Дж. Конрат – Веб Камера (страница 11)
Allec2: сделаешь чат приватным?
Кендал ответила, что не занимается ничем, связанным с сексуальным контентом. Он ответил, что это лишь для специфических, приватных вопросов. Поскольку теперь в ее чате было восемь платящих клиентов, она отказалась, сказав, что сейчас слишком занята.
Спустя где-то двадцать минут разрослась болтовня о ее здоровье и благополучии, поддельное сочувствие, и еще острили о том, как сильно они переживали. Кендал получила сорок баксов в качестве чаевых, а в чате осталось всего три подписчика, все еще переписывающихся. Среди них был Allec2, который скинул ей десять долларов, ее компьютер издал
Allec2: может сейчас? Чат?
Приватные беседы оплачивались в десять раз дороже, чем обычные. На самом деле Кендал предпочитала их, поскольку сложно было поддерживать сразу несколько разговоров. Она напечатала, хорошо, пока ты не станешь извращенным.
Она попрощалась с остальными двумя клиентами и зашла в приватный чат с Allec2.
Shy1: ну вот мы и остались наедине.
Allec2: наконец-то. Как себя чувствуешь?
Shy1: все еще испугана.
Allec2: ты ведь действительно еще слишком молода для маммографии.
Shy1: они сказали, что риск слишком высок.
Allec2: у вас это семейное?
Кендал не знала. Возможно это так. Мама ушла, когда она была еще маленькой.
Shy1: я была на таблетках.
Allec2: нейролептики?
Shy1: ага. У меня были кое-какие проблемы, когда была младше.
Allec2: сексуальное домогательство?
Кендал задрожала. Она обернула одеяло вокруг своих плеч и сжалась на стуле.
Shy1: я не хочу об этом говорить.
Allec2: я принимал некоторое время клозапин. Из-за него я чувствовал себя странно.
Shy1: я знаю это чувство. У меня все время голова кружилась.
Allec2: а еще я дрожал. Но он мне сильно помог сдерживать свои желания.
Shy1: я не знаю, помогли ли они мне или нет. Это было несколько лет назад. Я уже много чего не помню. Мой старый психиатр думает, что я блокирую некоторые вещи.
Allec2: сознание пытается защитить себя от плохого. И мы приходим к выводу, что насилие это нормально.
Shy2: то же сказал и мой психиатр.
Кендал никогда не говорила об этом с кем-нибудь. Прошло много времени с тех пор, как они была на терапии. Но Allec2, кажется, понимал ее, в какой-то степени.
Shy1: я думала, что все жили так же, как и я. Что у каждого был такой же отец. Что каждый видел такие вещи.
Allec2: к примеру, что ты видела?
Shy1: ну, иногда, когда случается что-то ужасное, я отправляюсь в места.
Allec2: в своей голове?
Shy1: да! У меня был воображаемый друг, с которым я разговаривала. Но думала, что он был настоящим. Я могла видеть его. Или думала, что могла. Но он помогал мне, когда было плохо.
Allec2: ты уверена, что он был не настоящим?
Shy1: он не мог был реальным.
Allec2: так получается, что ты разговаривала сама с собой?
Shy1: наверное.
Allec2: а что если ты сейчас переписываешься сама с собой? Может, меня даже нет здесь.
Кендал поморгала. Ей это помогало.
Shy1: так получается я пишу и за себя и за тебя?
Allec2: ты смотришь на клавиатуру, когда печатаешь? Или на экран?
Shy1: на экран.
Allec2: поэтому прямо сейчас твои пальцы могут печатать мои ответы, а ты даже этого не осознаешь.
Кендал одним глазом была на своих пальцах, а другим на экране. Allec2 не отвечал. Когда она вернула все свое внимание на монитор, он ответил:
Возможно, тебе стоит снова начать принимать свои таблетки.
Shy1: я собираюсь.
Allec2: ты выглядишь сейчас немного взволнованной.
Кендал осмотрела свою комнату, все веб-камеры. Конечно же, Allec2 наблюдал за ней. Он оплатил целый месяц подписки за эту привилегию.
Shy1: день был трудным. Я устала.
Allec2: школа?
Shy1: ага.
Allec2: математика – та еще хрень.
Кендал задалась вопросом, как он узнал, что она выбрала математику. Возможно, он слышал, как она упоминала об этом. Или видел ее учебник.
Allec2: скажи мне, Кендал, твой воображаемый друг был заперт в подвале и кричал как в аду, когда твой отец спускался туда?
Кендал нажала на кнопку
Кендал отключила веб-камеры в своей комнате. Это скажется на ее недельной зарплате, но в тот момент она не хотела, чтобы за ней наблюдали. Когда она закончила, то закрыла свою дверь, забралась на кровать, свернулась калачиком и закрыла глаза.
9 глава
Глаза Эринии открыты.