за спиной, выгнув свой таз так, как это делала Ники Минаж в своих видео.

Том опустил взгляд и увидел место между ногами парня, и там, где, по сути, должна быть выпуклость, выпуклости не было вообще.

― Тьма забралась ко мне в кровать и вырубила меня. И когда я проснулся, то у меня уже не было ни трех пальцев, ни моего добра. Слышал, что я сейчас сказал? Тьма забрала мой хер и яйца. Отрезала нахер все и зашила меня. Все, что у меня есть внизу это гребаная трубка. Так почему бы тебе не опуститься на колени и не отсосать ее, ублюдок.

Том предпочел отказаться от предложения. Они с Роем решили пойти в машину Тома, чтобы скрыться от холода. Том заметил, что он подсознательно переживал за свои причиндалы, как и Рой.

― Я видал всякое дерьмо, но       вот это просто крышу сносит, ― наконец сказал Рой.

― Насильника кастрировали. Есть в этом какая-то извращенная справедливость.

― Но никакой справедливости в резьбе вебкам моделей. Насильник это насильник. А модель никому не причиняет неудобств.

― Она выставляет напоказ свое тело. Заставляет мужчин хотеть ее.

― Сама напрашивается? Ты тут жертву что ли обвиняешь, Том?

― Просто пытаюсь разобраться, почему Сниппер кастрировал Валентайна и оставил его в живых, но пытал двух моделей до смерти. Кажется несоразмерным. Словно это был не один и тот же человек.

Рой взглянул на Тома. ― А что, если и так?

― Ты имеешь в виду…?

Рой кивнул. ― Два преступника. Что, если у Сниппера есть сообщник?

23 глава

Кендал не могла уснуть.

Она была вымотана, но как только она закрывала глаза, то тут же начинала паниковать. Из-за этого она начала считать каждое моргание, начиная сначала каждый раз, когда доходила до сотни.

Из-за этого занятия она задумалась о своем отце. Кендал когда-то этим занималась, когда он приходил в ее комнату ночью. Лежать неподвижно. Считать до сотни. Не кричать, не то хуже станет. Скоро все закончится.

Она не хотела об этом думать. Но она не могла перестать моргать, а мысли сменялись одна за другой.

Свет был включен. Кендал было страшно его выключать, а с ним заснуть она не могла. Она выключила камеры, компьютер, положила свою читалку и телефон Линды на тумбочку возле кровати. Но в темноте она все еще не чувствовала себя в безопасности.

Поэтому она моргнула. Посчитала. Повернулась в одну сторону, в другую. Снова моргнула. Снова посчитала.

Около двух часов ночи она почувствовала, как ее глаза словно что-то выцарапывает. Она посмотрела на лампу возле кровати, нуждаясь в ней и ненавидя ее одновременно. Досчитав очередную сотню, он вылезла из кровати и начала отсчитывать шаги до комнаты Линды. Как и следовало ожидать, ее сестры по дому бодрствовали, общаясь по видео со своими клиентами.

― Иди сюда, шлюшка.

Кендал застыла. Она почувствовала, как камеры смотрят на нее. Точно рентгеновские лучи, сквозь ее халат и нижнее белье. Она снова захотела начать моргать, но люди смотрели. Они подумают, что она фрик. Ее могут выставить из дома. Тогда Кендал не потянет колледж без вебкам дохода.

Не поддаваться подсчету было как не почесать гигантский зуд. Ее разум и тело так отчаянно желали этого, несмотря на то, что Кендал знала, что это невротическое и что это неправильно. Она могла сопротивляться этому небольшой период времени, но невроз всегда одерживал победу. Но Кендал не хотела, чтобы это произошло в комнате Линды, со смотрящими на нее камерами.

― Можешь подойти сюда на секунду? ― попросила Кендал. Ее глаза были широко раскрыты, из-за чего она, вероятно, походила на ненормальную, но, по крайней мере, так она могла контролировать моргание.

― Конечно, ― Линда вылезла из кровати и встретилась с ней у порога. ― Что такое?

― Не могу заснуть, ― прошептала Кендал. ― Можешь одолжить свой вейп?

Лицо Линды блеснуло восхищением. ― Ты же не любишь ловить кайф. Уверена?

― Да. Это меня расслабит.

― Я тут приобрела сок индики, который чертовски липучий. Сейчас добавлю его.

Линда подскочила к своей тумбочке, помахав своим благодарным поклонникам и сказав им, что вернется через минуту. Затем она взяла Кендал за руку и повела обратно в ее собственную комнату. Они сели на кровать Кендал, и Линда подняла электронную сигарету. Ее основание было из черного метала, прикрепленное к прозрачному пластиковому картриджу, внутри которого была жидкость.

― Это дерьмо чертовски липучее.

― Я постараюсь не пролить его.

Линда улыбнулась. ― Деточка, липучее значит, что ты заторчишь на месте. Парочка затяжек и уже не сможешь двигаться.

― Я смогу из-за этого уснуть?

― Эта дрянь даже Снуп Догга вырубит.

Линда поднесла электронную сигарету к губам, нажала на круглую кнопочку сбоку и вдохнула. На секунду она задержала, а затем выпустила сладковатый дым. Запах марихуаны окутал Кендал. Марихуаны и еще с чем-то еще. Клубники или арбуза.

― Достала эту дрянь у парня с биологии. У него глаукома или какая-то другая херня с глазами. Этот везучий ублюдок получил медицинскую страховку. Ты веришь в удачу?

Кендал не была уверена, что наличие глаукомы можно посчитать удачей, но она с охотой приняла переданную ей электронную сигарету. Она курила раньше, и для нее всегда это было слишком тяжело и неприятно. Но когда она вдохнула дым, удивилась, что на этот раз ее легким не было больно. Она выдохнула без обычного сопровождающего кашля.

― Такой гладкий, ― сказала она, надеясь, что не прозвучала слишком глупо.

― Ты когда-нибудь вейпила раньше?